Касание пустоты (СИ)
— Да брось, — вмешался капитан. — Не будем мы уже никогда нормальными. Вопрос стоит — можно или нет нас допускать к контакту с остальными людьми. Заразно это все или нет. И что это вообще такое — вирус, бактерия? Как мы в закрытом корабле, не выходя на планеты, это подхватили?
— А что делают китайцы, мы знаем? — перевел я тему, надеясь, что капитан знает, но он пожал плечами.
— Оборудование, что они привезли, не медицинское. Их представитель сказал, что в медицину мы и сами хорошо поиграли, продолжать нет смысла.
— Интересно.
Мы помолчали.
— Ладно, — я махнул рукой в сторону выхода. — Когда мне можно будет отсюда выйти? Браслет есть, ИВЛ мы уже проверили — работает. Могу идти гулять?
— Только дурака не валяй, — Акихиро проигнорировал осуждающий взгляд капитана. — Не нужно экспериментов, Алексей, пожалуйста. Мы на очень тонком льду, не надо провоцировать власти нас уничтожить.
— А могут? — я неприятно удивился. — Разве мы не почитаемое чудо света с особенностями?
— Нет. Мы угроза. Чудо, что нас вообще пустили на Землю, а не оставили болтаться на орбите. Пусть оно так и остается, пока мы не разберемся в чем дело.
— Знаешь ли…. Без экспериментов мы и не разберемся…
Хотя какие эксперименты тут можно провести, я и сам не знал.
Часть 1. Бессознательная. Глава 2
Утро внезапно оказалось солнечным и морозным. Шкаф услужливо выдал высокотехнологичную одежду, но мне почему-то хотелось вместо флиса и умной куртки надеть обычный мохеровый свитер. Я собирался прогуляться, но в последний момент передумал. Внес в расписание бег, и наблюдал, как шкаф обсчитал погоду и сменил предложенный вариант на утепленную спортивную куртку и шиповки.
Пробежав по парку пару кругов, я сдался. Пока еще вело в сторону и периодически темнело в глазах, поэтому назад к корпусу пришлось идти пешком.
На завтрак я спустился в столовую. С утра здесь было светло и малолюдно. У входа стояла Лео — она, похоже, тоже только зашла и как раз выбирала куда бы сесть. Я обрадованно помахал ей и предложил помочь с решением такой серьезной для еще непроснувшегося организма проблемы. Столики в зоне питания располагались неравномерно: были маленькие на два-четыре человека, а были рассчитанные на большие компании, объединённые в круглые и многоугольные конструкции. Мы выбрали маленький, стоящий около стены. Автоматическая выдача доставила выбранные блюда, и я запросил дополнительную порцию кофе.
Мы разобрали тарелки и некоторое время были заняты завтраком в атмосфере легкой неловкости.
— Слышала — доктор Акихиро запретил мне эксперименты, — размешивая сливки в кофе прервал я молчание. — Что думаешь?
— Думаю, что оставайся пока живой. Мертвый ты как-то не очень, я видела. — Но говорила она таким тоном, что было очевидно: до экспериментов мы в итоге договоримся.
— Китайцы отказались от медицинской темы. И что же дальше?
— Там, где медицина бессильна, появляются народные средства и гомеопатия. А позже гадалки и астрологи. — Лео выдала это все с таким серьезным лицом, что я даже начал сомневаться, шутит она или нет.
— Ставлю на астрологов, — поддержал я на всякий случай. — А если серьезно?
— Да выбор небольшой. Мы подверглись либо биологическому, либо физическому воздействию. Если гадалок и гипноз исключаем, а на поприще биологическом успехов пока не видно, то, кажется, имеет смысл посмотреть на физику.
Позавтракав, мы отправились в конференц-зал, куда всех позвали на какую-то неожиданную встречу. Зал располагался на четвертом этаже лабораторного корпуса. Я зашел одним из первых, выбрал на пульте управления режим «конференция», и трансформируемые кресла медленно выехали из пола. Постепенно в зал подтянулись и остальные. Почти пятьдесят человек, нахохленные как воробьи, хмуро ждали новостей. Капитан, Аджит Кумар, тоже был мрачен и насторожен. Микрофон без вступления передали старшему технику, англичанину Райли Эвансу. Рыжий, высокий, немного угловатый, он продолжал носить форму экспедиции, из-за чего выглядел очень официально.
— Друзья, нам удалось немного пообщаться с китайскими коллегами. Они полагают, что наша экспедиция подверглась какому-то новому физическому воздействию и сейчас ищут подтверждение этой теории. Мы не будем останавливать медицинские исследования, но считаем, что поиском физических аномалий тоже следует заняться. К сожалению, не понимая природу того, что на нас подействовало, мы не знаем и как это “что-то” обнаружить. Поэтому путь к истине ожидается непростым, нужно к этому отнестись с пониманием.
— Райли, ты хочешь объединиться с китайской диаспорой в физических исследованиях или работать самостоятельно? — капитан барабанил пальцами по столу.
— Лучше самостоятельно, так у нас с ними будут разные гипотезы и больше шансов наткнуться на какое-либо решение.
— Что нужно для исследований?
— Я составлю список оборудования. И… Алексея отдайте, пожалуйста. Под присмотром Акихиро и любых мониторов, которые тот захочет на него навесить.
Вот это меня порадовало. Наконец-то какая-то движуха, а не бессмысленное ожидание новой дозы психотропов.
— Ни за что! — откликнулся Акихиро и из зала донеслось несколько смешков и жалких аплодисментов.
— Почему? — Райли удивленно развернулся к нему, но ответить Акихиро не дали, из зала поднялся кто-то из биологов.
— Это же научный вопрос. Алексей — обыкновенный пилот, он вряд ли сможет быть полезен в серьезной исследовательской работе.
— Это не так, — живо откликнулся кто-то из команды Эванса. — События последних дней как раз намекают, что именно с него вся исследовательская работа и должна начаться. Пока никто кроме Алексея никаких сверхъестественных способностей не демонстрировал.
— Так и он не факт, что что-то демонстрировал, — сухо отозвался Акихиро. — Возможно то, что мы видели, просто новая форма распада.
Я попытался не согласиться, но мне не дали вставить и слова.
— Райли, а зачем Алексей? — капитан призвал зал к тишине.
— С ним на крыльце что-то произошло. Если медики, — Райли саркастически кивнул в сторону Акихиро, — не нашли аномалий в состоянии здоровья, то возможно что-то найдут физики. Кроме того, можно попробовать повторить его действия в лаборатории. Если получится, мы снимем все происходящее с помощью нормального оборудования, а не камерой телефона.
— Я против, — категорично заявил Акихиро. — Он умер там на крыльце, понимаешь? Что тут можно повторять?
— Так! — я встал с места. — Давайте-ка послушаем мертвеца, то есть меня. Нам точно есть, что повторить. Во-первых, на крыльце был не просто распад, а во-вторых, я бы не умер, если бы мне не вкололи лекарство.
— А это-то ты откуда знаешь? — возмутился Акихиро. — Датчик сложно обмануть, а он утверждал, что у тебя начался распад. Так что, не примени мы лекарство, даже в гроб красиво положить было бы некого.
— Знаю, — я упрямо стоял на своем. — У меня же начинались раньше распады, я знаю, что чувствую при этом. А сейчас все было по-другому. И если бы мне дали еще минутку, я бы сам справился.
— Вот поэтому, — Акихиро ткнул в меня пальцем, глядя на Райли, — и «ни за что»! Потому что Алексей всегда чуточку больше знает, чем специалисты в данной области, а последствия его знаний разгребать придется именно специалистам!
— Прекрасно, — кивнул Райли. — Уважаемые ученые, прошу вас продемонстрировать явление, которое мы наблюдали у Алексея. Я с удовольствием буду сотрудничать с тем, кто сможет воспроизвести эффект.
В зале снова послышались смешки.
— Что, нет таких? — Райли артистично изогнул бровь. — Странно.
— Не паясничай, — откликнулся капитан. — Коллеги, нужно принять решение о личности первой… ну назовем вещи своими именами, подопытной мыши. Давайте обсуждать аргументированно. Позиция Райли мне понятна, позиция Акихиро — тоже, какие еще будут мнения?
