Э(П)РОН-5 (СИ)
И не только на посторонние мысли, ага. Я ещё и пивную банку с пульта сцапал, и хорошенько глотнул. А потом незамедлительно сморщился — тёплое, буэ-э-э… а ещё наткнулся взглядом на предельно лаконичную подпись: «С уважением, А. С.»
Ну, тут не надо быть семи пядей во лбу — знаем мы этого А. С., пусть пока и исключительно заочно. Антон Спиридонов, щегол мелкий! Пронырливый прыщ. Заноза в пятой точке. Конкретный головняк. Убью гадёныша!!!
Ф-фух… спокойно, Алекс, спокойно. Чего взъелся-то? Ну подумаешь, ухажёр старше-младшей сестры. Ну да, не просто ухажёр, а претендент на руку и сердце. И на движимое и недвижимое имущество, в том числе финансовые средства. А также на ноу-хау и прочую секретную бизнес-информацию. Так они все такие! Спросите любого папашку с дочкой на выданье!
Ну-ка, стоп! Вот оно! «Папашка»! Подцепил-таки, прощелыга! «На правах старшего родственника мужского пола», чтоб ему! Нет, я что-то подобное ощущал, когда размышлял о будущем Ксю, но как-то отстранённо, ввиду отдалённости самого события. А тут прямо навалилось! Эх, батюшка! Как не вовремя вы почили! Но я теперь понял, каково вам было… хочется этого претендента в бараний рог скрутить. Или в порошок стереть. Ладно, как минимум рожу начистить. Или схватить за шиворот и спустить с лестницы. Но нельзя, м-мать! Потенциальный жених всё-таки. Хотя в моём случае всё же чуток попроще — у меня есть все основания послать паренька лесом. Причём именно из-за его происхождения. И никто мне слова против не скажет. Другое дело, что юридически я для Машки никто, и звать меня никак. Такие вопросы нужно решать с дядей Германом, официальным опекуном. Ну и с фига ли Антон мне письмо прислал?! Совсем дурак, или это такой хитрый ход, типа, игра на опережение? Пока я, с присущей мне ленью, только планировал за него взяться, он, получается, уже сдал карты. И чего это мне кажется, что меня намереваются хорошенько поиметь?!
Так, Алекс, ну-ка, успокойся! Хлебни пива, поморщись, выдохни… вот, молодец! И начинай анализировать факты.
Факт первый: Антон прислал письмо мне, хотя не мог не знать, что любая договорённость в этом плане будет недействительной. Значит, что? Значит, он просто собирается ко мне подобраться. Чем ближе, тем лучше. Зачем? Вариантов масса. Начиная с попытки покушения и заканчивая набором очков в глазах братца потенциальной невесты, чтобы тот потом замолвил словечко перед опекуном.
Факт второй: этот проныра как-то умудрился внести себя в мой доверенный список. О чём это говорит? Как минимум о его горячем желании донести послание до адресата. Простой е-мейл вполне мог сгинуть в папке со спамом. А ещё он таким вот незамысловатым образом продемонстрировал собственные возможности. Надо думать, чтобы придать веса своим словам. А заодно предостеречь от легкомысленного отношения к собственной персоне.
Факт третий: он надо мной издевается. Тоже, в общем-то, понятно — хочет вывести из равновесия. Из зоны комфорта, если позволите так выразиться. Чтобы меня пробило на эмоции, и я дал слабину. Неважно, в чём. Главное, что слабину.
Ну а если собрать все эти соображения воедино, то получается единственно верный вывод: это вызов. Конкретно мне, Алексу Заварзину, человеку Корпорации, в распоряжении которого вся её ресурсная база, в том числе служба безопасности. А Машка всего лишь повод. Зачем? Ну, я этот вопрос себе уже задавал. Проверка на вшивость? Вариант. Прощупывание почвы перед более глобальным противостоянием. Или меня прямо здесь и сейчас собираются взять за жабры, если вообще не грохнуть. Нет, для «грохнуть» слишком сложно. Всё же Антон решил меня обыграть. Возможно, унизить в процессе.
Да чтоб тебя! Вот почему меня не оставляет странное чувство, что письмецо — банальный наброс некоей коричневой субстанции на вентилятор? А если так, то что? Смысл? А смысл может быть только один: посмотреть на нашу реакцию, чтобы по её результатам определиться с собственными дальнейшими планами. И если я прав, то любое моё действие, даже самое продуманное, сыграет на руку Спиридоновым. Потому что инициатива будет на их стороне.
Не, этак я сейчас до всемирного заговора додумаюсь! Срочно надо возвращать Влада, пусть тоже голову поломает. Тем более, время есть — и я ещё не на Картахене, и Антоша вряд ли на подходе. Можно, конечно, ещё Степаныча припрячь, но лучше оставлю его в резерве, как тяжёлую артиллерию. Или вовсе оружие массового поражения. Кэпа подтягивать не буду, да и некогда ему — шарится по «золотому треугольнику», потрошит брошенных «гексов». Занятие пусть и муторное, но зато предельно безопасное. Настолько, что я даже не пытался отговорить Лизку от участия. Мало того, ещё и мелкие с ней отправились, чтобы быть под материнским присмотром. Ну а чего? Там «Спрут», там Рин-тян, там Боб Борисыч, в конце концов! Это не считая самого Рина. Если уж на то пошло, до моего семейства проще на Картахене дотянуться, чем на борту «Спрута». Тот сам по себе мобильная крепость с нешуточными боевыми возможностями. А ещё попробуй его сыщи среди массы таких же, пусть и безжизненных. Короче, за Лизку с детьми я спокоен. То есть что? То есть тылами не обременён, можно и поиграть. Хрен на меня надавишь через семью.
Что ж, Антон Спиридонов! Поздравляю, твой вызов принят. Где тут у меня Владов контакт?..
— Да, шеф? — отозвался тот подозрительно быстро.
— Вот, полюбуйся, — переправил я ему е-мейл. — Только сразу ничего не говори, сначала подумай.
— Окей! — Влад скосил взгляд на текст, и брови его изумлённо поползли вверх.
— Думай, сказал! Эмоциями потом поделишься.
— Э-э-э…
— Не торопись.
На сей раз совет подействовал — Пахомов подошёл к задаче со всей серьёзностью. И вердикт выдал вполне ожидаемый:
— Он нас провоцирует, шеф.
— Молодец, возьми с полки пирожок! — в сердцах рявкнул я. — Делать-то что?!
— Сам же сказал — думать!
— К-хм…
— Только не говори, что два дебила это сила, — предостерёг меня Влад. — Во-первых, мы далеко не дебилы. Во-вторых, если это всё же так, то нафига ты меня позвал?
— Логично, блин! Так ты говоришь, провокация?
— Вполне очевидная, шеф.
— Ладно, — выдохнул я сквозь зубы. — Твоё предложение?
— Пресекать! — браво рыкнул Пахомов. — Решительно и беспощадно. На то мы тебе и приданы. В смысле, СБ. Хочет поиграть? Поиграем. Тем более, на нашей территории! Пусть только сунется.
— Шапкозакидательство? — нехорошо прищурился я.
— Уверенность в своих силах, шеф, не более того.
— А почему ты не предложил забить и забыть? Может, как раз суеты он от нас и ждет? Чисто прицениться к нашим возможностям?
— Да на здоровье! — махнул рукой Влад. — Пусть оценивает. Может, до такой степени впечатлится, что и не сунется. Но такой исход крайне нежелателен, жаль упускать шанс. А вот забивать обычно себе дороже получается. Так что в ситуации «куда ни кинь, всюду клин», лично я предпочитаю активное действие.
— Уговорил, чёрт языкастый! — облегчённо рассмеялся я. Походу, мне вот этой уверенности и не хватало. Крутилось что-то такое на языке, но в чёткую мысль никак не оформлялось. — У нас фора, так что давай, обмозгуй ситуёвину и прикинь варианты встречи. Будем готовиться к худшему, пусть, если что, приятный сюрприз будет.
— Окей, шеф. Разреши приступать?
— Приступай.
Ну вот и поговорили. Уже легче. Теперь самому с мыслями хорошенько собраться и настроиться на противостояние. Что само по себе задача нетривиальная, особенно после пары недель, наполненных муштрой и бесконечными отработками штатных ситуаций. Слишком плотно ко мне приросла шкура мирного препода, чтобы вот так, запросто, перевоплотиться в аристократа-интригана. Но деваться некуда, придётся постараться.
И начну, пожалуй, прямо сейчас, пока «Набат» после прыжка на автопилоте сближается с Картахеной. Столько раз этот манёвр выполнял, что даже примитивная нейросеть родом из двадцать первого века уже бы обучилась, что уж про мой софт говорить? Плюс Кумо, который никогда не спит и всегда начеку. Правда, последнее время предпочитает помалкивать, пока к нему прямо не обратишься — тоже, видать, задолбался трепать языком на занятиях. Я его, за неимением лучшего варианта, заставил работать имитатором собственной урезанной копии, служившей программным ядром гексовских прыжковых генераторов, которыми оснащены «спасатели» и «понтоны». Справился он блестяще, хоть и вынужден был действовать сразу на несколько фронтов — по количеству экипажей. Зато не пришлось заморачиваться с дополнительным оборудованием, которое на «Набате», с учётом количества пассажиров, попросту некуда втиснуть.