Э(П)РОН-5 (СИ)

— Или просто об пол ударилась, когда мы станцию раскрутили, — выдвинула альтернативную версию Лизка.
— Не стоит заниматься самоуспокоением, дорогая, — съязвил я. — Да и самообман ни к чему. Рамка может и грохнулась, но над ней и до того кто-то серьёзным образом надругался. Поэтому она и парила в невесомости, а не на стенке мирно висела.
— Какая интересная штучка, — возмутительным образом проигнорировала меня благоверная. — Это что, Алекс? Бумага такая?
— Скорее, пробка, — буркнул я, приглядевшись повнимательнее. — И кнопки силовые. Чёрт, я такое только на картинках видел! Вот скажите на милость, нафига древним колумбайнам было скатываться в такой примитив?! Вообще ничего не понимаю…
— Давай лаборатории проверим, — предложила Бетти.
— Давай, куда ж деваться, — не стал я спорить. — С какой начнём?
— Давай с крайней, будем последовательными.
— Окей, уговорила.
Пришлось, правда, вернуться в начало коридора, но здесь и сейчас, с отключенными магнитными подошвами, шагалось очень даже комфортно. И мусор под ногами почти не мешал. Я больше скажу — воспринял весь этот бардак с изрядным облегчением. Просто потому, что хоть какие-то изменения в этом зловещем царстве безжизненности. Эх, как сказал!
— Метрологическая лаборатория, — прочёл я вслух надпись на облюбованной двери. — Ответственный… или ответственная — доктор М. Н. Смит. Смотри-ка, а староанглийский от нынешнего не очень сильно отличается…
— Открывай уже! — подтолкнула меня в спину Лизка.
— Что, даже не спросишь, что такое «метрологическая»? — подколол я благоверную. Но ответа, как ни странно, не дождался. Пришлось аккуратно толкнуть створку, которая неожиданно легко поддалась и открылась внутрь. Надо же, не перекосило. — Ну-ка, что тут?..
— Что там, Заварзин?
— Известно что: разор и запустение…
— Прикалываешься?
— Не-а. Говорю же — всё оборудование разломано. А его тут довольно много…
— Ну-ка, пусти!
Ого, эмоции прорезались! А если точнее, охотничий азарт. А Лизка-то, оказывается, та ещё авантюристка! Хотя, конечно, довольно странные эмоциональные качели. Транквилизатор точно не должен так действовать.
— Осторожней, дорогая.
— Не учи учёную!
Ну-ну… хотя пусть её. Просто приглядывать на всякий пожарный, а так нехай развлекается.
— Заварзин, ты не прав.
— В плане?
— Уничтожено далеко не всё. Тут кто-то целенаправленно ломал всё, что связано с вычислительной техникой, а механика целая. Ну, относительно. Такое ощущение, что её случайно цепляли…
— Ага. Когда топором машешь, не до сопутствующего ущерба.
— Да с чего ты взял, что топором?!
— А что это ещё может быть? Ты фильмы ужасов не смотришь, что ли?! — ухмыльнулся я. — А если серьёзно, то просто включи логику. Какой инструмент у нас до сих пор используется в пожарных щитах? Что кладут в аварийный НЗ? Только не говори, что кувалды — у них функционал ограничен.
— Хм… а почему мы в жилой секции пожарный щит не видели?
— Плохо искали, — пожал я плечами. — Или там гореть нечему.
— А тут есть? — возразила Лизка. — Да и не проще ли просто воздух откачать в случае возгорания?
— Проще, — согласился я. — Но далеко не всегда. К тому же топором ты огонь тушить не будешь. Зато им можно, к примеру, силовой кабель перерубить. Или стенные панели вскрыть. Или какой-нибудь шкаф, особенно пластиковый, раскурочить. Плазменный резак применим не везде и не всегда. А вот топор и фомка — очень универсальные инструменты. Ну и про маньяков не забывай. Для них топор самое милое дело. Круче только мачете, но мачете на космической станции… такое себе.
— Заварзин, почему у меня такое чувство, что ты надо мной издеваешься?
— Грешен, каюсь, — не сдержал я широкой ухмылки. — Но с другой стороны… сама подумай, чем ещё можно такое учинить? Куском трубы? Разводным ключом? А топор или его подобие по-любому где-то должен быть. Предмет первой необходимости во многих критических ситуациях, между прочим.
— Кувалду со счетов тоже не сбрасывайте, капитан Заварзин. Она может применяться наряду с домкратом и пластырями при борьбе с утечками воздуха.
 
— На подводных лодках — само собой. А здесь какой смысл? Пластырь внутренним давлением и без домкрата к стенке прижмёт. Очевидно же.
— Пожалуй, я погорячился, сэр.
— Что-то мы слишком много внимания уделяем несущественным деталям, — закруглил я затянувшееся обсуждение потенциального орудия неизвестного вандала. — Тут другое куда интереснее…
Аккуратно обходя всяческий мусор, я приблизился к монструозной установке, больше всего напоминавшей здоровенные рычажные весы в герметичном шкафу, совмещённые с рабочим столом, и подхватил нечто, отдалённо напоминавшее пару соединённых под углом планшетных компьютеров.
— Смотрите-ка, ноутбук!
— Это вычислитель? — заинтересовалась Лизка.
— Это полноценный компьютер, дорогая. Причём, судя по материалам и отделке, военная модель. Видишь, какие половинки толстые? И уплотнитель по канту — наверняка влагозащищённая штуковина. Плюс противоударная. Кумо, что за металл, как думаешь?
— Похоже на авиационный алюминий, сэр…
— Вряд ли, — с сомнением помотал я головой. — Алюминий бы смялся, а эта хрень лишь поцарапана… скорее титан. Ну-ка…
Шарнир, как я и предполагал, худо-бедно функционировал, а вот всё остальное — нет. Что неудивительно, потому как обе сенсорные панели, одна из которых служила клавиатурой с тачпадом, а вторая собственно дисплеем, были на совесть раскурочены — если где и остались куски нетронутого стекла, то лишь на самой периферии. Вся же остальная площадь была покрыта мелкими трещинами. Кто-то очень постарался не оставить на гаджете живого места.
— Фига себе он упорный, — прокомментировал я данное обстоятельство. — Тут одним ударом явно не обошлось… ну-ка, а это что?
Планшетник. Тоже военный, судя по массивности и угловатости, и тоже тщательнейшим образом разбитый.
— Кумо, как думаешь, потроха уцелели?
— Давайте попробуем до них добраться, сэр.
— Хм… даже не знаю, с какой стороны взяться…
— Дай сюда, я знаю! — влезла Лизка. — И мультитул давай, не жмись.
— Вот, держи, дорогая.
К моему немалому удивлению, гаджет ловким девичьим рукам (и мощному многофункциональному инструменту) поддался довольно легко. Правда, нам от этого легче не стало — поддетый отвёрткой основной блок с разбитым дисплеем после некоторых усилий вылез из немного деформированного корпуса, но дальше работа застопорилась.
— Твою же мать! — в сердцах высказалась Бетти. — Вот что за извращенцы такой фигнёй занимаются?!
Я промолчал, но возмущение благоверной разделил в полной мере — вся материнская плата была залита чем-то вроде пластика. Сплошная цельная болванка без единого отверстия. Ну и как тут до потрохов добираться?
— Можно попробовать его подогреть, — предложил Кумо. — Выставить плазмер на минимальную мощность, и микроимпульсами…
— Кумо, ты кого пытаешься обмануть? — хмыкнул я. — Самого себя, что ли? Дохлый номер, блин! Кстати, дорогая, ты хотела посмотреть на образцы высоких технологий тех времен?
— Я?! — удивилась Лизка.
— Ты, ты. Вот, смотри. Полностью беспроводной интерфейс, вплоть до зарядного устройства. И ноут, зуб даю, такой же.
— То есть восстановить что-то нечего и пытаться, — с сожалением вздохнула Лизка.
— Здесь и сейчас — несомненно. На Картахене же, в специализированной мастерской, думаю, вполне решаемая задача. Беда в том, что для нас это будет слишком поздно. Впрочем, пару образцов захватим, интересно же, что тут стряслось. Да и чем занимались во времена оны, не дурно бы узнать. Ладно, ищем дальше.
 
— А может?..
— Что, Лиз?
— Раз электроника недоступна, может, воспользуемся иными источниками информации? Вон, в коридоре сколько записок!
— Однозначно воспользуемся, — кивнул я. — Но чуть позже. Надо первичный осмотр завершить. Вдруг ещё что-то интересное найдём?