Этот мир не выдержит меня. Том 1 (СИ)

Будь я или Фольки членами общины, тогда появлялся шанс отделаться лёгким испугом. Однако пацана, воспитанного пришлым колдуном, и мужика с явно бандитской рожей никто в драке щадить не станет. А раз так, то и мне придётся забыть о гуманизме.
Дорога плавно забирала влево и до камня, у которого нас должен был ждать ветеран, остался примерно километр. От погони нужно избавиться до того, как мы с ним встретимся. Не дело втягивать в свои разборки посторонних. Ладно Фольки — ему я плачу деньги — но легионер-то здесь совершенно ни при чём.
— Сбавь ход, — приказал я.
— Чего? — северянин чуть не выронил поводья от удивления. — Когда за тобой гонятся, нужно бежать быстрее, а не медленнее!
— Это если ты не хочешь, чтобы тебя догнали. Сбавь ход.
— Да зачем нам...
— Сбавь. Ход.
Фольки потянул на себя поводья — стук копыт стал реже, и мы покатили куда медленнее.
Альб бежал впереди всех, обогнав своих товарищей метров на тридцать. Его лицо блестело от пота, а глаза — от предвкушения. Здоровяк понимал, что «добыча» вот-вот окажется в его лапищах, и кровожадно скалил крупные зубы.
Он не учёл только одного: у «добычи» тоже имелись клыки. Я убрал в сторону дерюгу, под которой лежал один из арбалетов, и быстрым движением натянул тетиву. Болт занял своё место — можно стрелять.
— Без этого никак? — с тревогой в голосе спросил Фольки. — Я ведь ночью, кажется, именно этому быку синяк под глазом нарисовал... Может, и сейчас без самострела обойдётся? Если графские люди узнают, то нам вырвут языки...
— Поломают пальцы и выколют глаза, — продолжил я. — Сейчас, как ночью, не получится. Ночью ты был в доме колдуна, и тебя приняли за демона, но теперь ты вряд ли кого-нибудь напугаешь. А драться с десятком мужиков... Как думаешь, каковы наши шансы?
Фольки скривился.
— Но они ведь обязательно доложат кому следует... Ты же не хочешь перебить их всех, чтобы никто не ушёл?
— Не хочу, — ответил я.
Да и вряд ли получилось бы, будем честны. Я пока не в той форме, чтобы разом прикончить такую толпу... Это если забыть о том, что губить десяток жизней из-за идиотских разборок было чересчур даже для меня.
— Тогда граф узнает!
— Я надеюсь, что мы встретим его раньше, чем крестьяне успеют доложить его людям об арбалетах... И если всё пойдёт так, как я задумал, то это не станет проблемой.
— А если нет??
— Тогда нам вырвут языки, поломают пальцы и выколют глаза.
— Знаешь, я всё чаще жалею, что ты спас меня от людей Ворона...
— Ну, таков путь, — хмыкнул я. — Сбавь ход ещё немного.
Нашу суперсовременную повозку почему-то забыли оборудовать амортизаторами и поэтому, чем выше была скорость, тем больше нас подбрасывало на каждой, даже самой незаметной кочке. А это, разумеется, могло весьма плачевным образом повлиять на точность выстрела...
Альб бежал уже в десяти шагах позади нас, и расстояние между нами постепенно сокращалось. Уверен, он мог бы бежать ещё быстрее, но завихрения в голове требовали не спешить, чтобы по полной насладиться такой желанной победой.
Как-то даже неловко его обламывать...
  
Глава 17
 
Телега наконец-то поехала с нужной скоростью, и неровности дороги перестали ощущаться всеми клетками тела. Я вскинул арбалет.
В глазах Альба на мгновение мелькнул страх, который сменился удивлением, а затем неподдельной радостью.
— Тебе... конец... — он говорил отрывисто, чтобы не сбить дыхание. — Теперь... тебя... точно... убьют...
Вместо ответа, я быстро прицелился и нажал на спусковую скобу. Тетива глухо стукнула, а болт преодолел смешное расстояние до мишени за доли секунды. Костяной наконечник скользнул по черепу Альба, сделав его причёску чуть более эксклюзивной, чем у остальных — остриженные под горшок волосы разделил кровавый «пробор» из разодранной кожи.
Я натянул тетиву и вложил новый болт.
Мы двигались почти шагом, и товарищи Альба уже догнали своего предводителя, но вперёд лезть не решались. Они придерживали здоровяка, который на автомате перебирал ногами, с недоумением ощупывая собственную макушку.
 
Я специально выстрелил именно так. Раны на голове очень болезненны, и боль должна была немного отрезвить Альба, привести его в чувство. Кроме того, подобные раны исключительно кровавы, а запах собственной крови — это лучший стимул для пробуждения инстинкта самосохранения.
При этом реальная опасность не так уж и высока. Вот если попасть в корпус — другое дело. Застрявший болт способен повредить органы и вызвать внутреннее кровотечение, что при здешнем уровне медицины, фактически, приговор. А череп взрослого мужчины весьма крепок, и плохонькому костяному наконечнику никак его не пробить, поэтому жизни здоровяка вряд ли что-то всерьёз угрожало.
Всего один удачный выстрел решил сразу несколько задач — во-первых, помог Альбу осознать, что он сам смертен, а во-вторых, показал преследователям серьёзность моих намерений, не озлобив их смертью земляка. Правда, теперь в глазах крестьян я стал преступником, но лучше распрощаться с репутацией, чем законопослушно помереть под ударами грабель и лопат.
— Стой, — шепнул я. — Но будь готов...
— К чему?
— Ко всему.
Фольки недовольно сморщился, но натянул поводья, вынуждая Занозу замереть на месте.
Я молча направил арбалет в сторону столпившихся преследователей — первыми заговорить должны именно они. Это сразу поставит их в подчинённое положение, поскольку разговор обычно начинают те, кто не уверен в собственных силах. Те, кто уверен — не болтают, а действуют.
— Ты чего творишь-то, Феликс? — через пару мгновений произнёс с укором один из крестьян. Круглолицый и розовощёкий, он сжимал в руках двузубые вилы. — Зачем так?
Да уж, человеческое лицемерие не знает границ. В голосе парня слышалось неподдельная обида, словно это не он со своими дружками преследовал меня с явно недружелюбными намерениями, а я напрыгнул на бедолаг из кустов...
— А ты зачем за мной с вилами бежал? — я направил арбалет прямо на него. — Неужели хотел показать, как мастерски ими владеешь?
— Н-е-е-т... — проблеял круглолицый и сразу спрятался за спины товарищей.
Те почему-то не захотели стоять стеной на пути возможного выстрела и стали выталкивать хитреца вперёд. Он, разумеется, был не в восторге от такой идеи, и всё мероприятие мигом превратилось в кучу малу.
— Да хватит, остолопы! — гаркнул Альб.
Он слегка отошёл после ранения и сидел на корточках, опираясь окровавленными ладонями о землю.
— Хватит! — повторил здоровяк. — У него есть только один выстрел... Ему никак не успеть зарядить самострел по новой... Держите его...
Я ухмыльнулся. Альб был совершенно прав и вместе с тем серьёзно заблуждался.
Нас разделяло всего несколько метров, которые можно преодолеть за полсекунды, а этого времени действительно не хватит, чтобы перезарядить арбалет. Глупо отрицать очевидное.
Однако никто из людей Альба не решится на рывок. Это читалось в их смущённых взглядах и ощущалось в неуверенных позах — каждый из крестьян сейчас отчётливо представлял, как острие болта режет его собственную шкуру, как кровь хлещет из его головы... А в таком случае, какая разница, что выстрел будет всего один, если этот выстрел может прервать именно твою драгоценную жизнь?
Поэтому-то, услышав приказ предводителя, крестьяне не только не бросились на меня, а наоборот — стали пятиться назад, стараясь отойти подальше. Вполне предсказуемое поведение для неподготовленных к настоящей схватке людей.
Тем более, переть в лобовую атаку — это вообще не лучшая идея. Им следовало разойтись в разные стороны и попробовать зайти с флангов и тыла, чтобы реализовать численное превосходство. Тогда у них появлялся хоть какой-то шанс. Пусть и небольшой, ведь я знал, как действовать при таком развитии событий.
— Да стойте, трусы! — не унимался Альб. — Куда прётесь??
— Давай-ка ты сам, — ответил кто-то из мужиков. — Не хотим мы на рожон лезть... Не дело споры дракой решать!