Брачная игра сестер Блэкторн

При упоминании отца мама побледнела, еще крепче вцепившись в плотную шаль. Но ответом меня так и не удостоила. Лишь посмотрела – так, что стало обидно и стыдно.
– Что? – не сдержавшись, выкрикнула я ей в лицо. – Что? Что? Сколько ты еще будешь молчать? Что, нечего возразить?
Леди Шерилин вздрогнула и отвела взгляд.
– Хорошо, что Роул не видит, в какое чудовище ты превратилась, Андреа. Это бы его убило…
Это стало последней каплей. Я открыла рот, чтобы ответить, но из горла вырвался лишь придушенный хрип. Воздуха не хватало.
Слезы, жгучие и горькие, покатились по щекам, и я зло смахнула их рукой, размазав засохшую кровь лорда Ричардса. Дура, какая же я все-таки дура! Думала, мама скажет, что случившееся – просто недоразумение, и завтра мы обе забудем о лживом лейтенанте. А вместо этого…
«Хорошо, что Роул не видит, в какое чудовище ты превратилась…»
Нет!
– Андреа… Андреа, дочка, подожди…
Я не стала слушать.
Бросилась бежать, пока ноги сами не принесли меня в единственное безопасное место – отцовский кабинет – и уже там дала волю слезам, выплеснув все, что скопилось на сердце, горькими надсадными всхлипами. Кажется, последний раз я так рыдала здесь же, оплакивая гибель отца. Как давно это было?..
Не важно.
«Чудовище, – билось в висках эхо маминых слов. – Превратилась… в чудовище».
Я подняла взгляд на стеклянный защитный короб со стойкой для шпаги, куда слуги уже успели вернуть отцовский клинок. Острая сталь тускло сверкала в закатном свете.
«Чудовище…»
«Неужели она права, папа? Неужели со мной действительно что-то не так?
Шпага не ответила. Но в одном я была уверена точно: будь отец жив, он поддержал бы меня. Я чувствовала – всей душой, каждой клеточкой – что брака с Майлзом ни он сам, ни Призрачный клинок Блэкторнов никогда не одобрили бы.
Ни-ког-да.
И это давало хоть и слабое, но утешение.
Эмми пришла, когда солнце уже опустилось за горизонт. Тихо открыла дверь и, не заходя, проговорила в полумрак, взглядом безошибочно отыскав меня за шкафом в обнимку с отцовским парадным мундиром.
– Можешь выходить.
– Нигде от тебя не скроешься, – буркнула, растирая затекшие ноги. – Не дом, а проходной двор. Не дают спокойно погоревать… – Я бросила взгляд на шпагу, вспомнила мамино бледное лицо и вырвавшееся признание, и закончила немного неловко, – о расстроившейся помолвке.
– Можно подумать, ты ужасно хотела замуж за лорда Майлза, – фыркнула кузина. И добавила, чтобы окончательно растопить мое сердце. – Пойдем. Я попросила Мод подготовить две ванны. Горячие. С маслами, как ты любишь. И по лестнице для слуг идти не придется – гости уже разъехались, а тетушка Шерилин отдыхает в библиотеке.
– Уговорила, – с притворной неохотой протянула я, поднимаясь на ноги и возвращая отцовскую форму в шкаф. На Эммелин я не сердилась, понимая, что кузина попросту растерялась, обескураженная внезапным предложением лорда Ричардса и неожиданным согласием леди Шерилин.
В гостиной две молчаливые горничные начищали только что отмытый от крови паркет, третья прошмыгнула мимо с покровом для рояля. Заметив нас – и в особенности бурые пятна на моем платье – служанки испуганно вздрогнули и поспешили скрыться. Я недовольно поморщилась. Дожили – в собственном доме от меня слуги шарахаются.
– Все прошло не так плохо, как ты думаешь, – успокаивающе коснулась моего плеча Эмми. – Мы с Леллис спели несколько песен дуэтом, а лорд Уэсли аккомпанировал на рояле. Оказалось, он очень хорошо музицирует, ты знала? Потом я уговорила всех сыграть в шарады, что было принято более чем благосклонно, особенно в сочетании с вином и коньяком, который Джаспер, не жалея, подливал гостям. Так что когда тетушка Шерилин спустилась в малую гостиную, никто не задавал неприятных вопросов. Гости даже уезжать не хотели – настолько было весело. И о шпаге все точно забыли. Жалко, что тебя не было – видела бы ты, как потешно лорд Уэсли пытался изобразить скальпель!
Я кисло улыбнулась – никакого интереса к пению и шарадам, особенно после ссоры с матерью, у меня не было. Но рассказ Эмми немного успокоил гложущее изнутри чувство вины. Как же все-таки хорошо, что кузина оказалась рядом! Если бы не она, что стало бы с гостями, когда мы с мамой оказались совершенно выбиты из колеи выходкой лорда Ричардса? А Эмми-умница сразу же нашла выход. Да еще и обо мне не забыла.
 
Повезет же кому-то с женой!
В памяти невольно всплыл разговор с лордом Крейгом, и на душе вновь стало тошно. Предложение лорда Ричардса заставило меня иначе взглянуть на наш с кузиной спор. Я и раньше понимала, что ставки высоки, но теперь как никогда сильно хотела выиграть, чтобы иметь полное право продолжать отказывать таким вот… горе-женихам.
А лорд Крейг, как назло, сегодня увидел кузину с самой что ни на есть приятной стороны…
На мое счастье, ужасный день закончился не так уж и плохо. В ванной, куда по просьбе Эмми слуги принесли вторую купальную чашу, уже было все готово. От воды исходил теплый белесый пар с ароматом чайной розы, на туалетном столике лежали стопкой чистые полотенца, рядом выстроились, точно гвардейцы на параде, разноцветные баночки масел для тела. Мод и Тина, личная горничная Эммелин, уже ждали нас с тонкими сорочками для купания в руках.
Ловкие руки служанки помогли снять порванное грязное платье, теплая вода и мягкая губка смыли с тела кровь, а ароматный пар прогнал из головы дурные мысли. И когда сведенные от напряжения мышцы наконец расслабились, а горничные оставили нас вдвоем, я была готова поговорить.
– Мне очень жаль, Энди, – Эмми бросила на меня сочувственный взгляд. – Ни за что бы не подумала, что лорд Ричардс окажется способен на такое. Да еще и придет без приглашения…
– Ну хоть ты веришь, что я его не провоцировала, – выдохнула я. – В отличие от матушки.
Кузина фыркнула.
– Я тебя давно знаю. Ты провоцируешь не так примитивно. Обычно в ход идет какое-нибудь полезнейшее для мужского здоровья растение и подарок в красивой коробочке…
За это плеснула в Эмми пригоршней воды. Кузина в долгу не осталась, и некоторое время мы вдохновенно брызгали друг в друга, взвизгивая и хихикая. Как приятно было ненадолго вернуться в детство…
Жаль, отрезвление наступило слишком быстро.
– Эй, – Эмми наполовину вынырнула из ванны, ловя мой погрустневший взгляд. – Что не так?
– До сих пор не могу поверить, что мама приняла сторону Ричардса, – проговорила тихо, по подбородок опустившись в воду. – А когда я решила поговорить с ней, сказала… всякое.
За ссору было стыдно – хоть под землю провались. Но мы были на втором этаже, поэтому вместо этого погрузилась с головой на самое дно купальной чаши и выдохнула все, что скопилось на сердце.
Проводив взглядом воздушные пузыри, вынырнула с шумным вдохом.
– Что бы ни сказала сгоряча тетушка Шерилин, не сомневаюсь, она сейчас сильно об этом жалеет, – мудро заметила Эмми. – Она не желает тебе зла.
– Если бы… Мама только и ждет, когда сможет сплавить меня замуж, чтобы больше не позориться перед соседями.
– Не накручивай сама себя, Энди, – укоризненно покачала головой кузина. – Я уверена, тетушка не хочет от тебя избавляться. Ей и так грустно и одиноко без лорда Роула, чтобы потерять еще и тебя.
Опустив нос в воду, фыркнула в ответ на слова Эмми. Все у нее одинокие – и мама, и лорд Крейг, и блохи на дворовой собаке. Одна я…
«Чудовище».
Нет уж, хватит.
– Не хочу здесь оставаться, – обреченно проговорила я скорее самой себе, чем Эмми. – Не знаю, как теперь вести себя с мамой после всего, что мы друг другу наговорили.
– Тогда, – кузина с довольной улыбкой облокотилась на край ванны, – у меня как раз есть кое-что, что тебе понравится. Помнишь Фиби Эткинсон? Племянница лорда Толли, мы с ней играли в детстве. Вы еще поспорили, кто выше заберется на дерево. Ты тогда упала с верхней ветки прямо в пруд.
Я закатила глаза – такое не забудешь. Мы с Фиби вечно подбивали друг друга на всякие глупости.