Очень дорого сердцу (СИ)
Опять на кухне повисло молчание. Но в этот раз не давящее, просто каждый из нас размышлял об услышанном. Почему мы не могли разговаривать вот так, в открытую, все прошлые годы? Зачем копили в себе претензии, пока не довели до истерик и ругани? Старались, как лучше, а получилось, что получилось…
— Ты останешься здесь? — дед спросил, подался вперёд телом, словно этот вопрос был для него наиважнейшим.
— Хотела сегодня домой прийти, — неуверенно сказала я, потому что не уверена, что там меня ждали.
— Бабушка будет рада, — услышала я, и с души будто камень упал. — Ну, мне пора.
Дед оттолкнулся от подоконника, его затёкшим ногам тяжело дались первые шаги.
— Подожди, — остановила его, — пойдём вместе.
От Победы до Гагарина пошли пешком, путь не близкий, но мы с дедом не спешили. Я крепко держала его под руку, и мы разговаривали всю дорогу, вспоминая всё то, о чём так долго молчали. Под шумок выдала новость об увольнении, естественно, не вдаваясь в подробности. Честно призналась, что ещё не решила — искать новую работу или плотно сосредоточиться на последнем годе обучения. И снова дед сказал, что решать мне самой. Дождёшься, блин, от него совета.
Бабушка обняла меня прямо на пороге, словно год не виделись. Я прошептала ей в макушку «Прости, я виновата», но она лишь отрицательно мотнула головой, настаивая, что виновата сама. Дед, застрявший на входе, выждав пару минут, сказал:
— Короче, виноватые, завязывайте. Дайте пройти, мне срочно нужно сесть. — Спешно снял туфли, резво преодолел оставшиеся метры до своего любимого места на диване и блаженно простонал: — Ох, старость — не радость.
А мы с ба, всё ещё обнимаясь, рассмеялись.
[1] Песня «Малыш» В.Цоя, которая не вошла ни в один студийный альбом, но была исполнена в 2000 г. группой Мумий Тролль на концерте «КИНОпробы»
Глава 10
До субботы, как и положено прилежному мальчику, Демид отсыпался. Нет, на работу он ходил, просто два вечера до выходных мы не виделись, копили силы. Зато в субботу он позвонил мне ни свет, ни заря:
— Через час заеду за тобой. Будь готова.
— Эй, почему так рано? — пыталась протестовать я.
— Потому что дел много.
Иной раз он убивал меня своей активностью и энтузиазмом. А мы ещё как назло вчера с Ленкой допоздна засиделись. Демиду отдыхать приказала, а сама гуляла все вечера. Замаскировав свою не выспавшуюся физиономию солнечными очками, к положенному времени стояла возле подъезда.
— Куда нас так рано несёт? — ворчала я, усаживаясь в машину.
— Ты забыла, что я ещё подарок тебе должен…
— Ты ничего не должен, — перебила я. — Если слова «подарок» и «долг» используются в одном предложении, звучит не очень воодушевляюще.
— А если я скажу, что мне будет очень приятно подарить тебе подарок? — поспешил исправиться Демид.
— Это уже лучше. Но подарок не должен быть дороже тысячи рублей.
— Эй, мы так не договаривались!
Торговались мы всю дорогу, не собираясь уступать друг другу, настаивая каждый на своей правоте. Но когда мы остановились у крупного гипермаркета мебели, я не смогла сдержать удивления:
— Нам точно сюда?
Оказывается, ходить по мебельным магазинам, тем более, если ты практически единственный посетитель (кто ещё додумается ехать к открытию в субботу?) очень весело. Мы с Демидом посидели на всех диванах, мысленно представляя, в какую комнату на Победе подойдёт тот или иной, долго не могли определиться с обеденной группой (он настаивал, что нужно шесть стульев, а я доказывала, что и четырёх хватит). По той части выставки, где располагались спальни и кровати, ходить с ним было невозможно: Демид затаскивал меня на каждую кровать «полежать», потом начинал прыгать, проверяя матрасы на прочность и упругость, отчего консультанты прыскали в кулачки, а я заливалась краской. Угомонить этого мужчину, который хлебнул видимо где-то волшебного зелья и превратился в шкодливого мальчишку, было невозможно. Но больший шок меня ждал, когда тот, не церемонясь, потащил меня оформлять покупку:
— Дём, ты не в себе? Какая кровать?
— Самая лучшая, — он задорно блестел глазами.
Я попыталась было возражать, но на каждое моё слово у него находился поцелуй. Да чтоб тебя!
— Девушка, — он спокойно беседовал с администратором, в то время как я трепыхалась в его руках, пытаясь вырваться, — какую кровать и матрас могут привезти сегодня?
Когда мне всё-таки удалось освободиться, я с силой уволокла его от стойки «на пару слов».
— Я не поняла — это для кого подарок: для меня или для тебя? — прищурив глаза, подозрительно посмотрела на Демида.
— Это — для новоселья! А тебе за подарком мы поедем потом.
И тут мой протест вышел на новый виток. Я пригрозила, что просто не пущу доставщиков в квартиру. Сошлись на том, что я покупаю кровать, кухонные стол и стулья, а от него в качестве подарка и на новоселье, и на день рождения принимаю матрас. Демид пыхтел, сыпал аргументами и давил на жалость, но, когда я решительно достала на кассе деньги, немного опешил:
— Мадам, откуда столько денег? Выходное пособие на работе получили? — Задумался, наблюдая, как я отсчитываю банкноты, и продолжил допрос: — Как ты вообще догадалась, что нужно деньги в таком количестве с собой взять?
— Дед в четверг пристыдил, что в квартире до сих пор сидеть не на чем. Пообещала ему, что за выходные решу эту проблему. Сама хотела тебя попросить проехаться по магазинам, но ты опередил.
— Нет, ты просто мастер портить сюрпризы!
— А я тебя предупреждала, что не люблю их.
Демид, может, и согласился со мной, но выглядел обиженным. Не хотелось видеть все выходные его расстроенное лицо. Пыталась задобрить его поцелуями, но он отделывался сухими чмоками. Чёрт, придётся идти на компромисс, подлизываться.
— Дём, а что ты мне хотел подарить? — ластилась я к нему, как кошка, пока мы шли на стоянку к машине.
— Можно подумать тебе угодишь, — ворчал он.
— Конечно угодишь! Хочешь я сама выберу?
— И даже заплатить разрешишь? — продолжал ехидничать тот.
— Если что, добавлю, — видя, что он шутку не оценил, спешно добавила: — шучу. Знаешь, что я хотела бы получить от тебя в подарок? Мне так нравится, когда ты называешь меня Аленьким, поэтому я хочу подвеску в виде цветка, желательно красного…
— Алька! — Он не дал договорить, подхватил на руки, закружил. — Такое даже мне в голову не пришло! Всё, едем покупать!
Но всё оказалось не так просто, как выглядело в начале. Потому что я думала про дешёвую безделушку, а Демид пытался таскать меня по ювелирным салонам. Но когда я увидела в витрине серебряную подвеску с гранатами-капельками вместо лепестков, даже он согласился, что это — то, что нужно. Я была так впечатлена цветочком, что согласилась и на тонкий серебряный браслет на руку для него.
— Ты довольна? — спросил Демид, хотя у меня и так всё было написано на лице.
— Очень! — честно призналась я, не отводя взгляда от подвески на моём запястье. — Даже лучше, чем я себе представляла.
Мы собирались где-нибудь перекусить, когда у меня зазвонил мобильный:
— Аля, вы на обед собираетесь? — Дед, как всегда, был лаконичен, а его интуиция временами пугала. — Через полчаса ждём вас дома.
Краткость, конечно, сестра таланта. Но тут больше было похоже на приказ. Я даже ответить ничего не успела, а в трубке уже были короткие гудки.
К назначенному времени мы были на Гагарина. Демид казался расслабленным и спокойным, помня деда приятным собеседником по их первой встрече. Но что-то мне подсказывало, что сегодня всё будет иначе. Бабушка только разливала холодную окрошку по тарелкам, а Юрий Петрович уже пошёл в наступление:
— Как ваши дела, Демид?
— Спасибо, что интересуетесь. Всё хорошо.
— А что насчёт Али? Какие у вас планы на неё?
Я вся подобралась от этого вопроса, сердце заколотилось. Мы с Демидом между собой эту тему ещё не обсуждали. Зато дед — прям Ворошиловский стрелок, точно знает, куда бить. Не уверена на сто процентов, занервничал в том момент Демид или нет, но левую руку в кулак он сжал с силой, и, стараясь оставаться корректным, заговорил: