Пробуждение Гиганта (СИ)
Погода за это время заметно испортилась, и лететь приходилось по приборам и картам, иногда отправляя геликоптеры на разведку перед собой. Тяжёлые осенние облака затянули небо под Офелией и скрывали её от ненужного внимания королевского флота.
Однако, вскоре коммодор вызвала их к себе, чтобы поставить новую задачу.
— Перейдём сразу к делу, — начала она, когда Стрелки заняли свои места перед ней в кабинете. — Один из наших миссионеров был схвачен и доставлен в тюрьму Хелиган. Эта тюрьма не из самых простых, туда попадают те, кого считают шпионами и вражескими агентами. Пастор Гуткнехт был из братьев Ордена Хрустальной Чаши, причём занимал там не самое последнее место. Орден очень расстроится, если их прелат погибнет от руки каких-то крыс. Но Синод ещё больше расстроится, знания пастора станут достоянием королевской разведки.
— Прошу прощения, а какую миссию выполнял пастор в Сфорца? — прервал объяснения Вебер.
— Он был доверенным лицом одного из крупных дворянских родов, который питает симпатию к Союзу и помогает нашим агентам на территории королевства. Конечно, этот человек понимал весь риск своей работы, но мы не можем оставить его на произвол судьбы. Поэтому вы и отправитесь на это задание…
— Я так понимаю, сестёр с нами не будет… — задумчиво пробубнил Док.
— Именно. Эту операцию надо провести с минимальным шумом и без помпы. Скорее всего, они ещё не выяснили, что пастор — человек Союза, так что у нас есть время и возможность сыграть на вмешательстве империи в эти игры. Поэтому данная операция будет проходить под флагом Империи. Вы будете высажены в отдалении от тюрьмы и прибудете в неё на конвое продовольствия для гарнизона. Ваша задача — быстро и тихо найти пастора, освободить его и вывести с территории. Одновременно с этим вы должны организовать массовый побег заключённых, чтобы спутать карты охране и ищейкам короля.
— Сроки?
— У вас на выполнение 36 часа. Высадка на геликоптере завтра в 6.30 вечера, с наступлением сумерек. В 6.30 утра, через полтора дня, вы должны вернуться на точку эвакуации. Вопросы?
— Какое оснащение у нас будет?
— Королевское вооружение и форма.
— А “Анафема”?
— Да, только в разобранном виде. Она будет замаскирована под груз.
— Кого мы встретим там? — решил уточнить Игги.
— Королевская армия, охранные части.
— Их много?
— Около двух сотен человек в сумме. Однако, комплекс тюрьмы довольно большой, если будет организован массовый побег, то у Вас будет некоторое время, пока они соберутся с силами.
— Какие-то ещё задачи у нас будут? Документы? Заложники? Другие ценные заключённые?
— Нет, ваша цель — спасти пастора и вернуть на Офелию.
Ещё некоторое время они посвятили изучению местности по картам, которые были у Генриетты, а также составлянию плана операции. Предполагалось, что они проникнут в тюрьму этим же вечером под видом снабженцев, затем изучат всё изнутри, насколько смогут, и подготовят себе пути отступления, заложив взрывчатку в нужных местах и устранив основных офицеров, чтобы посеять панику в первые минуты прорыва. После чего оставалось только дождаться нужного момента и начать атаку. В быстром темпе добраться до стоянки техники с пастором и прорваться на свободу, прежде чем все поймут, в чём было дело. Всё выглядело вполне неплохо на первый взгляд, и Стрелки принялись за подготовку.
***
Вечер выдался дождливый, погода внизу разыгралась не на шутку, да ещё и ранние сумерки портили всё впечатление от происходящего. Но Вебру было не привыкать к подобному.
— Это нам даже на руку, не будут особо цепляться к нашим рожам. Кому охота мокнуть, проверяя документы у снабжения…
В общем и целом, оно так и получилось. Проникновение на территорию тюрьмы прошло достаточно гладко. Разве что к лицу Эрики была пара вопросов, но порядок в фальшивых документах, плюс, небольшое вознаграждение в виде банки сгущенного молока, сделали своё дело, и четвёрка попала за ворота неприглядной серой тюрьмы. помогая с разгрузкой персоналу, они оттащили контейнеры с частями “Анафемы” подальше и припрятали их от лишних глаз в куче строительного хлама. Затем четверо разделились и каждый пошёл осматриваться на местности. Вебер обследовал первый этаж и подвал главного здания, на Эрике был двор и наружные постройки, Игги проверял второй этаж тюрьмы, а Док осматривался в казармах.
Вебер взял на себя самую рискованную и неприятную часть миссии. В подвал вход строго по пропускам, которые можно было добыть только в канцелярии, причём без привлечения внимания местного писаря. Здесь он сработал в паре с Доком, который отвлекал парня, пока альбинос выправлял себе разрешение. Док умел отвлекать людей на достаточное время так, чтобы не вызывать особых подозрений. Язык у него был подвешен неплохо, а тюремному канцеляристу было явно скучно от занимаемой им должности.
Выудив себе нужную бумажку, Вебер попал на подвальный уровень. И тут, надо сказать, было отвратительно. Именно тут содержали пастора, которого наёмник быстро нашёл и дал знать о том, что готовится побег. Изучив всё, вебер понял, что он начнёт свою часть операции именно с подвала, чтобы как можно быстрее добраться до цели. Дальнейшее ознакомление с тюрьмой было подробным лишь на столько, насколько этого требовало задание. Веб решил не шататься тут и там без дела, а постоянно ввязывался в небольшие работы, как бы находясь при работе, а значит, не просто глазея по сторонам.
Эрика в это время прогулялась по двору, запомнила места расположения часовых и их график смен, а также успела заложить две бомбы у ворот и под одной из башен охраны. Однако, после этого прогулку быстро пришлось закончить, потому что к ней уже начали присматриваться. Ретировавшись к их грузовику, она затаилась там до прихода остальных.
Следующий день был ещё более пасмурным. Хотя, возможно, так казалось из-за того, что вместо тёмного ночного неба над ними было серое, дневное. Осень давила на настроение, и даже острящий и взволнованный Зигфрид казался каким-то унылым в этой атмосфере. Но время начала операции медленно подходило. Обсудив полученную информацию, они принялись ждать ночи, когда настанет время нанести удар. Время потекло так медленно, как это было возможно.
В час ночи, во время смены часовых, Эрика нажала на кнопку радио-детонатора, и взрывы прокатились по тюремному двору! Уже через пару минут после этого раздались ещё два взрыва, на этот раз уже в здании казарм. И воздух разорвал сигнал тревоги, поднимающий всех на ноги. Эрика заняла позицию на одной из вышек, откуда она отстреливала охрану из винтовки, а Вебер вломился с гранатой в подвальный этаж тюрьмы, пробивая себе дорогу к пастору.
Однако, всё пошло не совсем так, как было рассчитано. Хаос, поднятый взрывами и тревогой, упорядочился намного быстрее, чем хотелось стрелкам. Вебер вытащил их цель из камеры в последний момент, когда в неё начали накачивать удушающий газ. Эрика стретила сильное огневое сопротивление, которое быстро начало давить её огнём на подавление. Очень повезло, что в этот момент у противника за спиной оказался Зигфрид в “Анафеме”, которая в этот раз была оборудована пулемётом и клешнёй. Бойня во дворе рисковала затянуться на долго.
Игги в этот момент пытался вытащить из камер и организовать заключённых, но многие из них уже наглотались удушающего газа и если и могли что-то сделать, то едва шевелили ногами, умирая на ходу. В набитом врагами здании его поддержкой была лишь горстка человек, вовремя защитившими себя при помощи тряпья, пропитанного мочой.
К трём часам ночи сражение за тюрьму стало идти в совершенно неприятную сторону. Врагов оказалось больше, чем планировали Стрелки, а поддержка из заключённых оказалась существенно меньше. Кроме того, пусть тут и стояла охранная часть, но сдаваться она не собиралась. Веб, ведущий пастора через огонь, уже ощущал сильную нехватку огневой поддержки. Ему оставалось преодолеть около пятисот метров двора с перебежками между укрытиями, чтобы добраться до грузовика, Эрика была на башне у ворот и использовала станковый пулемёт для подавления вражеского огня, Игги успел выбраться из здания, но из всего немногочисленного отряда заключённых у него осталась только какая-то женщина, которая неистово держалась за винтовку и шла в ближний бой. У Зигфрида дела складывались тяжелее всех. Его пулемётные ленты закончились, поэтому теперь он на свой старх и риск бросался в рукопашную, орудуя манипулятором-клешнёй, чтобы буквально ломать врагов пополам. Хотя, судя по тому смеху, что слышался из его доспеха, доктору было лучше всех в этой горячке. Но надо было заканчивать праздник жизни.