Жена по контракту (СИ)
Во всяком случае, если меня кто-то собирался тут грохнуть, можно было рассчитывать на оперативную помощь врачей. Авось откачают — не всё же Арманду со мной носиться.
Выйдя из лифта и пройдя пару шагов, оказалась в тишине просторного холла. Откуда-то доносилось едва слышное жужжание кулера, а сонная девушка с потрясающими отливающими медью волосами, заплетёнными в косу, перебирала бумаги возле стойки регистратуры. Почти идиллия, если бы не знать, что здесь, совсем рядом, в любой момент может кто-то умереть.
На меня вдруг накатили воспоминания, как каждый день Арманд появлялся в дверях моей палаты и просто молчал. Лишь смотрел, словно пытался что-то понять для самого себя, на что-то решиться. И каждый раз я думала, что он готов со мной поговорить — сказать хоть что-то, чтобы разорвать хрупкую паутину безмолвия, что сплелась между нашими душами, но Арманд неизменно уходил, унося за собой мой покой. Пока не забрал его окончательно.
А теперь он рядом, а я всё равно жду от судьбы какого-то подвоха, потому что моя жизнь превратилась в яркую карусель, в которой события сменяют друг друга, а интриг и недомолвок больше, чем я готова была выдержать.
Сильнее прочего не давал покоя появившийся внезапно Юра. Что он хотел от меня? За время отдыха мы с Армандом ни разу о нём не говорили, и от этого беспокойство лишь усиливалось. Понимала, что всё это неспроста и как-то связано с его долгом, но ответов у меня было во сто крат меньше чем вопросов. И успокоиться бы, забить, но не получалось, хоть тресни.
Всё вместе вдруг навалилось на меня, сдавило болью голову, и я поняла, что если вот прямо сейчас не выйду на улицу, не вдохну свежего воздуха полной грудью, выключусь, как сломанная детская игрушка.
Кое-как нашла нужный автомат, который стоял чуть левее по коридору, сделала себе двойную порцию чёрного кофе без сахара и наконец-то распахнула входную дверь из белоснежного пластика.
Порыв свежего ветра ударил в лицо, разметал волосы, принеся с собой аромат леса. Откуда бы ему взяться почти в центре города-миллионника я не знала, но дышалось хорошо.
Так, потягивая кофе, я достала из сумки честно купленные сигареты и решила отойти вглубь двора, чтобы никого не оскорбить ненароком видом курящей женщины.
Благо на улице всё ещё ночь, потому найти укромное местечко не составило труда. Поставила стаканчик с остывающим кофе на край парапета, закурила и присела на пенёк. Прямо Маша, только пирожков не хватает.
Сигарета тлела, кофе стыл, а я думала о всякой ерунде, совершенно не обращая внимания на то, что творилось вокруг. Ушла глубоко в себя, но вдруг какой-то звук заставил насторожиться. Голоса, показавшиеся мне смутно знакомыми, донеслись до слуха, и я напряглась, прислушиваясь.
С каждым мгновением я всё чётче понимала, что отлично знаю этих болтунов, скрытых от посторонних глаз ночной тьмой.
Я выбросила сигарету, оставила ставший ненужным кофе и, пригнувшись, чтобы меня не заметили нечаянно, пошла на звук.
Чувствовала себя разведчицей и чуть не собирательницей сплетен, но я не могла упустить такой возможности: мне нужно было узнать, о чём так ожесточённо спорили Снежана и Толик. В том, что это были именно они, я уже не сомневалась.
Под моей ногой что-то хрустнуло, я замерла в своём укрытии, но они ничего не слышали, до такой степени были поглощены беседой.
— Ты всё отдал, как я просила? — Тонкий голосок Снежаны резал по ушам, до того противным казался, что я поморщилась. — Сам понимаешь, нужно торопиться. Врач сказал, что счёт пошёл на часы.
Толик тем временем что-то пробурчал в ответ, а я вытянула шею, во все глаза глядя на эту парочку. Они стояли у стены рядом с мусорными баками, а тусклый свет фонаря едва падал на них. Но всё-таки я, пусть и плохо, но могла рассмотреть беседующих.
Снежана и Толик — ошибки быть не могло. Вот только зачем прятались?
А ещё они стояли очень близко друг к другу — слишком близко, чтобы это могло считаться приличным.
К сожалению, они снизили громкость до минимума, словно кто-то отключил звук старого телевизора, но разговор не прервали: ещё некоторое время о чём-то шептались, оглядываясь по сторонам. Заговорщики, чтоб их. Снежана активно что-то доказывала, даже руками размахивала, и пусть плохо, но я видела, что в этот момент она сбросила все свои маски, превратившись в очень злую и обиженную девочку.
Надо было срочно уходить, поделиться с Армандом тем, что узнала. Только что на самом деле я могла рассказать? Какие слова для этого подобрать, чтобы меня поняли? Казалось очевидным, что эту парочку связывало нечто большее, но вдруг я ошиблась? Мало ли, о чём они беседовали — всё равно ведь толком ничего услышать не получилось, кроме пары фраз…
Пока размышляла, шептуны разошлись, а я решила пойти взять кофе для себя и Арманда. Ему наверняка не помешает взбодриться. Да и мне нужно было собраться с мыслями, чтобы понять, что делать с полученной информацией.
Возле кофейного аппарата тянулась жиденькая очередь: мордатый мужик в клетчатом пиджаке, девушка в белом халате и парнишка лет шестнадцати с тёмными кругами под глазами. Я стала за ним, а он всё время бурчал себе что-то под нос, недовольный своей проклятой судьбой. Возраст, что поделать — в юности многое переживается острее, и невозможность получить всё и сразу бесит неимоверно.
Через пару минут я уже взлетала на лифте вверх, боясь, что Арманд остался совершенно один со своей бедой, а меня нет рядом.
Но, как оказалось, его было кому утешить.
Чёртова Снежана! И как у этой расфуфыренной бабёнки всегда находился повод тереться своими дутыми сиськами о моего мужа?
О да, я ревновала, только показывать этого не планировала — сейчас Арманду точно не до бабских драк. Если у Снежаны хватало совести вытворять непотребства рядом с палатой, в которой лежал её муж, то я точно не собиралась опускаться до её уровня.
Но Арманд заметил меня, замершую в коридоре с этими глупыми стаканчиками в руках, и в глазах его зелёных мелькнуло что-то такое, что разом остудило мой пыл.
В них светились тревога, злость и радость — радость видеть меня. Радужка переливалась всеми оттенками изумрудного, а я выдохнула. Я верила этому мужчине — верила, как никому и никогда до этого.
И если он сказал, что не хочет эту куклу, значит, не хочет. Всё, закрыли тему.
Арманд оттолкнул от себя Снежану, а она полоснула меня полыхающим взглядом, и призрачная улыбка блуждала на губах. Точно, стерва.
Мой муж шёл ко мне, устало улыбаясь, а Снежана достала телефон из сумочки и принялась лихорадочно строчить что-то, глядя на экран. Я не могла оторвать от неё взгляда — она действительно была красивая, хоть и насквозь фальшивая.
— Поехали домой, — сказал Арманд, притягивая меня к себе и зарываясь носом в мои волосы.
— Как он? — Я подняла взгляд и протянула Арманду ещё горячий стаканчик кофе. — Вы поговорили?
Арманд лишь кивнул, пропуская меня в распахнувшиеся створки лифта, а я не стала лезть с расспросами, хоть и рада была бы выслушать. Но за время нашего недолгого, но очень насыщенного общения с Армандом уяснила для себя одну истину: он делится чем-то только, если не может иначе.
Выйдя из больницы, молча сели всё в тот же арендованный автомобиль и поехали к дому. Лорда в ней уже не было, значит, Вадик всё-таки увёз его. Жаль.
Дорога предстояла неблизкая, потому я свернулась калачиком на сиденье, закрыла глаза и провалилась в сон. Просто выключилась, упала в вязкую тьму без единого видения.
А проснулась от громкого хлопка и звука удара.
Мамочки!
26 глава
Арманд
А ведь всё было почти хорошо: Лана заснула, я свернул на шоссе, ведущее к нашему посёлку, и до дома оставалась какая-то херня, но случилось то, что случилось.