Из тени и тишины (ЛП)

— Это было весело, — Слейвик стукнул ладонью по плечу Родеса. Родес был большим и сильным, но в Слейвике была энергия Земли, и он был мощнее. То, что Родес скривился, показало, что Слейвик не сдерживался.
— Ладно. Готовы к следующей встрече? — Родес игнорировал нас и то, что произошло только что.
Я покачала головой.
— Я слишком устала. Мне нужно поспать. Простите.
— Не извиняйся, — Истон огляделся. — Я думаю, что всем нужен перерыв этой ночью. Мы все боремся с одной целью в голове. Да, нас может пока не хватать против Серого, но если мы не сможем расслабиться и собрать все силы духа, нам всем будет плохо.
Я была благодарна. Я не хотела уговаривать его при остальных.
— Думаю, если мы поговорим с Джастисом и Ридли, они помогут нам понять, как выделить всем время на отдых.
Вошла Розамонд, Эмори была с ней, Люкен и Брэлинн следовали за ними.
Пророчица улыбнулась.
— Не переживайте, я знаю, что нужно сделать. Еда уже в пути, а еще медовуха и развлечения, чтобы порадовать народ. Эта ночь будет для отдыха и поднятия настроения.
— Порой у роли Пророка свои преимущества, — сказала Эмори.
— А порой это ужасно жутко, — сказала я, глядя на Розамонд.
— Точно. Не так просто следить за всем, что происходит, но я увидела, что нам нужно расслабиться, так что я решила помочь с этим. Если это была ошибка, не переживайте, я могу все отменить.
— Спасибо, Пророчица, — сказал Истон. — Спасибо за заботу о нашем народе.
— Всегда, мой король. Сколько могу.
На этой загадочной ноте они ушли группой, оставив меня и Истона с Родесом и Слейвиком. Мы были растеряны.
— Она всегда была такой жуткой? — спросил Слейвик.
— С моего детства, — ответил Родес.
— Да? — я была заинтригована.
— Ага. Моя сестра всегда была немного жуткой, иной, и она уже обладала силой, когда я родился. Но она всегда помогала мне, и даже когда мама не могла это делать, ведь отец пытался убить ее.
— Мне жаль, — прошептала я.
— Не стоит. Мы все прошли ад, но мы тут. Мы вместе. И мы одолеем Серого. Мы одолели мою семью, победили у Обскурита, который пытался все у нас забрать. Мы победим и тут. Потому что мы это делаем.
— И на этом, думаю, пора выпить, повеселиться и, может, найти пару магов, которые не против большего, — Слейвик подмигнул мне, обвил рукой плечи Родеса и повел его туда, где все собирались.
— Слейвик точно может поддержать, — сказала я.
Истон посмотрел на меня.
— Что? — спросила я.
— Слейвик — это нечто.
Я фыркнула, и мы с Истоном прошли на пару футов к группе. Я вдруг услышала что — то за собой. Я застыла и медленно развернулась.
— Ты это слышал? — спросила я.
— Нет, но что — то ощущается неправильно. Я скучаю по чарам.
Истон пробубнил последнюю часть, и я не знала, понимал ли он, что сказал это вслух.
— Давай посмотрим, что это.
— Каждый раз, когда мы ходим проверить, оказывается, что кто — то пытается убить нас, — сказал Истон.
— Да, но такие нынче дни.
— Вы его ощущаете? — спросила Розамонд, и я повернулась к Пророчице. Мои глаза расширились.
— Где Эмори? Разве вы не шли в другую сторону?
— Да. Они устраивают всем спокойную ночь. А нам пора разобраться с тем, чего не должно быть.
— Тебе нужно вернуться, — быстро сказала я. — Пойти за Родесом.
— Нет, я пойду с вами. Родесу не нужно это видеть. Как и Дельфине.
— Что там, Пророчица? — спросил Истон.
— То, чего не должно быть. Нечто из тьмы и смерти, — она сделала паузу. — Это извращение.
Я охнула. Я догадывалась, кто это мог быть.
— Эйтри.
Пророчица кивнула.
— Когда тени Серого забрали его, что это с ним сделало? — спросил Истон.
— То, что не должно быть, — повторила Пророчица.
— Ладно. Нужно идти, — сказала я с магией наготове. Я устала, тренировки забрали много сил, но не важно. Судя по тому, как Розамонд смотрела во тьму, это был Эйтри. И она не хотела, чтобы ее брат видел, как еще один из их семьи был искажен. — Тебе нужно быть тут, Розамонд? — спросила я.
— Да. Одному из нас нужно быть возле семьи. И моему брату не нужно это бремя.
 
Она пошла к лесу, ее темные волосы развевались вокруг нее, коричневая кожа сияла в свете луны.
Я сглотнула и пошла за ней, Истон был рядом со мной.
— Мне это не нравится, — прорычал он.
— Мне все это не нравится, но Розамонд не вела бы нас в опасность.
— Я хочу верить в это. Так что я доверюсь ей.
Я знала, что доверие Истона получить было сложно. Нам нужно было подавлять страх. Нам нужно было увидеть, кто там был.
Мы пошли по лесу, желчь подступила к моему горлу, когда я увидела, что лежало перед нами.
Эйтри был там, его тело было серым, большие порезы были на груди и руках, словно его много раз били мечом. Его глаза покраснели, слюна стекала по лицу.
Он посмотрел на нас, и я заметила, что его шея была под странным углом. Он зарычал.
— Это случается, когда темная магия проваливается. Когда магия теней входит в тело, но не покидает его полностью. Таким мог бы быть Серый, если бы ему не хватало сил противостоять этому.
Я взглянула на Розамонд.
— О чем ты?
— Серый случайно поместил в него часть себя. Из гнева, из ненависти, из тьмы. Серый использует магию, чтобы выглядеть красиво, так, как не должно быть. Он прячется от меня, от других Пророков. Так что я не могу видеть всего. Тут нет моего кузена, только тень того, каким он был. Того, кем он когда — то был.
— Что нам делать? — спросил Истон, магия Огня была на его ладонях.
— Я разберусь с этим, — сказала Розамонд.
— Ты не обязана.
— Обязана. Моя бабушка жива, брат жив, как и мои друзья. Хотя бы некоторые. Но наш род вскоре станет пылью, если мы не победим. Тень перед нами — не люмьерец. Это то, чем был бы Серый без силы, — повторила она.
Я застыла.
— Как нам одолеть Серого, Розамонд?
— Нужно найти силу в нем и убрать ее, чтобы он перестал быть мейсоном.
— Как это сделать? — спросила я.
— Судьбы не показали мне. Но, боюсь, способа нет, — ее голос оборвался, меня наполнило отчаяние, ладони дрожали.
— Должен быть способ. Все это зря, если его нет.
Пророчица посмотрела на меня с туманом в глазах.
— Я знаю, Жрица. У меня нет силы одолеть его. Я не вижу. Эйтри тут, хоть он не может двигаться и говорить, он как — то прибыл, чтобы показать нам, что не должно быть.
— Кто его прислал? — спросил Истон.
— Судьбы, — прошептала Пророк. — Они показывают нам, что нужно сделать, даже если в этом нет смысла.
— Розамонд, — прошептала я.
— Нужно найти способ. Я не вижу его. И, боюсь, если я не увижу, это не сделать.
— Мы найдем способ, — прошептал мне Истон.
— Ясное дело. Мы не проиграем.
Я посмотрела на Розамонд, то, что у нее не было надежды, что Пророчица не видела путь к победе, пугало меня больше всего.
Потому что я всегда верила, что Розамонд поможет нам найти путь.
Если она видела туман и смерть? Неизвестное?
Как тогда нам найти путь и знать, за что биться?
— Покойся с миром, Эйтри, — прошептала Розамонд.
Парень, который был кузеном двух моих друзей, истинный принц Люмьера, поднял голову, его глаза были огромными. Он вдруг выдохнул и пропал.
Сила в нем не была настоящей, не была правдой. И Пророчица как — то вытащила ее из него.
Но, как она сказала, он был просто тенью Серого.
И мы не так одолеем тирана.
Я посмотрела на Истона, переживая сильнее, чем раньше.
Если мы не могли найти способ одолеть Серого, мы проиграем. И мы погибнем.
И все будет потеряно.
Глава двадцатая
Лирика
Мне нужно было поговорить с магами Духа.
В моей короткой жизни — хотя она казалась длиннее двух десятков лет, что я прожила — маги Духа всегда тянули меня к себе. Я звала их в боли, молила о помощи, и они порой слушали. Они вмешались, чтобы спасти мою жизнь, слушали меня, чтобы упрекать. Слушали меня, чтобы попытаться научить.