(Не) родной (СИ)

– И я надеюсь, – буркнула я.
С невестой, ишь как подчеркнул! Да хоть объешьтесь, мне-то что!
– И имей в виду, – ему всё никак не удавалось покинуть детскую, – при любых посторонних, тем более при поездке в город, ты должна обращаться ко мне «ваше высочество». Фамильярность – вовсе не то, что принц спускает няне своего ребёнка.
Ах ты... петух неощипанный! Глядите, как запел!
– Да ради бога! – я сложила руки на груди. – Ещё что-нибудь, ваше высочество? Надеюсь, уважительное обращение будет взаимным? Или тем, кто отказывает вам в постели, рассчитывать на адекватное отношение с вашей стороны не приходится?
Принц замер. Развернулся, снова сверкнув глазами. По-моему, хотел сказать что-то резкое, однако вдруг задумчиво произнёс:
– Вы очень странная девушка, Дина. Я бы решил, что из другого мира, если бы не знал, что это невозможно. И разумеется, вы можете рассчитывать на ответное уважение с моей стороны.
На миг я замерла, позабыв все свои обиды и амбиции. Слова застигли врасплох.
Обведя языком внезапно пересохшие губы, на которые Рэд тут же перевёл взгляд, осторожно произнесла:
– Вы так уверены, что невозможно...
Очень постаралась, чтобы в голосе можно было расслышать и вопрос, и шутку, и обычное праздное любопытство.
– Уверен. Я и сам однажды...
Затаив дыхание, я ждала, что он добавит, и боялась спугнуть. Но Рэд перебил сам себя:
– Впрочем, не важно.
Снова отвернулся. И двинулся к выходу, на этот раз не оборачиваясь.
  
11
 
Какое-то время я смотрела ему вслед. Сердце грохотало, миллионы вопросов вертелись в голове. Чёрт, может, признаться? Ну что я теряю?
А вдруг теряю? А вдруг сделаю хуже – и не только себе, но и Артику?
«Ваше высочество», – перекривляла про себя кронпринца.
Немного подумав, вынуждена была признать, что Рэдиссон Айвер прав, и странно, что до сих пор пропускал моё «тыканье» мимо ушей. А мне даже нравилось, он казался таким... близким, что ли.
Всё, хватит думать о нём!
Выдохнув, я вернулась к Артони. Тот как раз уже крутился, пробуждаясь. После сел резко, захлопал глазами:
– Мама?
– Я тут, малыш.
Его лицо озарила такая счастливая улыбка, что у меня слёзы навернулись на глаза.
– Привет! – вдруг раздалось над головой.
Я вздрогнула, Арти же наоборот – радостно засмеялся:
– О! Эмблер!
Задрав голову вверх, я попыталась рассмотреть, кто это к нам пробрался.
– Ты не видишь его, да? – расстроился Артони.
– Кого? – насколько я знаю, «воображаемые друзья» не слышны окружающим.
– Эмблер – мой пра-пра-дедушка. Он призрак! – произнёс Артик с гордостью, и глаза его на миг округлились.
Я снова посмотрела на потолок, вроде бы взглядом нащупав какую-то дымку... И в этот момент будто что-то переключилось – и я увидела прозрачного человека.
«Дедушка» Артони дедушкой совсем не казался – наоборот, он выглядел чуть ли не моложе Рэдиссона! Залихватские чёрные вихры до плеч, смешные панталоны, какие в нашем мире носили во времена Шекспира, ещё и сабля на боку!
Похоже, он смотрелся устаревшим даже по меркам этого мира!
– Миледи, – парень учтиво поклонился, сняв шляпу с пером. – Залетел глянуть, что у вас тут творится. Зыбь, знаете ли, пошла по мирам.
Ох. Есть надежда, что нас с Рэдом он не подслушивал. Если тут ещё и от призраков надо прятаться...
– Зыбь? – переспросила я.
– Ну, это нормально. Фёли меняются местами. Но мне показалось, я и Артони услышал. И решил заглянуть.
– Ммм... вы к нам издалека?
– Далековато, – признал Эмблер. – Я, знаете ли, потерялся между мирами. Хотел вернуться ещё при жизни, да не смог. Ну, хоть сына успел оставить.
То есть они тут в принципе знают о других мирах и даже пытаются вольно туда-сюда расхаживать. Очень интересно.
Артик выполз из кровати и отправился в туалетную комнатушку. Эмблер проводил его взглядом, после снова поклонился:
– А вы, миледи? Кто будете?
– Я... Дина, няня Артони, – решила остановиться на версии попроще.
Эмблер загадочно сверкнул глазами – так, что захотелось ухватить его за что-нибудь материальное и выяснить, чего это он тут рассверкался. Может, знает больше нашего?
 
– Очень приятно! – снова поклонился он. – Простите, миледи. Давно я здесь не бывал, пролечусь по замку, если вы не против. Посмотрю, что нового.
– Рэдиссон с министрами встречается, – отозвалась я.
– Очень интересно! – оживился дух. – Пойду послушаю!
С этими словами он ломанулся куда-то прямо сквозь стену.
Какое-то время я усиленно подбирала челюсть. И заодно пыталась понять: я должна его видеть, или не должна?
– Арти, – спросила осторожно, когда малыш вновь вышел в спальню. – А призраков все видят?
– Только некроманты, – убеждённо отозвался малыш. – И некоторые маги Жизни, кажется...
– Ясно, – пробормотала я.
Но я же не некромант! Или всё-таки?
До вечера мы чудесно провели время. Вопреки опасениям, никто больше не ломился, даже пра-пра-дедушка не появлялся. Видимо, совещание оказалось очень уж захватывающим.
Жатта заходила несколько раз, в том числе чтобы ужин принести – но глаза не мозолила и жадным взглядом больше на меня не смотрела.
Пока папочки не было, мы – на мой страх и риск – сняли несколько гобеленов, которые очень уж не нравились Артику, и сложили кучкой в уголке.
Ещё прошлись до моей комнаты – проверить, в каком состоянии дверь.
Да, мусор и щепки от старой убрали. А вот новую пока никто не поставил! Поэтому я с чистой душой забрала халатик, сапожки и шаль со шляпкой, которые уже успели сюда принести. И отчаянно взывала ко всем высшим силам, чтобы ужин с министрами и невестой затянулся. Мог бы даже и в ночь перейти.
И нет, мне совершенно фиолетово, чем он там со своей ми-ми-мишной фурией будет заниматься! Фиолетово, я сказала!
У Артика кровать широкая, и если я успею заснуть до того, как заявится зеленоглазое высочество, надеюсь, оно не станет меня будить. А там и традицию заведём.
Заодно попытаюсь понаблюдать, что моему малышу не даёт покоя. Вдруг что-нибудь замечу? Вижу ведь то, чего не должна.
Артони пришёл в восторг от мысли, что мама будет спать с ним. Подозреваю, если бы Рэд заявился вечером, ему пришлось бы выдержать бурный натиск сына.
Но принц появился, когда Арт давно уже сопел, а я в своём чёрном махровом халатике сидела рядом в кровати, листая очередную книгу.
На тумбе стоял подсвечник, только он да небольшой огонёк в камине освещали спальню, которая вдруг начала казаться мне даже уютной.
Рэдиссон Айвер застыл на пороге – в шёлковой серебристой рубахе и плотных тёмных брюках, в какой-то удлинённой жилетке, расшитой сверкающими узорами, он казался действительно прекрасным принцем. Ещё и тонкая корона на голове...
Похоже, он заглянул к сыну после того самого совещания и ужина.
Под потолком мелькнул Эмблер, но обнаружив, что Арт спит, умчался дальше. Ну или просто растворился, и я его больше не видела.
Рэд же на миг застыл – я прямо видела, как в его голове происходит разрыв шаблона.
– Что вы здесь делаете? – соблюдая обещание, предельно вежливо уточнил.
– Готовлюсь спать, – отозвалась я, с трудом скрывая досаду. Явился, не запылился.
– У вас есть собственная комната.
– В ней нет двери! Вашими стараниями.
– С ребёнком вы спать не будете.
– Без двери тем более! Не хочу, чтобы ваши голодные зомби меня сожрали! К тому же, я ему обещала. Я отсюда не уйду.
– Я вас с ним не оставлю.
По-моему, наш вполне терпеливый хозяин начинал закипать. Хотя я вроде бы ничего такого и не делала... Подумаешь, пожала плечами и вернулась к чтению.
Разумеется, поглядывая за ним краем глаза из-под ресниц.
Рэдиссон на миг затормозил. А потом вдруг принялся раздеваться.
– Ладно, – произнёс. – Кровать достаточно широкая, поместимся все вместе.