Сууширский фарс 2/3 (СИ)

— И чего же вы хотите от меня? — спросил Саартан как можно серьёзнее.
— Подстраховать. Вдруг он решить смыться раньше, чем я его осмотрю.
Ага, а то, что пациент на самого осмотрщика кинуться может, эту маленькую боевую женщину не волновало? Саартан хоть и не пытался наброситься, но поначалу тоже вёл себя… несдержанно. Да кто угодно будет вести себя несдержанно, увидев поднос с острыми предметами и щипцами! Да и требование раздеться догола сдержанности ещё никому не прибавляло…
— Что, некого больше попросить? Я на вышибалу не тяну.
— А нет никого, — Дейрдре пожала плечами. — Кто на полигоне, кто в городе по делам… А мужа просить не хочу. Он ведь перестараться может, покалечить.
Муж у целительницы — ходячая гранитная скала под штормовым небом: этакий монолит из мышц и сухожилий, черногривый, породистый. Мрачный до мурашек, не в пример вечно улыбающемуся белобрысому Лэуорду. Можно сказать, полная его противоположность. И, вроде бы, тёмный маг. По крайней мере, очень похож. И такой точно может перестараться, защищая свою женщину.
— Массовый побег? — спросил Саартан про «нет никого». Поймал обиженный взгляд, усмехнулся. — Я, кстати, не обязан помогать вам причинять лечение.
— Да ты живёшь в моём доме, ешь мою еду! — возмутилась целительница. — Должна же быть от тебя хоть какая-то польза?!
— За меня платит Лига.
— За твой скверный характер мне никто не платит! Что за мужики пошли?! Некому сильное плечо подставить попавшей в беду женщине!
— Ладно! — Хранитель закатил глаза. — Открывайте вашу тюрьму… палату.
Как и предполагал Саартан, двери открывались не ключами, а приложением руки к прямоугольнику на стене. Технологично до странности. Драконы, эльфы, некроманты и вдруг — идентификационное устройство. Но если вспомнить, что Фаарха растит в Суушире будущих кураторов, то всё вписывалось в одну картину вполне органично.
Постоялец прыгнул к двери сразу, как только она отворилась. Саартан оттолкнул целительницу и заслонил собой. Что-то белое врезалось в него, зарычало и вцепилось зубами в руку, которой Хранитель успел прикрыться. По предплечью разлился обжигающий холод. Ядовитый он что ли? Не хватало потом на радость Дейрдре ещё и от заражения лечиться!
— Мы с миром! — вырвалось у Саартана, когда он не совсем миролюбиво отбросил постояльца обратно в палату.
Помимо высокого роста тело Дафтраана радовало ещё крепкими мышцами и способностью мгновенно аккумулировать силу в нужном месте. Очень удобно.
Не успев коснуться пола, постоялец прыгнул снова, вытягивая перед собой кулаки. И неожиданно резко прервал свой прыжок, встал как вкопанный в нескольких дюймах от острия появившейся перед ним шпаги Хранителя. Но смотрел он не на почти упирающееся ему в грудь лезвие, а на собственные руки.
— Что за чёрт? — пробормотал постоялец. Поднял голову и вопросительно уставился на Хранителя. — Где они?
— Кто? — Саартан моргнул, его шпага опустилась.
— Я же говорила, — выглянула из-за его спины Дейрдре. — С головой не дружит.
Постоялец сделал шаг назад в палату, остановился, хмуро переводя взгляд с Хранителя на целительницу и обратно. Саартан отметил, что у действительно белого от волос до ресниц и бровей человека в белом же костюме, гетерохромия: один его глаз был голубым с синими прожилками, а другой — малиновым с красными вкраплениями. И да, альбинос был бледный, что, собственно, нормально для альбиносов, и очень худой.
— Что это за место? — спросил разноглазый.
— Это дом целительницы…
— Это мой дом…
Хором ответили Саартан и Дейрдре. Хранитель мотнул головой, уступая право говорить хозяйке.
— Ты в моём доме, — сказала Дейрдре, разглядывая постояльца из-под руки Хранителя. — Тебя принесли без памяти, но я не успела проверить, не ранен ли ты.
— Не ранен, — альбинос отступил ещё на шаг.
— Это мне решать, — целительница сделала попытку протиснуться в камеру, но Саартан не позволил и загородил проход собой. Дейрдре хмыкнула и прижалась к его боку, чтобы расширить себе обзор. — Здесь ты в безопасности, а я хочу помочь.
 
— Мне не нужно помогать! — рыкнул разноглазый. — И тыкать в меня железяками тоже не нужно!
— Я уберу оружие, если ты дашь слово не нападать, — спокойно сказал Саартан.
— Что мне мешает слово нарушить?
— Не знаю. Совесть? Нежелание портить себе карму? Честь?
Альбинос презрительно скривился.
— Вы в каком веке живёте? — спросил он насмешливо и немного расслабился.
— А тебе от какой точки считать? — оживилась Дейрдре. — От начала спячки Земнотверда или от пришествия Семизвездья?
— Ч-чего?!
— Некоторые ведут отсчёт лет со дня сотворения Острова Богов, что на мой взгляд правильно и верно. Ведь когда Земнотверд заснул, Солн ещё не был таким мягким, как сейчас, а, значит, жизни в мире тогда быть не могло…
— Подождите! — разноглазый выставил руки перед собой как щит. — Какие, нахрен, боги?! Где я?
— В Суушире, — целительница озадаченно хлопнула ресницами. — Где ж ещё.
— Это… планета?
— Мир такой. Он на самой окраине Шельйаара…
— Ох!.. Шутите?!
— Она не шутит, — Саартан ухмыльнулся и убрал шпагу. — А ты откуда?
До Хранителя начало доходить, что постоялец — обычный попаданец. В прямом и переносном смыслах. Беднягу вытащили из его мира и закинули в этот. Попал — так попал. По самые уши. Острые, кстати, как у эльфа, только покороче и почеловечнее.
— С Земли, блин!
— О… С какой из?
— Так ты слышал о Странниках?
— Не… уверен, — Саартан задумался. — Поговорим?
Альбинос склонил голову, прислушиваясь к чему-то, принюхался. Ещё раз оглядел Хранителя и целительницу, которая всё-таки умудрилась оказаться спереди Саартана, прижимаясь к нему спиной. Кивнул.
— Входите, — разрешил он и попятился к койке.
Дейрдре разве что вприпрыжку не побежала к бедному пациенту. Хранитель чертыхнулся про себя, прикрыл дверь и быстро проследовал за целительницей, на всякий случай разогревая в ладонях силу. Но альбинос пока нападать не собирался. Забрался на койку с ногами, забился в самый угол и угрюмо зыркнул оттуда на незваных гостей.
— Трогать себя не дам, — предупредил он направившуюся к нему Дейрдре.
— А как же?..
— Не дам. Покусаю.
— Вот об этом, — Саартан уселся на тумбочку рядом с койкой и оттянул вверх рукав своей рубашки. На коже виднелись четыре ровненьких красных отверстия без следов крови. А ведь почти до кости прокусил! — Ты что — вампир?
— Как догадался? — альбинос осклабился, демонстрируя тонкие клыки-иглы. — Обычно я сразу насмерть, но тут что-то мешает быть ловким и сбивает с толку. И оружие не даёт достать. Типа помехи. Какой-нибудь генератор блокирующих волн?
Дейрдре осторожно присела на краешек койки.
— Блокиратор, да, — подтвердила целительница, и гордо добавила: — Выторговала у Лиги. Чтобы пациенты не могли поранить себя и других в моменты помешательства или… в ещё какие-нибудь моменты.
— Так вы реально медик?
— А почему ты к ней на вы, а ко мне — на ты? — перебил альбиноса Хранитель, потирая укус. — И мы про твой вампиризм не договорили. Последствия мне ждать?
— Неа, не думаю. Я не успел ничего сделать. А на ты… — разноглазый почесал лоб. — Да само как-то. А к леди на вы принято.
Леди заулыбалась и покраснела от удовольствия. Саартан фыркнул.
— Как-то ты сразу поверил, что оказался в другом мире, — сказал он, опуская рукав рубашки. — Почему?
— Я был в рейде, когда меня забрали. Какие-то монахи в балахонах, сильные, заразы. Вырубили, как нефиг делать. Я уж думал, инквизиция. Но потом глотнул твоей крови. А до этого ещё одного покусал. Вы — нелюдь, а в инквизиторах нелюдей нет. Ну и, — новый пациент целительницы обвёл взглядом палату. — Запахи здесь другие, атмосфера другая, энергетика. Но я надеялся, что это всего лишь левое измерение.
— А как тебя зовут?
— За что тебя взяли?
Дейрдре и Саартан снова сказали вместе. Хранитель поморщился. Он понимал, что хозяйка здесь одна, и что право задавать вопросы и принимать решения есть только у неё, но этот альбинос — самое интересное событие за долгие три с половиной недели. Конечно, каждое знакомство с постояльцами целительницы — само по себе необычное событие. Кого ведь там только нет в этих лигах и гильдиях! Но именно этот белый разноглазый вампир фонил чем-то знакомым, близким. Может, потому что он — пока единственный вампир в доме. Может, потому что так же, как и Хранитель, не рад здесь оказаться. Или потому, что судьба свела его с кураторами Фаархи. А может, просто потому, что Дейрдре кроме как задрать рубашку или не снимать повязку до утра ни о чём Хранителя раньше не просила.