Всегда лишь ты (СИ)

– Неважно. Прогуляемся до пирса пешком, ты не против? – спрашивает, когда мы покидаем территорию виллы.
– Конечно, – с радостью соглашаюсь я.
Какое-то время мы идём по улице молча. Моя рука в его руке. Погода чудесная, голубое небо над головой и вокруг ни души. Только красивые, кричащие о своей баснословной стоимости дома, на которых непроизвольно задерживается взгляд.
– Тебе нравится Санта-Моника?
Заметил мой интерес.
– Я просто здесь впервые, – оправдываюсь, несколько смутившись.
– Ты дома давно была? – спрашивает вдруг.
– Давно… – горестно вздыхаю, и между нами снова повисает напряжённое молчание.
Только-только начинаем общаться как нормальные люди, и обязательно наступает вот такой неудобный момент.
– О чём с тобой хотел поговорить Дешот? – всё же решаюсь полюбопытствовать, хоть и не имею на это никакого права.
– Подозреваю, что собирается перепродать меня другому агенту. Типа куш сорвать. Давай уйдём с дороги, – тянет меня на тротуар.
– Что значит перепродать? – хмурю брови и внимательно изучаю его профиль.
– То и значит.
– Ты ведь не вещь, – смотрю на него изумлённо.
– Для него я прежде всего товар, Онил. И настал момент, когда моя цена достигла максимума. По его меркам.
– Всё равно это звучит ужасно.
– Согласен, но как есть…
– Так если ты стал успешнее, зачем ему эта сделка? Разве агенты не жаждут заработать как можно больше денег на своих подопечных? – никак не могу взять в толк.
– Сейчас я как никогда близок к тому, чтобы попасть в «высшую лигу», Роуз. И Дешот прекрасно понимает, что дальше нам не по пути. Там наверху серьёзные люди, очень большие деньги и сумасшедшая конкуренция. Он боится рисковать, а я нет, потому что уверен в собственных силах.
– И что же, Марвин вот так запросто передаст свою золотую антилопу кому-то другому? – останавливаюсь прямо посреди улицы.
– Кого-кого?
Чувствую болезненный укол под рёбрами. Ведь впервые за долгое время на его лице появляется улыбка. Добродушная. Настоящая и такая… живая…
Как же мне этого не хватало! Как мне не хватало Его…
– Картер, – поддавшись глупому порыву, сильнее сжимаю его ладонь.
– М? – щурится от лучей предзакатного солнца, так красиво подсвечивающих его кожу.
– Я… скучала… по тебе, – признаюсь тихо.
На доли секунды в его глазах мелькает острая, болезненная тоска. Я уже видела её. Тогда, в Джексонвилле.
Молчит, отводит взгляд и, к сожалению, отпускает мою руку. Да, чтобы достать пачку сигарет, но я этот жест расцениваю несколько иначе…
  
Глава 22
 
КАРТЕР
Старый деревянный пирс Санта Моники, находится в одном из самых красивых районов Лос-Анджелеса и входит в топ достопримечательностей Калифорнии, посетить которые жаждет каждый уважающий себя турист.
Пирс представляет собой небольшой парк развлечений с расположенным здесь колесом обозрения и аттракционами. Он также предлагает своим посетителям широкий выбор баров, закусочных и ресторанов на любой вкус. В одном из таких мы с Роуз сейчас и ужинаем.
– Ты зачем всё это заказал? – смущается, когда нас оставляет чересчур улыбчивый официант.
Задолбал пялиться на неё. Хотя понять его можно…
– Я голоден. И ты тоже, – невозмутимо отвечаю я.
– Мне почти всё из этого нельзя, – заключает сконфуженно, а у самой при этом разбегаются глаза.
– Перестань, Онил. Ты итак стала худая до невозможного.
– Вовсе нет, нормальная, – её щёки загораются румянцем.
До сих пор стесняется, когда я пристально смотрю на неё. А не смотреть я не могу... Сижу напротив, и до сих пор не верю в происходящее. Словно сплю, клянусь...
Сколько раз я хотел увидеться с ней! Позвонить, приехать.
Как адски ломало после очередной разлуки, когда я оставил её у дома. Одну. Плачущую.
Как саднило в груди, когда я вспоминал горькие, ядовитые минуты нашего прощания и тот короткий, но такой яркий момент, в который её мягкие губы коснулись моих костяшек пальцев. Порывисто, нежно, отчаянно. Этот её жест отпечатался в памяти намертво. Столько в нём было всего…
 
Отпустил. Снова отошёл в сторону и не стал мешать. Роуз ведь всё ещё занята погоней за мечтой, верно? Ясно дала понять, что нет ничего важнее. И не раз.
«Чемпионат мира. Медаль. Стать лучшей». Заданную программу не сбить с курса. Брукс говорил мне об этом, ещё когда Онил училась в старшей школе. Так прямо и сказал: «Будь готов, Лерой, выбирая между тобой и спортивной карьерой, она предпочтёт второе.»
Я не верил, а он не ошибся. Так и вышло.
Что ж… по итогу могу сказать, быть вторым – стрёмное чувство. Два года назад я воспринял происходящее крайне болезненно. Не люблю вспоминать тот период... Наш разрыв растоптал меня, практически уничтожил. Без преувеличения, без прикрас. Я съехал с катушек. Умом почти тронулся. Мне казалось, что всё вокруг неважно. Что мой мир разрушен. Что я тупо умру без неё...
Не хватало как воздуха… Но, задыхаясь, я продолжал жить дальше. Так происходит и по сей день.
Я смирился с её выбором. Где-то попытался даже понять. Оправдать. Но обида, честно говоря, ни черта не отпустила. Роуз ведь уверяла, что любит, а по факту… её слова разнятся с поступками.
 «Я скучала по тебе…»
Теперь эти слова настойчиво звенят в мозгу. Долбят барабанами в висках, разгоняя кровь.
Скучала ли?
 Любила ли?
Порой мне кажется, что я делал это за нас двоих. Так сильно, как мог...
Как умел…
Но и этого оказалось недостаточно.
– Давай, Онил, я хочу снова увидеть перед собой ту девчонку, бесстрашно уплетающую мороженое в кустах, – пытаюсь отвлечься от мрачных мыслей. Опять на рефлексию потянуло.
– Боже! – качает головой. – Я уже говорила, тогда ты жутко напугал меня. Я боялась, что меня кто-нибудь обнаружит.
– Тоже мне преступление, – фыркаю насмешливо. – Ешь давай.
Принимаюсь за свой стейк и внимательно наблюдаю за ней.
Честное слово, совсем не изменилась. По-прежнему боится нарушать навязанные кем-то запреты. Да простит меня покойная Элис, но так затерроризировать дочь, это ещё надо было постараться!
– Эй, Онил, хватит клевать свой салат. Серъёзно… Попробуй всё, что хочешь. Твоего тренера здесь нет, я тебя не сдам, так что…
Сомневается. Как всегда.
– Повар старался для тебя. А ты его труд совсем не ценишь.
– Ценю.  Картофель по-деревенски выглядит жутко аппетитно, – берёт вилку в руки и с маниакальным удовольствием отправляет небольшой кусочек себе в рот.
Картошка… Из всего того, что есть на столе. Серьёзно? Не могу не улыбнуться.
– Что? – замечает мою реакцию. – Лерой, перестань насмехаться надо мной!
Обиженно дует губы. Но при этом очередная картофелина, покрытая тонкой, хрустящей корочкой, вновь исчезает с тарелки.
– Эй, давай просто всё попробуем, ладно? – предлагаю я ей. – Вместе. Одному мне не справиться.
– Ещё бы! Тут еды на многодетную семью из Африки хватит, – мило ворчит.
– Креветки на гриле, нежный краб Сан-Марино, – чирикает официант, вновь припарковавшийся у нашего столика, и Онил хватается за голову.
Хохотнув, предоставляю ей право первого хода.
Я её накормлю. Во что бы то ни стало…
*********
– Здесь красиво. Ты часто тут бываешь?
Она любуется закатом, а я, как и прежде, только ею.
– Нет. У меня не так уж много свободного времени, Роуз, – достаю из кармана зажигалку.
– Ты очень много куришь.
Да. Особенно в твоём присутствии.
Нервы. Они натянуты струной, несмотря на иллюзию вполне себе дружелюбного общения.
– Бросил бы, – призывает тихо.
– Обязательно. Когда-нибудь, – честно обещаю я ей.
– Это колесо единственное в своём роде, – машет в сторону сооружения, абсолютно не вызывающего у меня доверия. – Ты знал?
– Нет.
– Работает от солнечной энергии.
Рад слышать маленького ботаника, живущего в ней.