Под глифом "Бесконечность" (СИ)
Коб едва слышно чертыхнулась и отпрянула. И снова воздух сечёт сетка разрядов.
— Только бизнес, — выдохнул Вик, подхватывая винтовку и делая несколько выстрелов один за другим в упор в полутёмную фигуру.
Сирена, превращающая ангар в огромный колокол сменила тембр и теперь звучала приглушённо, а кровавые всплески аварийных диодов сменили белые вспышки предупреждающих прожекторов.
«Внимание, начинается погружение».
— Какого хрена, Лис? — Вик вскочил на ноги. Коб, обмякшая от разрядов, почти не сопротивлялась. Зато в пелене дыма появились сигнальные нитки лазерного прицела. Вот и всё, нарушители обезврежены, очередь за беглецами. Вик содрал с головы Коб шлем, а со спины плоские, почти незаметные баллоны с газом. «Извини, детка, ты знала, на что шла»
— Уходим! — крикнула Алиса откуда-то из токсичного облака.
— Как скажешь, — Вик натянул на голову упругие ремни, поправив свернувшееся от неудобного крепления ухо, уместил визор маски перед лицом. Маловато воздуха в баллоне.
Под ногами закипела от выстрелов прибывающая вода. Пришлось спешно отступать.
— За мной! — рядом пронеслась тень. Вик отбросил от себя разряженную винтовку и последовал за тенью.
— Господин Галицкий…
— Закройте все шлюзы.
— Слушаю…
— Как они проникли внутрь?
— Нападение было хорошо спланировано. Они знали, куда шли.
— Октавиус, — прошипел виртуальный призрак Давида Галицкого. — Какова вероятность локализовать угрозу?
— Кто-то активировал затопление отсека.
— Оно не будет полным?
— Нет, предусмотрено лишь частичное затопление для отправления глубоководных аппаратов. Это технологическая особенность конструкции.
— Отмени команду. Мы отправляем аппарат?
— Нет. Но там стоят два для ремонтных и профилактических работ. Не могу отменить, к сожалению…
— Почему? Что мешает? Что за аппараты?
— «Вояджер-семь». У них адаптивное управление. Не могу получить отклик от системы. Она не отвечает. Диагност тоже молчит.
— Переключись на резервный канал!
— Сейчас…
Галицкий помолчал, размышляя.
— Что там происходит? — нетерпеливо спросил он.
Администратор послушно вывел в виртуальную сферу данные со всех пятнадцати камер. Большая часть из них показывала помехи, а те, что ещё работали, — лишь стены ангара, затянутые дымом и всполохи разрядов, проскакивающие в мутной пелене. Где-то внизу плескались равнодушные океанические воды.
— Активности не наблюдаю, — поспешил уточнить администратор. — Биологические формы покинули периметр.
— Что значит, покинули? — Галицкий замер. — Это нонсенс. Мы находимся на глубине тысяча сто метров. Это самоубийство для биологических форм… аппараты на месте?
— Наши радары не фиксируют активности вокруг базы и внутри неё. Но «Вояджеров» я так же не наблюдаю.
— Хочешь сказать, что я только что лишился своих трофеев и двух высокотехнологичных сумбарин?
— Не могу сказать точно…
— Проверь ещё раз! Что «соболи»?
— Данные с «Соболь-один» и «Соболь-два» верны. Биологических форм жизни не обнаружено.
— А те двое… Есть сигнал в коротких частотах? Должен быть!
— Не обнаружено.
— После дегидрации найдите мне их тела, если они где-то здесь, — отрезал Галицкий. — Всех четверых.
— Слушаю.
— И ищите «Вояджеров», если это сбой и они отправились по последним координатам, то наверняка где-то рядом. Они не должны уйти.
— Слушаю… Цель идёт с малой скоростью на большой глубине.
— Уничтожь… Запусти ракеты…
— Вы уверены?
— Да…
После нескольких минут ожидания ударная волна разбилась о борт станции, обозначив своё присутствие незначительными помехами.
— Готово…
— Вы сбили оба?
— Да…
— Вызовите с большой земли ещё пару аппаратов. Найдите останки. Мне нужно всё, что там осталось.
— Господин Линц, что можете сказать по данному делу? — на сегодняшнее заседание пришлось прибыть лично. Совет Федераций Терры в полном составе собрался в огромном сферическом зале Дворца Представителей. Каждого затронула та массированная атака, когда многие скрытые документы вдруг стали достоянием общественности. Кто-то даже воспользовался этим в своих целях. Службе территориальной безопасности это точно не понравилось, а ещё меньше понравилось людям. Они, сотни лет, подвергавшиеся всевозможным исследованиям и экспериментальным технологиям, вдруг возмутились открывшейся правдой. Как иронично.
— Моя компания ст-тала правопр-реемником корпорации «Линокс», и их систему пришлось взять на вооружение в Аркануме. В шестисятых годах пр-рошлого века мы завер-ршали все начатые проекты. Как вы пом-мните, время б-было весьма несп-покойное.
— Да, мы помним. Территориальная целостность некоторых субъектов федераций стояла под вопросом, — важно заявил господин с кибернетической рукой.
— Именно, — Линц положил ладони на кафедру. Не дрожат. Хорошо, — и в тот момент Арканум казался единственно верным решением. Дать людям выплеснуть всю агрессию…
— Но как так вышло, что они стали выплёскивать её друг на друге? — перебила суховатая дама, — помнится в первоначальном проекте речь шла о роботах.
— Были пред-доставлены пред-дложения Совету, и он од-добрил, — Линц сделал акцент на последнем слове, — все согласились, что иметь в наличии мини-копию анклава федераций — удачная ид-дея. И попыт-таться спрог-гнозировать его раз-завите — тоже. Благодара эт-тому проекту Терра имеет тот вид, в котором преб-бывает теперь.
— То есть вы хотите сказать, что все события, произошедшие на территориальной единице «Арканум» могли случиться здесь? — не унималась дама.
— Именно, но благодаря его существованию, их удалось избежать, вовремя скорректировав направление социальной политики.
— Но убийства, господин Линц? Они имели место…
— Каждый, прилетающий отдыхать на Арканум подписывает сог-глашение об от-тказе от претензий. Это не сек-крет. Мы гов-ворим об этом до прилёт-та.
Воцарилась тишина.
— Но теперь мы не можем позволить этому продолжаться, — выступил ещё один советник, — вы говорите, в новом формате этого не будет?
— Я гов-ворю о сов-вершенно новой технолог-гии. В моих лабораториях сейчас др-рабатывается сыворотка «Ви-восемьсот один», она позволит на время преб-бывания пов-высить сопрот-тивляемость организма к трав-вмам и рег-генерацию. В сотни раз… Эт-то почти бессмертие.
— Почти? — усмехнулась дама, — чем ваша модель будет отличаться от предыдущей?
— В ней не буд-дет жертв, это во-первых, во-вторых, мы сделаем ат-тракцион доступным не каждому. Прибыв на Ар-рканум, гость зап-палтит не малую сумму в Фонд памяти. И Довольно большая часть буд-дет отход-дить в виде нал-логов.
— Люди по-прежнему хотят зрелищ, — усмехнулся кто-то.
— Именно, мы им их предоставим.
— Но как же общественность? Правозащитные организации бьют в набат. Мы ждём волны исков.
— Я смогу убед-дить всех, что теперь эт-то безопасно. Мы приг-готовили презентацию. Сегодня, отель «Плаза» прих-ходите. Вы не раз-зочаруетесь. Помимо эт-того там мы представ-вим лекар-рство от синдрома отторжения жизни…
— Это уже интереснее…
— Вы достигли результата?
— Мы бились неск-колько лет, даже десятилет-тий, но прорыв произошёл п-приблизительно год назад.
— Как вам удалось?
— Эт-то было не просто. Лечение работает. Буквально на днях мы ввели первую дозу испытуемому человеку, добровольно согласившемуся на экспериментальное лечение. Эт-то медикаментозная терапия в купе с ситуативной.
— Что это такое?
— Арканум станет нашим лек-карством, дамы и гос-спода. Лекарством и дон-нором.
— Прежде, чем дать оценку вашим словам, хотелось бы увидеть доказательства и выкладки исследований.
— Вы их увидите. Сег-годня вечером.
— А также оценку ваших действий компетентными специалистами.
— Раз-зумеется…
— Каково состояние территориальной единицы сейчас?
— Мы восстанав-вливаем инфраструктуру и налаживаем каналы пос-ставок. Дум-маю — лет пять и мы смож-жем зап-пустить новый проект.