Эмма из Эдинбурга (СИ)

— А как же подать ему новость что он мой дедушка? — спросила я
— Эмма, а тебе не кажеться, что он мечтает об этом? Он все время называет тебя “деточка” и смотри с такой тоской, будто всю жизнь мечтал о такой внучке.
— Ты думаешь?
— Я знаю! — и гордо так добавил — Я фамильяр, а не просто домашний кот. Я чувствую!
— Хорошо, положимся на твои ощущения и не будем подбирать слов. Но…
— Что но? Ты сомневаешься в моем кошачьем чутье?
— Нет. Просто есть еще одна проблема. Стен.
— Стен не проблема. Стен лишний пазл в твоей жизни.
— Нет, Марти, я его любила. Или люблю.
— Уверена? — саркастически спросил Марти, видимо уловив мое состояние.
— Любила. Точно любила. А сейчас? Я не знаю как к нему отношусь, не знаю что чувствую. Я запуталась.
— И что, будем тут сидеть пока ты не разберешься в своих чувствах? — устало вздохнул кот. — Эмма, ты не девочка, ты — ведьма! Ведьма, которая сейчас выполняет задание. Чашу Памяти собери, потом подумаем что со всем остальным делать. Вечно ты, святые котики, делаешь из всего драму.
— А что нам осталось сделать?
— Ну, как минимум, выйти отсюда. — рассмеялся кот. — Там нас будет встречать Хранитель и Стен. С ужином.
— Так вот чего ты торопишься, голодающее создание? — немного взбодрившись сказала я.
— Ну есть то хочется, на воображаемой рыбке далеко не уедешь. — философски заметил кот. — Я хочу нормальной еды, мне надоели эти печенюшки.
— А я хочу кофе! — мечтательно сказала я — Большую чашку обжигающего и бодрящего кофе, без сахара и молока!
— Фу, гадость какая. Он же горький и не вкусный. Ладно, пей свою гадость, а я молочка выпью когда все закончим. Пошли уже, Эмма. Пора полностью вернуть тебе утраченную память.
Кот сел мне на плечо и мы, стоя посреди комнаты поблагодарили Чашу Памяти, произнесли заклинание и вышли из комнаты в таверну.
  
Глава 43. В таверне
 
Как же непривычно было возвращаться в шумный мир. Пока мы там были изолированы в комнате я привыкла к абсолютной тишине, нарушаемой только нашими с Марти голосами. А тут на нас сразу обрушились звуки со всех сторон. Еще спускаясь по лестнице я услышала, как на кухне что-то гремит, стучит и шипит. Кто-то готовил. Но аромат вкусного ужина можно было почувствовать еще на лестнице. Хотя ужина ли? Может это обед или завтрак? Да какая разница! Есть хочется безумно.
Мы спустились и Марти сразу же понесся на кухню, попутно сбив вазу с розами на столе, от чего та разлетелась на осколки. Я по привычке потянулась поднять один и вспомнила, что больше мне их собирать не нужно. Пару взмахов руки, произнесла коротелькое заклинание и ваза вернула свой первоначальный вид. За моей магией наблюдал Хранитель, с улыбкой и даже немного с гордостью.
Марти же пролетая мимо него просто сказал:
— Ваша внучка теперь и не такое умеет!
Ну вот и все. Сказано то, на что я была готова потратить часы, подбирая слова и подыскивая нужный момент. Марти сделал все по своему, но в этот раз я абсолютно не была против его поспешности и импульсивности. Так даже лучше. Так проще. Вот только надо набраться храбрости и все же поднять глаза на Хранителя. На своего дедушку.
В глаза Хранителя блестели, он пытался сдержать слезы, но даже мои сомнения ушли прочь тогда, когда я увидела как он улыбается. Это были слезы счастья. Я подошла и обняла его.
— Внучка… — тихо прошептал он. — Моя внучка…
Нам пришлось разомкнуть объятия. На кухне был жуткий грохот, видимо, Марти добывал себе еду, а Стен отгонял его от тарелок, кастрюль и сковородок. Надо было срочно успокаивать этих двоих.
— Ты садись в свое любимое кресло, деточка, на столике возле него ждет тебя твой кофе. — подмигнул дедушка. — А я разберусь с этими проказниками и накрою на стол. А потом ты мне все расскажешь, хорошо, милая?
— Конечно. — Я устало опустилась в кресло и, чтобы не заснуть, взяла со столика томик практической магии. Буду читать и пить кофе. Вот он мой персональный рай. Я успела прочитать пару глав, когда услышала довольного Марти зовущего всех к столу.
 
— А где Стен? Почему он не выходит? — спросила я, когда все заняли свои места за столом и принялись накладывать себе еду.
— Он боится выходить. — довольно сказал Марти.
— Стен! — позвала я и почти сразу же в дверях кухни появился смущенный Стен. Выглядел он, надо признать, паршиво. Усталое, осунувшееся лицо, синяки под глазами такие, будто он месяц не спал. И без того ужасный вид дополняли трясущиеся руки в которых он нес графин вишневого сока. Да, видимо, он боится нашего разговора больше чем я.
— Я… — начал было Стен, но я его перебила.
— Успеем еще поговорить, садись давай.
Минут десять мы с Марти, как голодающие, сметали все что попадалось под руку. Нежные куриные грудки обжаренные в сладких хлопьях, спагетти с каким-то невероятным томатным соусом, пирожки с мясом, какие-то лепешки с сыром и ананасами. И куча новых, незнакомых блюд. Все было невероятно вкусно. Наевшись мы попросили кофе, к которому нам дедушка принес вишневый пирог.
— Пирог почти как бабушкин… — мечтательно сказала я попробовав кусочек, который тут же растаял во рту, таким воздушным и легким было тесто и такой нежной была начинка.
— Она готовила его каждое воскресенье… Я… Эмма, я до сих пор не могу поверить, что я нашел ее… Расскажи мне о ней, о ее жизни, о своей маме и о себе. Я хочу о вас знать все.
— Тогда слушайте. — сказала я. Марти и Стен тоже устроились за столиком и принялись слушать мой долгий рассказ.
  
Глава 44. Как все сложно
 
Я рассказывала сначала о бабушке и родителях, о себе, о тех воспоминаниях, которые мы с Марти нашли. Дедушка задавал вопросы редко, в основном слушал внимательно и пытался сдержать эмоции. Марти все время летал на кухню и обратно, оно и понятно, голодающий фамильяр никак не насытиться.
— Марти, ты умерь аппетит свой, лопнешь же. Что я буду делать без фамильяра? — сказала я, когда он в очередной раз вернулся из кухни с какой-то сладостью в пасти. В ответ мне было только громкое “Хрум”. — Это что у тебя там?
— Медовое гнездо. — все еще хрустя сказал Марти. — Попробуй, тебе понравится.
— Хочу такое же и кофе.
— А если ты обезумеешь от переизбытка кофеина? — подколол меня Марти — Что я буду делать с безумной Эммой?
— Откуда ты этих слов то нахватался? Обезумеешь… — рассмеялась я.
— Ой, нашла к чему придраться. Вон, для придирок у тебя есть муж, кстати. — Марти махнул крылом в сторону притихшего Стена.
Стен, о котором я, признаться честно, вообще забыла, стоял за баром и протирал бокалы, делая вид что его вообще тут нет. Что ж делать то с ним? Меня еще колотит от мысли о том что он сделал. А чувства мои как маятник, расшатывает от “люблю” до “видеть не могу”. Нужно будет собрать Чашу Памяти и сделать пару магических ритуалов для себя, наладить, так сказать, душевное и ментальное спокойствие и понять что я на самом деле чувствую.
— Стен. — позвала я мужа
— Эмма? — поднял он голову и в глазах читалась тоска. — Кофе?
— Да, пожалуйста. И садись к нам. Пора уже чашу собирать.
— Хорошо — неуверенно сказал он и при помощи магии поставил варить кофе.
— Как все сложно. — шепотом сказала я.
— Совсем не сложно. Ты уже знаешь сама ответ, просто боишься его озвучить даже для себя. — так же шепотом ответил Хранитель.
— Ой, вы что мысли читаете?
— Нет, ты просто думаешь вслух. Твоя бабушка тоже так делала.
— Бабушка. Да, вот о чем я хотела с вами поговорить. Мы когда Чашу Памяти соберем, то отправимся вместе к бабушке. Я знаю как вас к ней провести.
— Так нельзя же. Нет пути к ней. — сказал грустно Хранитель. — Я все перепробовал.
— Так это вы. А у меня то путь к ней есть, я же ее внучка. Я просто возьму вас с собой.
— Так нельзя же кого-то проводить. По пути может идти только тот, кто знает дорогу. Это как с памятью, ты должна была сама пройти этот путь восстановления, а мы не имели права тебе что-то рассказывать.