Ангел-мечтатель (СИ)
Игорь снова слушал, не сводя с отца пристального взгляда — а я так же внимательно всматривалась в его лицо. На этот раз он владел им безукоризненно — ни уголок рта не дернулся, ни бровь не шевельнулась. Только во взгляде сквозила неуловимая прохладца — которую с легкостью можно было принять за должный пиетет в разговоре с родителем …
На земле точно что-то творилось! Причем, что-то серьезное и настолько большое, что полностью скрыть его больше не представлялось возможным — если уж Игорь решился подсунуть нам под нос ту часть айсберга, которая мгновенно навлекла на него обвинения в нарушении слова, данного в отношении Дары.
Более того, снова сблизившись с ней после очередного периода отчуждения, он не стал бы говорить об этом в таком тоне и в таких выражениях, которые даже мой ангел если и позволял себе в ее адрес, то только в разговоре со мной.
Или в своих собственных мыслях, вдруг кольнуло меня — беспрепятственно открытых его сыну.
А вот свое сознание под замком от Дары держать во вновь ставшим тесным общении с ней Игорю должно быть совсем непросто — умение Дары развеивать в пыль все барьеры, выставляемые окружающими, у нас уже давно в поговорку вошло.
Причем, стойкость намерения Игоря отгораживаться от нее каким бы то ни было способом изначально вызывала у меня большие сомнения. Так же, как и смирение Дары с его неожиданной замкнутостью …
Так же, как и самоустранение Тоши — из наших планов еще ладно, но не от охраны и защиты наших детей …
Так же, как и подчинение Марины приказу Стаса ни во что больше не вмешиваться — и это накануне объявления ангельской войны всему человечеству …
Так что же это получается — они там все на земле пообъединялись? И начали действовать? На свой страх и риск? Ладно еще без ангелов — но без меня?
Ответы на эти вопросы пришли, когда я уже всерьез раздумывала над тем, как оглушить моего ангела чем-нибудь во сне, чтобы быстренько позвонить Марине.
О многом я догадалась правильно — кроме размера того самого айсберга, который предстал наконец перед нами во всей своей устрашающей мощи.
Игорь с Дарой таки действовали заодно — и, похоже, с самого начала и весьма успешно мороча голову и мне с моим ангелом, и Максу.
Выдумали они распоряжение аналитиков или воспользовались реально поступившим, но контакты с другими ангельскими детьми они начали восстанавливать согласно анализу, проведенному Игорем отнюдь не только в отношении указанных ему кандидатур — реализуя мою, между прочим, изначальную идею в первую очередь организовать сопротивление на земле.
Они таки переманили на свою сторону и Тошу, и Марину — и не исключено, что еще до появления Стаса на земле с последней сводкой новостей: Игорю-то мы с моим ангелом на добрые полдня раньше сообщили о заговоре аналитиков,
То-то Тоша с Мариной почти одновременно Стасу сообщили, что не будут у него под ногами путаться, причем именно Стасу — не Марина мне, а Тоша моему ангелу, что было бы куда естественнее, а Стасу, которые привык к повиновению свои приказам, а не к анализу его причин.
А вот чего я даже в самом горячечном воображении представить себе не могла, так это того, что все они и Аленку с Олегом привлекут. Пятнадцатилетнюю Аленку! Стопроцентно земного Олега!
Может, еще и Светку?
Светку, которой Марина запретила мне однажды даже намекать на существование ангелов, чтобы не разрушать ее благостное представление о справедливости и нерушимую веру в то, что человек — кузнец своего счастья.
Светку — вместо меня? Меня — уже владеющей ангельской информацией почти из первых рук? Бросившейся делиться этой информацией в первую очередь с Мариной? Прямо в лицо ангелам самого высокого ранга заявившей, что без людей не получится у них землю отстоять?
Без особого успеха, правда.
Я почувствовала себя матросом на «Титанике». Который точно также чуял неладное, когда команда получила приказ ускорить движение корабля — среди айсбергов, но надеялся на знания и опыт капитана с офицерами, для которых его сомнения не представляли интереса.
А ведь тому матросу даже после рокового столкновения приказали не разглашать его масштабы пассажирам — чтобы не посеять среди них панику.
Только она сама посеялась — от незнания, куда удар пришелся и как быстро корабль под воду уходит.
Так и метались пассажиры из стороны в сторону, пытаясь самостоятельно организовать свое спасение.
Пока почти все не утонули …
А вот не бывать этому!
Матросам, может, и положено приказам офицеров повиноваться — только меня в воинское звание не производили.
Мне и ангельское-то чисто номинально, как выяснилось, присвоили.
Дав мне тем самым полное право вернуться к неоднократно доказавшим свою надежность земным методам.
Среди которых самыми результативными всегда были переговоры.
Проводимые в атмосфере открытости сторон и их стремления идти навстречу друг другу.
Где-нибудь на нейтральной территории — что в нашем случае невозможно, за отсутствием таковой между небом и землей.
Так же, как и приглашение земных подпольщиков в небесные выси — с Марины станется в буквальном смысле его воспринять, несмотря на мой провальный пример.
А значит, мне нужно на землю.
Именно мне — еще от нее не до конца оторвавшейся, еще помнящей, как говорить с людьми и — главное — как их слушать, еще не закосневшей в ангельской уверенности в своей непогрешимости …
Вот, кстати, и Винни подтвердил свое звание гения, полностью согласившись с моими умозаключениями.
Воодушевленная его неожиданной поддержкой, я и место для переговоров мгновенно придумала — вряд ли кому покажется странным, если наши земляне снова к Светке на дачу соберутся, и я ее, как свои пять пальцев, знаю, и все подходы к ней хорошо просматриваются.
Разговор с Игорем я тоже сама провела. Короткий.
Явно ошарашенный поддержкой Винни моих соображений, мой ангел безропотно отдал мне телефон, но все время пытался развернуть его в моих руках — так, чтобы взгляд нашего сына непременно уткнулся в очередную трагическую маску.
К счастью, бессловесную — подвиг, который всегда давался моему ангелу с трудом и заканчивался обычно тем большим взрывом, чем дольше тянулся.
Потому-то я и отключила телефон, как только Игорь кивнул в ответ на мой вопрос, сможет ли Олег взять ключи от дачи и смогут ли все они там завтра с утра собраться.
И вовремя.
— Ты никуда без меня не пойдешь! — завопил наконец мой ангел, безапелляционно перечеркнув рукой воздух перед моим лицом.
Глава 12.7
— Если не будет другого выхода — пойду! — не менее решительно выставила я ему под нос указательный палец.
— Татьяна, он — темный! — выбросил он вперед руку ладонью кверху, словно преподнося абсолютно неоспоримый аргумент. — Как ты можешь ему доверять?
— Макс — тоже темный! — отмела я его смехотворное замечание небрежным взмахом своей руки. — А Винни, возможно, разрешение получил обойти запрет аналитиков — зря он, что ли, к вашему генеральному … не знаю, летал?
— Возможно?! — задохнулся мой ангел, но уже совсем ненадолго. — Обойти запрет — это хорошо, но куда? Мы о его намерениях ровным счетом ничего не знаем! А ты за ним — сломя голову? Опять? Ты забыла, чем твое прошлое безрассудство закончилось?
Я поежилась. Когда мой ангел орет, как резаный — это его естественное состояние, с которым я знаю, что делать. А вот к ударам ниже пояса он переходит, только окончательно из себя выйдя. И кому, спрашивается, его туда назад загонять?
— Я помню, — тихо произнесла я, крепко взяв себя и этот разговор в руки. — И бесконечно благодарна. Всем вам. И тебе в особенности. Но если у меня появится хоть малейший шанс увидеть Игоря …
— Ты согласишься увидеться с ним без меня? — тоже снизил голос мой ангел до едва различимого бормотания, откинув голову и глядя на меня, словно на незнакомку.
Я снова помолчала. Можно было соврать. Но ведь только что выяснилось, что все эти сепаратные телодвижения за спиной друг у друга опять, в который раз, точно так же, как на земле, ни к чему хорошему не привели.