Вуаль. Крыло четвёртое (СИ)

Приставучий скверх хотел предпринять ещё попытку забрать у меня реликвию, но натолкнулся на суровый взгляд Фа, который вышел на трибуну для короткой речи. Поглядев на копьё в моих руках, старик повернулся к Мэйли, которая сидела на первом ряду, сразу за трибуной, одарив таким взглядом, что сразу стало понятно, что он недоволен поступком дочери.
Далее последовала быстрая речь на тему того, что осталась пятёрка самых достойных воинов, но нужно выбрать «самого» достойного и матёрого, пусть победит сильнейший, бла-бла-бла. Откровенно говоря, я его не слушал. Сейчас всё моё внимание было направлено на изучение пряжи реликвии. Мне уже начала вырисовываться картинка того, что должно произойти, когда осуществится полная активация. Реликвия дальше косы больше не изменится, но у неё появится некая способность, и довольно странная. Набор петель это ничто иное, как своеобразный алгоритм управления оргоном, задающий его форму, свойства и направление. Помимо математической функции, создающей алгоритм управления оргоном, у петель есть ещё лексическое значение. Честно сказать теперь уже не знаю, получится ли сохранить Лонгвею жизнь. Смутно представляю, как должно работать плетение, но такие словосочетания, как «ампутация», «невыносимая боль», «отложенная смерть», «стирать» — совсем не внушают оптимизм. Чувствую старик Фа на меня сильно осерчает….
— Участники, пройдите на свои отметки. — Раздалась команда судейского диктора, после чего последовало небольшое дополнение. — Фаворит занимает отметку в центре полигона.
— «Даже не сомневался… А давайте ещё мне в ногу выстрелим, чтобы жизнь тортиком не казалась…».
Нехотя направившись к центру полигона, где был очерчен квадрат, я разочарованно вздохнул, посмотрев в сторону облюбованного ранее угла, где бы я себя чувствовал более комфортно. Видя, что не одному мне не понравилась моя позиция, махнул рукой, качая головой, давая понять, что всё нормально Авроре Невской и Морозову, который стоял с ней рядом.
Условия последнего состязания были незамысловаты и просты — каждый сам за себя. Побеждает единственный, кто останется стоять на ногах. Не сложно догадаться, по какому сценарию будет развиваться состязание. Четверо азиатов, в том числе и Лонгвей, сходятся к центру полигона и укатывают меня. Дале, у них происходит короткий междусобойчик, по итогам которого побеждает Лонгвей. Все рады, расходятся отмечать и гулять. Меня такой расклад категорически не устраивает, ведь я тоже хочу отмечать и гулять, а ещё меч-флайборд и императорские плюшки. Уверен, что Иоан не поскупится. Чего-чего, а вот скупости в поощрениях за монархом никогда замечено не было… Впрочем, как и в наказаниях. На них самодержец тоже не скупился….
Ещё до того, как прозвучал сигнал к началу, я поддал оргона в реликвию, превратив её в косу.
— «Теперь на полную…» — Прозвучала в голове указание к действию от самого себя, после чего я шире открыл «форсунку».
Как и предполагалось, ничего не произошло, кроме того, что фосфоресцирующее яркой зеленью полупрозрачный полумесяц лезвия, стал блёклого серо-зелёного грязного цвета, начав мерцать, источая клубы дымки.
— «М-да, Айзек… Ты должен был сражаться со злом, а не примкнуть к нему» — Усмехнувшись, я посмотрел на косу в своих руках. — «Самый стильный «тигровы» жнец Петрограда… Сутенёр среди жнецов».
Сигнал к началу резни прозвучал, а мне тут же стало понятно, что дорога в тусовку инфомагов для меня закрыта. Расклад оказался отличным от того, что я предполагал. Нападения стаи азиатов на душку Айзека не состоялось. В силу неизвестных мне причин, азиаты, что находились в левом верхнем, и в левом нижнем углу полигона, двинулись друг на друга не обращая на меня никакого внимания. Вероятно, у них или их семей были какие-то свои личные счёты. Другого объяснения у меня пока не находилось.
— «Чего-то я точно здесь не понимаю… Фигня какая-то» — Морща лоб, почесав затылок через капюшон, мой взгляд был направлен на Лонгвея.
Вместо того, чтобы броситься на меня, отпрыск Фа уже обменивался ударами с азиатом, что стоял в противоположном углу.
 
— «Точно!» — Пазл в голове сложился, а я тут же развернул косу, ставя её тупой кромкой лезвия в снег, как нож зимних коньков.
Причина оказалась довольно проста. Все азиаты в курсе возможностей друг друга. Лонгвей и его земляк решили сразу избавиться от тех, кто по их мнению слаб и будет лишь путаться под ногами. С одной стороны я с ними согласен, но лучше было бы пусть их как «смазку» для моей косы. Ну они сами себе злобные скверхи. Стоят в сторонке хорошо, но устроить "тройничок" на левом фланге — гораздо веселей, ещё и косу опробую. Лонгвея на сладкое оставлю….
Нога нашла полку подпятника, а через мгновение, как заправский жнец, я уже мчался к левой части полигона. Держась за древко, завалился на левую сторону, закладывая вираж. Оружие было для меня не в новинку, а техникой боя жнецов я владел не хуже оных.
Моё приближение не осталось незамеченным. Азиаты прекратили бой, успев перекинуться парой слов на своём, перед тем, как оба отпрыгнули.
— "Видно, что никто из вас с жнецом никогда не встречался"
Первый же приём любителей чужой требухи "Слайд-слэш" оказался результативным. Спрыгнув с подпятника, быстро развернув косу, заводя её назад, я воткнул лезвие в снег, для быстрого торможения, продолжая двигаться. Проскользив несколько метров взметая снег, подсаживаясь, провёл размашистый рубящий удар по ногам, разворачивая корпус. Оба азиата, не желая терять тридцать сантиметров длины ног, отпрыгнули назад. Вот тут один из них и попался, решив контратаковать, посчитав, что моя атака завершилась. Резко подавшись вперёд, видя мой открывшийся левый бок и бедро, азиат решил меня «пощекотать».
— "Глупенький… У косы не бывает одиночных ударов" — Подумал я, смещаясь влево, глядя под активированным контуром, как описав круг, лезвие спускается сверху, чтобы лишить бедолагу кисти.
Сопротивления плоти я даже не почувствовал, а моё лицо через мгновение вытянулось от удивления. Азиат должен был лишиться кисти и заливать снег кровью, но вместо этого, оргоновое лезвие просто прошло через его руку.
— "Не понял… " — Мелькнула первая мысль, в голове, когда я отступил назад, закручивая орудие жнеца "восьмёркой". — "Староста театрального кружка попался?".
Выронив свой меч, раскосый парень лет двадцати пяти, держась за запястье, верещал от боли. Его недавний противник, отходя в сторону, так же как и я, прибывал в лёгком недоумении, решив не лезть и понаблюдать. Через пару секунд крик прекратился. Широко открыв глаза, на сколько это возможно для азиата, парень начал было удивлённо рассматривать своё невредимое запястье, но видимо вспомнив про меня, поспешил вернуть потерянное оружие.
— Как задорно скверхи пляшут… — Протянул я вслух, наблюдая, как азиат тычет пальцами в рукоять меча.
Что-то мыча, парень схватил меч левой рукой, пытаясь вложить его рукоять в правую, но ничего не вышло. Начав всхлипывать, он помотал рукой, и предпринял ещё одну попытку взять оружие в правую руку, но тщетно. Пальцы не двигались, как и сама кисть.
— "Как интересно…" — Мелькнула в голове мысль, в тот момент, когда я уже сблизился для удара.
Испытывая высшую степень заинтересованности, целью было выбрано плечо. Азиат даже не успел среагировать. Как и в прошлый раз, лезвие косы прошло через цель, не встретив сопротивления. Одежда так же осталась целой в месте удара, но азиат вновь начал орать от боли. Через пару секунд крики прекратились, а парень с ужасом в глазах, выронил меч. Он левой рукой, трепал себя за правый рукав, но конечность висела безвольной плетью.
 
— "Вот оно что…" — Закончив рассматривать через окулус подопытного, мой взгляд проследовал по паре нитей каналов, тянущихся от мест разрезов к лезвию косы. — "… А огн претворился торшером".
На грязно-зелёном лезвие, возле пятки косы, появилось две ярко-зелёные отметины, очень похожие на кресты, с горизонтальными чёрточками по нижнему и верхнему концам. Фактура отметин напоминала рисунок мелом. Будто по наитию, приблизив к себе лезвие, концом указательного пальца я осторожно коснулся первого "креста". В тот же момент парень взвыл, а с его запястья начала капать кровь.