Ультимативная Угроза (СИ)
И дело вот в чём. Колебания проточастиц «деструктора» ксеноса была ЧЕРТОВСКИ деструктивна. К материальным объектам тяжелоструктурного типа: вещества, например. Но наши поля — тоже всякие кварки, кванты и всякое такое. Предельно гармонизированные и упорядоченные. И, по иррациональным законам пограничной физики — «порядок» делал «энтропию». Ну в общих чертах, Причём «делал» с гораздо меньшими затратами энергии. То есть, на блокирующий этот лютейший деструкционный луч щит мы с Эмиком тратили намного меньше энергии и вычислительных мощностей, чем на блокировку, скажем, лазера точечной обороны. И могли просто стоять в его фокусе, вместе с другими Инвиктусами, вечность. Ну если бы нам пришло в голову такое дурацкое желание, конечно.
Но влозникла неприятность: «луч» хреначащий по нам пульсировался, да и место его условной фокусировки дёргалось. И «промахиваясь» эта фигня очень наглядно показала, что против вещества работает «на ура». То есть переборки просто стали исчезать, не мгновенно, но очень быстро. А это — ни черта не хорошо! Не знаю, азарт ли взыграл в ксеносе, или гнев — не факт, что он вообще был способен на подобные эмоции, как не факт и обратное. Но своим «деструктором» он именно деструктурировал Фермопилы и вполне мог их додеструктурировать до невозможности выйти в нормальное пространство. В обычном-то случае атаки ксеносом-ксеносами он-они пытались именно «захватить» корабль, как мы уже сейчас понимаем. А сейчас, похоже, пакость махнула на это махательном отростком, преследуя цель прибить нас.
— Дукс, у нас… — взволнованно вклинился в боевой чат триерарх Колин.
— Критичные повреждения есть⁈ — аж почувствовал холодную испарину я.
— Нет, но в перспективе…
— Понял, сейчас, — пробормотал я, разгоняя сознание до упора.
И стал с Эмиком думать, а через объективную секунду — ухмыльнулся, одновременно с бронзовым гоготом.
— Должно сработать, — прекратил громыхать Эмик. — Считаю… да, сработает.
— Ну и действуем тогда.
— ОТВЕДАЙ СВОЕГО ПОГАНОГО УГОЩЕНИЯ, ЧУЖЕРОДНОЕ ДУРАЧЬЁ!!! — прогрохотал Бронзовый, разворачивая и переконфигурируя защитное поле в этакую вогную линзу, чуть смещённую по условной оси луча деструктора.
Ну и сработало: в области корабля, где мы совершили это действие, работали больше «наши» законы, чем «законы» гиперпространства. И этот здоровенный деструкционный луч зафигачил в бодро и на глазах ставшую разрушаться плоть ксеноса.
Сам ксенос радостно приветствовал этот наш изящный ход… ну скажем так, колебаниями, можно сказать — криком. Хотя именно колебаний молекул, как понятно, не было. Но от него зашарашило вспышками света, радиоволнами, магнитным полем, жёстким излучением, ну и всяким таким.И деструкционный луч иссяк — до «кричащего» ксеноса дошло, что он сам себе подпалил… то что подпалил.
Девчонки поддержали гогот Бронзового криками, взвизгами, улюлюканьем. А ксенос скукожился, закрыл щели, можно сказать «отступил». Но вот я, как выразился Эмик, «параноистый Гален». И, предпочитаю таковым и оставаться, а не терять ценных важных мне людей… и Инвиктусов.
— Да! Параной себе. я не против, — дозволил мне Эмик личным каналом.
Ну а паранойя в данном случае заключалась не в прикидках, отступил или нет. А в моделировании. пусть условно-возможном, что ксенос ещё может сделать в текущем случае. Возможность его «продавить» или там разрушить защитное поле Фермопил — можно не обдумывать. И вряд ли, но даже если и сможет — мы с этим ничего не сделаем, только поможем отбится по мере сил. А вот в точке наших ворот…
— Барионники держать наготове. И… посмотрим, — озвучил я в боевой чат, напряжённо вглядываясь в ксеноса.
Ответом мне стало недоумённое молчание, но потом, почти одновременно, барионные клинки были приведены в готовность. Макенси, что естественно, даже извлёк свою Деремиту.
И я не ошибся. И само по себе «не ошибся» — это такой, весомый вклад в известные факты о ксеносах. Но — то потом, не до того. А было нам до многочисленных, противнях и гадких… ну щупалец, по сути, ударивших из ксеносских недр. И если бы только по нам — не слишком большая проблема. Но эти сволочные щупальцы стали весьма бодро ползти по стенам отсека и их шатать, стараясь проникнуть в корабль в обход нас.
— Он разнесёт корабль, скотина такая!!! — громогласно озвучил Эмик, достреливая последние снаряды Жнеца.
— Держимся плотно. К воротам. Рубим эти отростки, — скомандовал я.
Двинулись и рубили. Рубились «эти отростки», кстати, вполне успешно, неспособные противостоять барионному полю. Но было их откровенно дофига, и к моменту, когда мы приблизились створам, нам постоянно приходилось рубить кучи новых щупалец. А старые подло шебуршали по отсеку и вообще — напрягали.
— Даймё, я… — рявкнула Мари, бросая мне тактическую схему.
— Действуй, но осторожнее.
— ХАЙ!!! — рявкнула Мари одновременно с Макенси.
Кинулась на ионнике в щупальцам, проникшим в отсек позади нас, и принялась их успешно рубить. Но ксенос свой сволочизм проявил и здесь: несколько уцелевших щупалец, до которых мы не могли добраться из-за постоянно прущих новых, стали «набирать массу» в отсеке, чего мы толком и не заметили. И, когда Макенси достаточно отдалился, из «накопленной массы» в Инвиктус ударили десятки новых щупалец, одновременно. Четыре из них Мари перерубила, но остальные охватили Макенси и, с отчётливым скрежетом, начали его ломать.
А у меня на миг в голове промелькнул противный образ голо для октопусофилов. Там щупальца специфическим образом надругивались над невиновными. Совершенно дурацкое голо, но в психику ударило, а сейчас — всплыло.
— Ну уж нет!!! — взревел Эмик, поймавший отголосок моих мыслей. — Это МОЙ Макенси!!!
— И моя Мари, — дополнил я.
— Да!
Но проблема была в том, что щупальца пёрли. И основание «массы» из которой росли схватившие Макенси — мы уже переубили Кистенём, хотя и не без труда. И — не помогало. Очевидно, количество плоти ксеноса, сконцентрированное в источнике щупалец, было достаточным для «самостоятельных действий» в относительном отрыве от основного тела.
Так что мы пошли на определённый риск — ну не терять дже Мари и Макенси, на самом-то деле⁈ Эгида засветилась красным, от перегруза полей. Полностью от щёпалец ворота это не перекрыло, но оставило им совсем небольшие щели, с которыми прочие Инвиктусы вполне справлялись. Но не с щупальцами ухватившими Макенси, а мы — прикованы к месту. Но Кистень — не просто так Кистень. И, перегревая эмиттеры и сжигая конденсаторы, мы перерубили удерживающие и мнувшие Макеси отростки.
И тут бы всем нам и настал неотвратимый плохо — на это мы натуральным образом с концами пережгли четверть эмиттеров, а перегрели до недееспособности — процентов семьдесят оставшихся. Но я отслеживал данные, и просто переключил внимание на Эгиду. Кистень просто упал, лишённый барионной плоскости — поддерживать энергоканал к нему мы не могли, а больше он нам в этом бою не пригодится.
— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ!!! — заревел Эмик, удерживая щит.
И — удержали. Оставшиеся до выхода в нормальное пространство шесть минут, спалив до замены половину эмиттеров и конденсаторов, похоже — повредив Эгиду, судя по её самодиагностике. Но — удержали.
— Даймё, благодарю за спасение, моя жизнь принадлежит… — бухнулся Макенси на колено.
— Хорош уже, — прогудел Эмик. — Ты — мой оруженосец. И не поганым ксеносам тебя ломать! И пилот Мари — тоже нужна Галену. Для…