Возвращение некроманта. Том 3 (СИ)

Кастет не носил никакой защитной экипировки. Он попытался вдохнуть, но распространяющееся чувство онемения не позволило. Всё его тело деревенело, и ему не оставалось ничего, кроме как упасть на землю.
Яд тенекрыла приходил в действие в течение двух минут. Сильный яд циркулировал в теле, начиналось всё с лёгкого ощущения онемения. Но затем начинался паралич, распространяющийся от раны, из-за чего радикально ухудшаются рефлексы, а в некоторых случаях цель умирает.
Охотники всегда используют его для сражения с монстрами или сильными противниками. Склянка размером с палец стоит сто пятдесят золотых, но охотники никогда не скупятся.
Не тратя времени, я бросился на другого парализованного члена банды. Люди в этом мире крепкие; если токсины яда их не убьют, то от паралича они быстро отделаются.
Паралич яда тенкрыла обычно длился от пяти до десяти минут. Те, у кого слабое телосложение почти не имеют шанса сопротивления эффекту, и хотя действие снижается, паралич всё равно сработает.
«Вшух! Вшух! Вшух!»
Я запустил ещё три болта друг за другом. Больше меня меткость не волновала; я просто стрелял из арбалета по остаткам банды. Один болт попал в дверь, оставшиеся два в конечности невезучих членов банды.
Я достал меч из ножен, взгляд мой изменился на взгляд хищника заметившего добычу. Я прыгнул с крыши, перекатился по земле, и метнулся к Кастету, скрывающегося за стойкой.
Мерцающая ледяная линия очертила в воздухе блеск меча.
— Умри, гнида!
Меч прочертил элегантную линию в воздухе, вспоров его живот, и вытянув за собой содержимое. Я использовал ману, чтобы слегка усилить лезвие, и затем вонзил меч прямо в сердце. Клинок вошёл вглубь, мрачный главарь Красных Шапок упал, навсегда.
Затем в одно мгновение шея Кастета была разделена, его голова отделилась от тела.
Вдали слышались голоса стражников, несущихся к гостинице. Огонь и сражение встревожили всех в этом районе. Ближайшие жители слышали мучительные вопли и стоны невезучих членов банды, все спрятались и никто не осмеливался подойти.
Взглянув на убийцу, который пытался спрятаться, я вскрыл ему горло, мгновенно закончив его жизнь. По крайне мере Жаба остался без телохранителя. После этого я скрылся в темноте. Сейчас не могу позволить себе попасться. Мне еще нужно достать Жабу. Остальных в этот раз придется отпустить; мне и так повезло убить главу банды.
Пламя же разбушевалось не на шутку.
После того как пришли стражники, появились и несколько магов в серых робах. Маги нахмурились при виде мёртвых тел и луж крови на земле, но проигнорировали их и начали творить заклинания контролирования огня.
В сравнении с пламенем, убийство не так значимо. Если не потушить пламя сейчас, то полгорода может сгореть.
В тёмном углу рядом со стенами города, я наблюдал за ними. И хладнокровно стирал кровь со своего меча.
Всего я убил здесь шесть человек, большинство из которых, судя по всему, были опытными членами банды. Жаль, что я не мог обокрасть их тела, но стража пришла очень быстро. Скорее всего стражники оставят добычу себе.
Убить кого-то — плохой поступок. Поджечь что-то — гораздо хуже.
На самом деле, властям будет абсолютно плевать на смерти преступников, но они обязательно попытаются выследить того, кто поджёг здание. А я не хотел, чтобы потом отец ругал меня за это.
Огонь для города слишком опасен, пожар одного здания может легко распространиться и сжечь целый район. Это нанесёт куда больше урона, чем смерть нескольких членов какой-то банды. Я предположил, что этим делом начнут заниматься завтра, могут даже нанять каких-нибудь особых людей. В таком случае они могут даже обнаружить, что виновник я.
Я должен покинуть трущобы прямо сейчас. Оглянувшись в направлении ещё не стихшего шума, я вошёл под тень городской стены и растворился в переулках.
Пора навестить особняк Жабы и узнать, кто был его заказчиком. Путь от трущоб до кварталов знати пролегал через улицу Красных фонарей. Но я не думаю, что будет много свидетелей.
  
Глава 16
  
Жеребец для похотливой милфы
 
Дом Жабы находился в квартале для знати. Но туда мне еще нужно как-то попасть и это не просто.
Ночью рядом с железнодорожной станцией происходила настоящая метаморфоза. При наступлении темноты начали появляться самые разнообразные персонажи. Проходя мимо этого места, я наблюдал, как угольные лампы поочередно вспыхивали, озаряя окружающее пространство.
Служащие с зажигалками для фонарей курсировали по улицам, звоня в колокола и останавливаясь под каждым столбом. Производилась заправка ламп топливом, зажигание — и вновь горел свет.
После того, как фонаристы удалялись, из тени фонарных столбов начинали выходить женщины. Они были ярко накрашены, вызывающе одеты, демонстрируя полуобнаженные груди.
Смешные перешептывания и веселый смех сопровождал их встречи. Проходя мимо, я не мог не обратить внимание на этих женщин — их вид пробуждал во мне желание.
— Милый, подойди. Ты узнаешь, что значит быть настоящим мужчиной… — заговорила одна из них, стоя возле фонарного столба, у входа в переулок.
У нее были рыжие вьющиеся волосы, обольстительная фигура, хотя ей, казалось, уже за сорок. Ее лицо виднелось немного размытым. Заметив мой взгляд, она изогнула тело, чтобы подсветить свои прелести — красивую грудь, сжатую руками и выпирающую из платья.
Зазвучал мягкий стон «Аахх…» и, открыв рот, она указала на него пальцем. Несколько раз облизав его, она медленно и соблазнительно ввела палец в рот. Это простое действие вызвало во мне бурю чувств. Я почувствовал, как мои мышцы вспыхнули огнем, и в штанах появился бугор.
Но мне некогда, время не ждет. Сегодня ночь правосудия.
Комендантский час все еще действовал, и количество стражей на улицах почти вдвое превышало обычное. Они не трогали женщин под фонарями, потому что были в доле. Но меня, это также совершенно не беспокоило. Я словно растворился в тени и направился в район знати.
В этом мире сословия были четко разделены. Богачи с высоким социальным статусом жили отдельно от обычных людей. И район знати считался своего рода крепостью, охраняемой стражей.
Обычным горожанам было строго запрещено проникать в этот район: их допрашивали и выгоняли, как только они подходили к входу. Но если у кого-то была элегантная, чистая одежда, стражи пропускали его. Однако бродягам не миновать наказания, если они попадут в этот район.
Конечно, я мог бы прикрыться своим дворянским титулом и пройти мимо стражи. Но я не хотел, чтобы кто-то мог заподозрить меня в том, что я собирался сделать. Так что мне нужно проникнуть туда тайно.
По сравнению с другими частями города, район знати выглядел гораздо более ухоженным. В его темных переулках не было следов экскрементов, не встречалось сточных канав.
Покрытие из гладких камней, дождевые стоки в подземную канализацию, клумбы и деревья вдоль каждой дороги, элегантные виллы с витражами на окнах, символизирующих богатство — все это создавало особую атмосферу. Обычные люди могли себе позволить только бумажные окна или вовсе из бычьих пузырей.
Но главное отличие района знати от остального города заключалось в наличии патрулей и постов стражи у входов. И все это из-за людей, подобных членам Воровской гильдии.
Многие терпели неудачу, пытаясь украсть что-то из дома аристократа. И стража останавливала и наказывала тех, кто осмелился проникнуть. Воровство в этом районе считалось серьезным преступлением, за которое можно было получить немедленное наказание, вплоть до сломанной руки или отправки в шахты.
Подойдя к высокой каменной стене, ограждавшую район бедняков от квартала богачей, я огляделся по сторонам, чтобы не было посторонних.
Затем достал верёвку и крюк-кошку из своего многомерного мешка. Замахавнувшись ей, как учил меня Бурдюк, забросил крюк в бойницу стены. Дёрнув за верёвку, решил, что зацепилось крепко, и начал забираться.