Мой уравнобешенный эльф

На шарах появились красивые бантики. Их оплетали нарядные бусы. Я радовалась, как ребенок каждому украшению, думая про то, что отвечу Эльфийской Сколопендре, когда он вернется. Мне так хотелось ответить ему что-то едкое и гадкое. «Принц вам не по зубам!», – слышался в голове голос.
Вот пусть только придет. Поскорее бы! Я уже придумала, что ему отвечу. В новогодних шарах сверкнули мои клыки и улыбка. Никогда я еще так не ждала его, предвкушая момент встречи.
Внезапно меня отмело заклинанием. «Кровиночка моя!», – послышался встревоженный голос бабушки. А я упала на елку и потеряла сознание.
– Ой, – послышалось надо мной, когда я открыла глаза. На моей груди сидели ворон и бабушка.
– Это ты виноват! – яростно зашипела бабушка.
– Нет, это ты под руку лезла! – каркнул ворон, пока я пыталась понять, что произошло! И почему мне так колется! – Видимо, кар-р-р-рма у вас такая! Я дико извиняюсь… Сейчас попробую исправить!
Я сначала не поняла, а потом … встала. Елка валялась рядом лысой. Ни единой игрушки, ни единого огонька. Я опустила глаза и увидела, что мое платье превратилось… в елку! Все шары и украшения, бантики и сосулька, бусы и блестяшки были на мне. Пушистое, зеленое платье из еловых веток отражалось в зеркалах.
– Ой! – платье ужасно кололось и звенело. Бабушка обнимала меня и клятвенно обещала вырвать ворону остатки перьев.
– Как на счет хоровода? – язвительно заметил ворон, глядя на меня.
– Только хоровод мужиков! – едко заметила бабушка, глядя на ворона с ненавистью.
Ворон взмахнул крылом, я зажмурилась, но когда открыла глаза, то снова увидела платье – елку. Ничего не получилось! Совсем ничего! Елка как была, так и осталась!
– Зато праздник всегда с собой! – гадко заметил ворон. Но судя по виду, он был очень растерян. Видимо, что –то пошло не так!
– Вы хотите сказать, что это теперь навсегда? – ужаснулась я, чувствуя себя новогодней елкой.
– До нового года точно! – заметил ворон, неся добытый пух к себе в «гнездо».
– Не переживай милая, – утешала меня бабушка, повиснув рядом с сосулькой. – В каждой красивой женщине есть чуть-чуть от новогодней елочки. Вокруг нее всегда хороводятся кавалеры.
– И заглядывают под юбку в поисках подарков! – перебил ворон, пристраивая пух к предыдущей добыче.
– Она всегда сверкает! И все ей любуются! – продолжала бабушка, чтобы меня утешить. Она чувствовала себя виноватой, но я ее не винила, с затаенной ненавистью глядя на ворона.
– А после праздника ее раздевают и выбрасывают! – усмехнулся ворон, тонко намекая.
В коридоре послышался скрип двери. И шаги.
– Где моя дорогая миссис Эльфийская Сколопендра, – послышался голос. – Почему она меня не встречает, как полагается жене? У меня для нее есть маленький подарок!
Звеня украшениями, я направилась в коридор. Ходить в таком платье было неудобно.
– Прелесть –то какая! – заметил эльф, поднимая брови и глядя на мое новое платье. Он что-то прятал за спиной. – А под юбкой, я понимаю, меня ждут подарки?
– Один, подарок! – прошипела бабушка, высовывая мордочку из – за ветвей.
– Я помню, как ты мечтала о принце, – заметил эльф, доставая подарок. – Поэтому решил подарить его тебе! Это – единственный принц, которого одобряет твой муж. И даже находит его милым.
И он протянул мне игрушечного принца.
 
Глава седьмая. Елочка, вернись!
 
Я смотрела на игрушку, не зная, принять ее или нет. А вдруг это – очередная ловушка?
– Тоже мне, девственница доисторического периода, – послышалось недовольное бурчание ворона. Видимо, он оценивал урон, нанесенный бабушкой.
Бабушка нежно сообщила мне, что она отлучиться ненадолго. Со словами: «Слышишь, орнитозный!», – она бросилась в комнату, оставив нас с эльфом наедине.
Я протянула руку и взяла игрушку, чтобы тут же прижать ее к себе, как родную. Эльф сощурился, глядя на то, как я любуюсь принцем и вздыхаю.
– Как же я не могу принять его? – с улыбкой ответила я, слыша, как что-то с грохотом падает и разбивается в столовой. – Это же первый подарок от моего дорогого супруга! Разве я могу не принять его?
 
Эльфийская сколопендра смотрел на меня очень внимательно. Видимо, не ожидал такого развития событий. Обычно, я за словом в карман не лезу. Потому что там вполне может оказаться бабушка. Которая вовремя подскажет пару ласковых и добрых слов на все случаи жизни.
– Так бы и сказали, что денег у вас нет на приличный подарок, – вздохнула я, разочарованно покачивая головой. Мой мимолетный взгляд упал на лицо эльфийской сколопендры. Что выражалось на его лице, я рассмотреть толком не успела. И тут же снова опустила глаза.
Это, как говорит моя бабушка, был еще не контрольный укус.
– Но вы не расстраивайтесь, – я осмелилась поднять глаза и заглянуть в чужие. Красивые и прозрачные, какие бывают только у чистокровных эльфов. – Мы выживем. Я умею собирать чечевицу. И вас научу. Будете собирать. А я буду вас поддерживать. Как добропорядочная супруга своего добытчика.
Мне сложно было прочитать то, что было написано на лице эльфа. Я редко общалась с людьми, чтобы уметь читать по лицам эмоции. Но я ожидала немного другого эффекта. Вместо злости, ненависти, к которой я даже успела приготовиться, я услышала смех.
Мне очень хотелось попросить его снять с меня эту елку, но гордость не позволила. И я, шурша ветками и звеня шариками, удалилась в свою комнату. Следом за мной летела бабушка, неся в зубах целый пучок перьев.
– Елочка, вернись! – послышался насмешливый голос эльфа. А я аж вздрогнула.
Но не обернулась. Слишком зла я была на него и на ворона, который неизвестно кем ему приходится!
Принц улегся на подушку, глядя на меня бусинками глаз.
– Я не буду просить эльфа снять это платье! – возмутилась я, чувствуя, как щекочут меня ветки.
– Так, без паники! Сейчас попробуем снять его сами! – занервничала бабушка, превращаясь в человека.
Она тянула платье вниз, а я пыталась выпутаться из него. Но оно сидело намертво. Казалось бы, между корсетом и мной есть пространство. Но снять платье было невозможно. Игрушки звенели, елка слегка покалывала, а я отчаянно пыталась снять хотя бы сосульку.
– Ладно, не переживай, – утешила меня бабушка. – Помню, триста лет назад в моду вошли платья из магической стекловаты. Его изобрела одна портниха в столице. И все модницы облачились в них. Мало того, что платья были убийственно дорогие. Так еще и одноразовые! То есть, надеть их можно было раз! А когда снимаешь, то платье исчезает! Поэтому в этих платьях даже спали, чтобы не покупать новое! И ходили месяцами, купаясь прямо в нем. Но как оно переливалось!
Я кивнула, понимая, что в этой бабушкиной истории, как ни странно, все выжили.
Бабушка висела на гобелене, обмахиваясь пучком черных перьев, словно веером.
– Какой галантный кавалер! При первой встрече подарил мне такой роскошный веер, – язвила бабушка, с наслаждением делая взмах.
Я рассматривала себя в зеркале, вертелась, пытаясь понять, как можно снять этот экстравагантный наряд. При мысли о том, что можно попросить эльфа помочь мне, я начинала злиться.
Немного повертевшись, я поняла, что нужно как-то научиться в нем спать! До тех пор, пока бабушка не придумает, как его снять с меня.
– А ну-ка! Попробуй обернуться мышью! – щелкнула пальцами бабушка. А я стала пытаться изо всех сил. Оборачиваться мышью у меня никогда не получалось. Эльпиры редко оборачиваются. Чаще всего у них это не получается. Но я старалась изо всех сил!
Отчаявшись и расстроившись, я стала укладываться на кровать, злясь неимоверно. Колючая елочка заставляла морщиться и кривиться от неприятных ощущений.
– Аааа! – дернулась я, чувствуя, что едва не раздавила игрушку.
– Осторожно, – помогала мне бабушка, пока я ойкала, пытаясь найти удобное положение. – Ты с сосулькой поосторожней!
– А то что-о-О! – округлила глаза я, кусая губы и охая.