В чужом клане (СИ)

Отчего-то мне казалось, что подобная устойчивость психики была необычна. Должен же существовать период адаптации. Или так действует родовое наследие?
Когда, час спустя, приведя себя в порядок и позавтракав, я вышел из покоев, Зайн меня уже ждал, приплясывая на месте. Будто кто-то засунул в тело человеческого ребенка комок вечно двигающейся энергии.
— Значит, дан, вы и есть тот непобедимый воин, которым юный дан хвастался, — поприветствовал меня старший из стражников, вероятно десятник. Я запомнил разницу в крое униформе, но не знал, за какое именно количество подчиненных этот человек отвечает.
— Зайн любит преувеличивать. Кое-что я умею, но до непобедимости мне далеко, — мне вспомнился марид, бесконечная драка с которым закончилась бы моим неминуемым поражением, если бы не магия Аманы. Нет. В этом мире человек без магии никогда не приблизится к званию «непобедимого».
В дальней части одного из внутренних дворов обнаружилась пустая тренировочная площадка. Подходя к ней, я заметил в окне башни, выходящей на площадку, человека. Поняв, что я смотрю в его сторону, человек шагнул за пределы видимости, но когда спустя минуту я вновь взглянул туда — краем глаза, чтобы не спугнуть — то вновь заметил ту же фигуру наблюдателя. Жаль, с такого расстояния не было видно лица и даже не удалось понять, мужчина то был или женщина.
— Тебе нужно победить их всех по очереди, — сообщил Зайн, указывая на дюжину ухмыляющихся стражников. — Тогда я выиграю пари!
— На что ты хоть поспорил?
Я сомневался, что на деньги — вряд ли Зайну они нужны. Наследника клана, даже такого мелкого, не будут ограничивать в средствах.
— Они, — Зайн ткнул пальцем в стражников, — пообещали сопровождать меня в город в свои выходные дни. Мама запретила мне ездить туда одному, а дядя отказался дать охранников.
— Поэтому ты придумал такой способ, — закончил я за него. Что-то мне подсказывало, что аль-Ифрит выдвинули свои запреты специально, чтобы мальчишка нашел способ их обойти. Стражники никогда бы не согласились на пари, которое противоречило прямому запрету их дана.
Обучение интригам на практике?
Озвучивать свои мысли я, конечно, не стал, спросил о другом.
— Зачем тебе в город?
— Там же фестиваль будет! — Зайн аж подпрыгнул на месте. — Неделя Небесных Лисиц!
Хм, об этих же лисицах вчера вечером мимоходом упомянул Кастиан. Любопытно. Пожалуй, мне тоже стоило посетить упомянутый фестиваль.
Я получил свой тренировочный меч, первый из стражников взял свой, но за мгновение до того, как десятник дал сигнал к началу боя, я вскинул руку.
— Каковы правила? — хорошо хоть я не забыл спросить об этом.
— Обычные, — удивленно отозвался десятник.
— Не убивать, не калечить, не использовать магию? — предположил я, исходя сугубо из здравого смысла. — Что-то еще?
— Не наносить удары ниже пояса, не бросать в глаза противнику песок или землю… — десятник пожал плечами. — Это тренировка, а не война.
— Хорошо.
Сражаться с людьми оказалось легко. Даже слишком. Ни их сила, ни скорость не были сравнимы с силой и скоростью марида или ветси.
Обмен несколькими ударами — лишь для того, чтобы посмотреть, как это выглядит — и очередной тренировочный меч полетел на землю, выбитый мною из руки очередного стражника.
Никто из них больше не ухмылялся. С каждым новым поражением их лица становились все более мрачными.
Наверное, мне следовало затягивать схватки, делая вид, будто для победы требовались усилия. Но я не подумал об этом заранее, а начинать притворяться на пятом или шестом поединке было глупо.
Меч вылетел из руки седьмого по счету стражника, я опустил руку с оружием — и метнулся в сторону и вниз, едва уклонившись от огненного шара, пролетевшего там, где я только что стоял.
Расслабился, перестал следить за противником и едва не поплатился за это!
Второй шар — я кинулся на землю в последнее мгновение и огонь лишь чуть подпалил волосы у меня на затылке.
Площадка была достаточно велика и пуста, деревьев чтобы прятаться за ними, как тогда в лесу, у имения Дасан, не было. Если попытаюсь убежать, стражник меня точно спалит.
 
Я не думал сейчас о том, как и почему тренировочная схватка превратилась, в нарушение обговоренных правил, в магическую атаку. Это было пока неважно. Важно было выжить.
Я кинулся к стражнику.
Третий шар.
Я поймал его на лезвие меча — и швырнул вперед оружие, растекшееся жидким металлом от первого же попадания. Увы, это был не демонический топор, которым огненные шары удавалось отбивать и лезвие которого даже не раскалялось.
Стражник отшатнулся от летящих ему в лицо брызг расплавленного металла и следующий шар ушел в сторону. Потом я сбил стражника с ног и…
«Не убивать, не калечить», — всплыло в памяти. Можно было, конечно, убить и сослаться на самозащиту, но я ведь планировал наладить отношения с местными.
Тогда так.
Удар по шее — и огонь, уже вновь собранный в его ладони, рассеялся в воздухе, а сам стражник обмяк, потеряв сознание.
Звук торопливых шагов — это остальные стражники во главе с десятником бежали к нам. Разумные люди — никто из них не пытался вмешаться, когда стражник вдруг начал кидаться огнем.
— Он жив? — первым делом спросил десятник, наклоняясь к стражнику.
— Жив, — отозвался я и добавил укоризненно: — Мы ведь договаривались без магии.
По лицу десятника прошла гримаса.
— Вам тоже стоило использовать магию, дан, а не пытаться следовать правилам, раз уж наш человек их первым нарушил.
— Я не владею магией, — я пожал плечами. — Инициации еще не было.
Десятник уставился на меня так, будто я только что сообщил ему неожиданную и очень неприятную новость. Странно.
— Надеюсь, вы вычтете из его жалования стоимость испорченного меча, — сказал я, кивнув в сторону расплавленного оружия.
— Это не смешно, дан.
— Что не смешно? — спросил я, начиная раздражаться.
— Нападение с использованием магии на гостя, который не является магом, — серьезное преступление. Стоимость меча — последнее, что будет волновать этого дуралея! — по интонации чувствовалось, что десятник и разозлен, и расстроен.
— Насколько серьезное? Что ему может грозить?
— От изгнания из клана до смертной казни.
Хм, сурово.
— Как понимаю, вы хотите, чтобы я забыл о том, что сейчас произошло?
Стражник явно вспылил из-за того, что я так легко его обезоружил, и оттого обратился к магии. Неподходящее поведение для человека, от чьей выдержки может зависеть жизнь других людей, но по большому счету мне не было до него дела. В принципе, я мог закрыть глаза на случившееся и никому об этом не говорить…
— Мои желания в данном случае не важны, — перебил мои мысли десятник. — Как только глава вернется, я сам доложу ему о случившемся. Преступление есть преступление, даже если совершено под влиянием момента.
Я вздохнул. Наладил отношения с местными вояками, называется. Если одного из них из-за меня казнят, пусть даже виноват в этом только он сам, отношения будут напряженными.
— Дан Хеймес куда-то уехал? — спросил я рассеянно, раздумывая, как лучше поступить.
— В город. Там опять какие-то проблемы с демонами, — десятник поморщился.
— Я могу попросить дана Хеймеса простить напавшего на меня стражника, — сказал я неохотно. — Все закончилось благополучно, он меня даже не ранил.
Просить за того, кто хотел меня убить, пусть и «под влиянием момента», не хотелось, но в данном случае проявить милосердие было выгодным. Ну и не обязательно оставлять своего несостоявшегося убийцу здесь, в замке. Возможно, Хеймес согласится отослать провинившегося в одно из отдаленных владений клана.
— Я был бы вам очень благодарен, дан, — не сказать, чтобы в голосе десятника слышалось облегчение, но теперь он звучал чуть менее напряженно. — Этот дуралей — мой племянник, в страже совсем недавно и его магия еще не «осела».
Судя по тону десятника, еще не «осевшая» магия некоторым образом извиняла вспыльчивость стражника. Я сделал себе мысленную пометку узнать как можно больше об этом процессе до того, как наступит время моей инициации.