Нарушая заповеди (СИ)

— Так, Янчик, ты только что грозился адресок мне подкинуть. Гони давай, я уже записываю.
— Не так быстро, дамы, — Ян одаривает нас смущённой улыбкой, — я так с ходу и не вспомню.
— А ты вспомни, милый, а то ведь я с тебя не слезу, — грозит Котя и, как ни странно, это срабатывает.
Улицу Ян действительно не помнит, но зато доходчиво обозначает территориальный ориентир.
— Охренеть! — впечатляется Котя. — Так туда три дня на оленях! А поближе ты не мог найти мастера?
Я удавлю эту идиотку!
— Так я не настаиваю, — оправдывается Ян.
— Разворачивайся, — командую я, когда до дома остаётся метров двести.
— Зачем? — Ян сбрасывает газ, но разворачиваться и не думает.
— Мы с Котей едем в сервис ремонтировать её машину.
— Бли-ин, ну я так-то в гости приехала, — разочарованно ноет Котя. — И моя «Пусечка» ещё побегает.
— Не побегает! — отрезаю я. — Разворачивай, Ян.
Парню совсем не нравится мой настрой, он резко тормозит и вонзает в меня подозрительный взгляд.
— Ева, а что происходит?
— Ян, ты папе только не говори, пожалуйста, куда мы с Котей поедем.
— Расскажу, конечно, — он ни минуты не сомневается, а я пожимаю плечами и покладисто соглашаюсь:
— Ну, ладно. Надеюсь, надолго ты без работы не останешься.
— Во что ты меня втянула? — теперь Ян разглядывает меня, как ядовитую змею.
К слову, такой я себя и ощущаю. Да ещё и Катюха сверлит меня обиженным и осуждающим взглядом. Вот уж кто бы совсем зажмурился! У самой совести ни в одном глазу, а туда же.
— Ян, прости, но я здесь совсем ни при чём, — выставляю ладони вперёд. — Это ты нечаянно растрепал секретную инфу, которую папочка от меня зачем-то скрывает.
Бедный парень так побледнел, что с его лица даже редкие веснушки исчезли, а я поспешила его успокоить.
— Ян, да я ни за что не скажу, что узнала адрес от тебя! Потому и предупреждаю, чтобы ты себя не сдал. Мне-то ничего не будет, а ты пострадаешь ни за что. Скажу, что Котька на хвосте принесла, — я киваю на подругу, которая уже готова выдрать себе этот хвост и связать из него надёжный кляп, лишь бы никуда не ехать.
— Ну ты и… — парень не может подобрать для меня подходящий эпитет и выдыхает: — Договорились. Но я еду с вами и это не обсуждается. Да и звякнуть бы сперва надо.
— А может, я вас здесь подожду? — хнычет Катюха.
— Коть, мозги подбери, мы вообще-то едем твою тачку ремонтировать.
— Ох!..
  
12
 
Боже, куда я еду?! Что я ему скажу? Я думала об этом тысячу раз, готовилась к этой встрече несколько лет, но сейчас понимаю, что совершенно не готова.
— Ромка, привет!
— Лялька?! Ничего себе, какая ты стала!
— Какая?
Вот же бред!
— Роман, это ты?
— Евлалия?
О-о-о!
— Молодой человек, Вы Роман?
— Нет — Ферапонт!
А-а-а! Черт!
— Простите, Ваше лицо кажется мне знакомым…
— А мне Ваше нет. А хотя постойте, не Вы ли четыре года назад убили мою мать?
М-м-м… Не-ет!
— Рома, здравствуй…
— Куда ты прёшь, овцебык?! — верещит Котя, нажимая на клаксон, и отчаянно подрезает новенький Porsche.
— Вообще-то у него главная, — осторожно замечаю я.
— Кто это сказал? — рявкает подруга, а я в ответ пожимаю плечами и с трудом удерживаюсь от комментария, что её отец прав, не покупая дочке новую машину. Ей бы трактор, да в чисто поле.
Несмотря на то, что мощный Range Rover впереди прокладывает нам путь, с Котей ехать реально опасно. Она злится и ведёт автомобиль очень дерзко, создавая аварийную ситуацию едва ли не на каждой стометровке.
— Коть, мне страшно, — признаюсь подруге.
— Даже не знаю, чем тебя утешить, — ехидничает Катюха. — Этот твой Ян-обезьян прёт, как реактивный танк, я и так еле успеваю за ним.
— Да я не об этом, я с Ромкой встречаться боюсь.
— А-а! А чего мы тогда прёмся туда? — психует Катюха, но тут же исправляется. — Успокойся и доверься мне. Это же у меня с тачкой беда случилась, а ты просто типа случайно вместе со мной оказалась.
 
Я подавляю тяжёлый вздох и прикрываю глаза. Что я творю? Надо было одной к нему ехать. А с какой тогда целью? Хотя папа обещал купить мне машину, как только я вернусь. Но ведь она будет новая… Что же мне в ней ремонтировать?
— Коть, а какая у тебя беда с тачкой?
— В смысле?
— Ну, что мы ремонтировать будем?
— А-а, так нам ещё целый час ехать, пока доберёмся — найдётся, что отремонтировать, — Котя нервно хохотнула и ласково погладила оплётку руля, словно извиняясь перед… «Пусечкой». — И потом, Ев, не хочу тебя расстраивать, но, может, это вовсе и не твой Ромео…
— Обалдела? Ян ведь при тебе позвонил. Как думаешь, какова вероятность того, что мой отец инкогнито решил опекать какого-то другого Романа Темнова?
— Как раз это и стало решающим фактором для моей лояльности, а то бы хрена лысого я в эту Тмутаракань потащилась. Эх, и почему бы Тимуру Альбертовичу не взяться, к примеру, меня опекать?
— А твой папашка что — совсем соскочил? Он к вам не вернулся, кстати?
Неприятности в Катюхиной семье начались ещё до моего отъезда. Случилась очень противная и банальная вещь — Котин папа ушёл к молодой любовнице, а мама очень тяжело переживала разрыв. Ну и Котька, конечно, тоже переживала. И я вместе с ней.
— Шутишь? Мой батя теперь отец-героин! Они со своей Ниночкой уже второго заделали, ей рожать скоро. А старшей вот-вот четыре будет. Блин, всё время забываю, как зовут эту мелкую пигалицу… э-э… имечко такое долбанутое… А, Кассандра! Прикинь, да? Я оборжалась. А сначала хотели Харизмой назвать.
— Да ладно?
— Да говорю тебе! Отец еле уболтал эту придурочную передумать. А мальчика стопудово Эросом назовут. А чо?.. Эрос Дмитриевич Стёпкин — это звучит гордо. Теперь вся отцовская любовь и материальные блага принадлежат карапузам. А Катюхе — балалайка! Ни возрастом, ни имечком не вышла. Я удивляюсь, как он ещё мне тачку к совершеннолетию подогнал, да и то не новую. Ты-то сама с колёсами?
— Наверное, — я пожала плечами, неожиданно смутившись. — Я папу ещё не видела, но он обещал…
— Ну да — твой батя не такой жмот. Хорошо, что мой хоть учёбу оплачивает. Ты, кстати, поступать-то будешь? А то ты и так со своей заграницей целый год потеряла. Кто ты у нас там — физик-ядерщик?
— С ума сбрендила? — смеюсь я. — Не, я на языки налегала.
— На иняз рванёшь?
— Ой, Коть, это вообще больная тема…
Внезапно моё внимание привлекает световое табло с надписью «Город, в котором ты», и в голове словно тумблер щёлкает.
— Коть, а ты про Ромку говорила, что он точно в Москве… Ты его видела?
— Ой, да не видела, перепутала я. Но теперь-то ты, слава богу, и сама знаешь, что он здесь, а не там, где я думала.
Что-то Котя темнит, а это совсем не в её характере. Против воли мне в голову лезут нелицеприятные картинки, перелистывать которые не хватает моих нервов и терпения.
— Коть, а может, хватит этих тайн? Здесь, там… Что за фигня? Говори, а я уж сама решу, там он или здесь.
— Ой, да бред! Ты только не ржи, — хихикает подруга.
Час от часу не легче.
— Коть, не буди во мне злого бабая!
— Да как скажешь, но я предупредила. Короче, я зимой на крестинах была, ну а в церкви, сама знаешь, не слишком весело. Вот я и таращилась по сторонам, ожидая, когда они уже покончат с этим великим таинством, прости господи. Ну, и что ты думаешь? Разглядываю я попа и размышляю… А, неважно, короче, но в храме лучше об этом не думать. А он, прикинь, поворачивается — и я по уши в шоке! Твой Ромео! Ну, в смысле, один в один! Тогда-то я решила, что это он, разулыбалась, как идиотка, и даже кивнула ему — здрассьте, мол, давно не виделись. А он мне тоже кивнул, между прочим. Я, конечно, прифигела неслабо, но решила подойти поближе поздороваться.