Нарушая заповеди (СИ)
Катька! Хоть бы она сейчас была в Москве! Я лезу в телефон… Хм, сторис нет — и где её носит?
До моего побега в Штаты мы с Катюхой были как попугайчики-неразлучники, потом ещё полгода активно общались в сети, но со временем наша дружба ограничилась взаимными лайками и поздравлениями. И сейчас я, честно говоря, опасаюсь равнодушия с её стороны.
— Ой-ой, я сплю или это правда ты звонишь? — раздаётся в динамике бодрый Катюхин голос. — Бабайка, сроду не поверю, что ты в Москве!
— Привет, Коть! Это правда я, и у меня к тебе суперважный вопрос — ты веришь в вечную женскую дружбу?
— Ха, опомнилась, мать! Сама свалила на четыре года, а я, значит, храни тебе верность? Ну так знай — я без тебя не пропала и жизнь моя не закончилась, как ты наверняка надеялась. И мы с Ладкой отлично тусили без твоего участия. Усекла? А теперь отвечаю на твой вопрос — да, я, как дура, продолжаю свято верить в нерушимую женскую дружбу и даже готова тебя немедленно простить, если ты вернулась. Но если…
— Коть, я вернулась! — выпаливаю торопливо, чтобы не слышать ничего после Катюхиного «если». — И мне срочно требуется твоё прощение и группа поддержки.
— Что, прямо целая группа? Э, подруга, ты куда там успела вляпаться? — с беспокойством спрашивает Катька, и я, с облегчением выдохнув, рассказываю своей Коте обо всём, что наболело.
— Охренеть! Поверить не могу, что ты не в состоянии уработать одного упыря!
— Коть, он вообще-то наш гость, а я папе обещала…
— Слушай, какое счастье, что я ничего не успела пообещать твоему папе! И, кстати, никуда не мигрировал твой Ромео, здесь он, в Москве…
— Правда?! Коть, ты его видела? Где? — я аж подпрыгиваю, не в силах усидеть на месте, и, конечно, у меня никак не получается скрыть волнение в голосе, а Катька ехидно хихикает.
— Жди, Бабайка, через пару часов буду!
— Да я за пару часов тут с ума сойду! А ты, кстати, на чём?..
Но Катька уже отключилась. А, и не важно, на чём, — Катюхе если надо, она и собак запряжёт. Ловлю себя на том, что улыбаюсь. Он здесь… Не уехал… Я это чувствовала… Как же здорово, что у меня по-прежнему есть моя Котя. Ей единственной я рассказала когда-то о своей мучительной безответной любви, и Катюха меня как могла поддерживала. И она же мне советовала соблазнить Ромку. Ох, слышал бы её тогда мой папа!..
Занятая своими мыслями, я не заметила, как вышла к бассейну, да так и замерла с блуждающей улыбкой на губах. Вообще-то, окажись любой в этом месте, тоже замер бы от восторга — папуля мой постарался на славу. Вид, открывшийся мне, был великолепен!.. Но застыла, вытаращив глаза, я вовсе не от этого…
10
В лучах закатного солнца мужчина, выходящий из воды, великолепен, как бог… Сильное тело, покрытое бронзовым загаром, кажется идеальным. С мокрых волос по лицу стекает вода, и широкой пятернёй красавчик небрежным жестом зачесывает потемневшие от воды пряди назад. Я невольно любуюсь этим зрелищем, напрочь позабыв, что передо мной противный Марик.
Это настолько эстетически красиво, что, наверное, я бы даже захотела отмотать пару минут назад, чтобы заново пересмотреть этот эпизод. Без какой-либо сексуальной подоплёки, просто из любви к искусству. Вот только следующие действия совершенно не вписываются в идеальную картину…
Маркуша по-лягушачьи раскорячивает свои мускулистые ноги и обеими ладонями обхватывает и сжимает выпирающий в мокрых плавках бугор. Вода сквозь его пальцы стекает на плитку, а Марк поднимает правую ногу, как кобель у дерева, и зачем-то дрыгает ею, не выпуская свой агрегат. Выглядит это настолько смешно и нелепо, что образ рокового мачо тут же стекает с красавчика вместе с каплями воды, обнаружив под шкурой прекрасного принца раскоряченного гоблина.
Не сдержавшись, я издаю смешок, а встретив растерянный взгляд Марка, который явно не ждал свидетелей, начинаю заливисто хохотать.
— Фонарный столб чуть правее, Лев Маргаритович, — пробиваются сквозь смех мои слова и заводят меня ещё сильнее.
Но мой комментарий распаляет и самого Марка. Выражение его лица мгновенно меняется — становится злым, а глаза мечут молнии. Ай-ай, рядом с водой это грозит замыканием. Но меня такое преображение не пугает, а лишь веселит ещё больше, и я передразниваю недавнюю позу мужчины, заставляя его сорваться с места. Опустив подбородок и не сводя с меня наполненных яростью глаз, Марк начинает двигаться в мою сторону, а я замечаю краем глаза встрепенувшуюся женскую фигуру в шезлонге.
— Марик, — встревоженно окликает Ангелина.
Но Маркуша не реагирует, он видит перед собой лишь цель и никакие препятствия его не остановят. Он приближается ко мне неумолимо и стремительно. Кажется, не уйди я с его пути — растопчет и не заметит. Однако я продолжаю стоять на месте, не переставая потешаться и подрыгивать ножкой. Мне реально не страшно, не могу даже представить, что в собственном доме кто-то осмелится нанести мне физический вред.
Я не пугаюсь даже, когда Марк, приблизившись вплотную, протягивает ко мне свои руки, и пищу:
— Изыди, противный гоблин, я другому отдана!
И когда, больно стиснутая мужскими ладонями, взлетаю вверх и оказываюсь перекинутой через плечо, я по-прежнему продолжаю смеяться и крепче сжимаю телефон, едва не выскользнувший из моей руки.
— Маргаритович, это непозволительно тесный контакт, Вы меня компрометируете! — ору дурным голосом, стремительно пролетая мимо зонтиков и шезлонгов. — Осторожно, здесь скользко! Только не дрыгайте копытом, на вашей туше ценный груз!
— Марк, не смей! — пронзительный визг Ангелины — это последнее, что я слышу, перед тем как мой полёт становится бесконтактным и неуправляемым.
Но даже сейчас вместо страха проносится досадная мысль: «Телефон же!», прежде чем я больно соприкасаюсь с поверхностью воды, и от удара гаджет выскальзывает из моих рук. Я отбила правую щёку и ухо, но, к счастью, не потеряла ориентир и быстро выныриваю на поверхность, чтобы вдохнуть побольше воздуха, и тут же устремляюсь на дно.
Мне повезло — телефон на дне бассейна я обнаруживаю с первого раза, но лишь потому, что в этот момент он ярко сигнализирует мне входящим звонком. Буду надеяться на заявленную производителем водонепроницаемость. Однако дольше задерживать дыхание я не могу и, вынырнув, жадно глотаю ртом воздух и не сразу обращаю внимание, что в бассейне я не одна. Со скоростью торпеды и перекошенной рожей ко мне гребёт наш охранник Ярик в полном обмундировании. Если бы я не знала, насколько он предан папе, решила бы, что добить торопится.
— Ярик, всё путём! — хриплю я, когда парень пытается меня спасти, схватив за волосы. Я даже пробую улыбнуться. — Ты забыл, что я отлично плаваю?
— Что это было, Евка? — зубы Ярика отбивают дробь, а в глазах смертельная паника.
Представляю, как он испугался, бедняга. Утони я сегодня — и завтра на нашей территории появится кладбище домашних охранников.
— Прости, это мы немного заигрались с Мариком, согласна — дурацкие шутки. А ты за монитором, что ли, был?
— Шутки? Ах-х-хренеть! — негодует Ярик и быстро гребёт к бортику. — За монитором Рус был, и он, между прочим, сейчас вашего гостя убивает.
Слегка оглушённая, лишь в этот момент я обращаю внимание на шум около бассейна и вижу, что Марка убивает не Рус, а Вася. Она нещадно молотит его ногами и какой-то палкой, пока огромный Руслан, удерживая дорогого гостя за шею, внимательно следит за нашим заплывом.
Ух, отличный денёк! А я-то ещё переживала, что мне будет скучно.
Когда Ярик, выбравшись первым, выдёргивает мою подмокшую тушку из воды, на берегу меня встречают, как моряка после долгого плавания. Ничего себе — толпища собралась! Я быстро оцениваю обстановку и понимаю, чем сие грозит моему обидчику, если папа узнает правду. Понимает это и Ангелина, лицо которой похоже на восковую маску.
Кажется, только сейчас это дошло и до Маркуши. Обычно наши служащие не имеют привычки мозолить глаза своим присутствием без необходимости, и уверена, что ни Марк, ни даже Ангелина не могли ожидать целую армию моих защитников. Теперь они оба с ужасом ждут от меня команду «фас». Но зачем же?