Тень Деформации (СИ)

В общем, уже ближе к вечеру этого суматошного дня заключил я, что надо будет, для начала, учинить массовые проверки. В их результативность я ни варпа не верю — раз уж демоны не смогли обнаружить “должника”, то вероятность его прокола на “коллективном допросе” моими силами и силами Кристины невелика. Но шанс есть, и упускать его глупо. А потом нудная проверка полутора миллионов (и хорошо, что команда в крепости далеко не полная, “перегонная”) обитателей. Причём опять же, не факт, что с результатами.
А тем временем Агнесса и Целлер будут, каждый по-своему, искать еретика. Вот на них у меня, признаться, надежды больше, чем на наши с Кристиной допросы, но посмотрим, что и как будет, логично рассудил я, засыпая в отведённых апартаментах.
А в закутках станции, во время нашего сна, раздавались неслышимые мной выстрелы, мат и обращение к Импи: местные попы отлавливали и изгоняли в варп демоническую мелочевку.
  
2. Регицидный клуб
 
Начать же наш поиск гнусных еретиков в неустановленном числе и неизвестного полу решили мы с Кристиной с довольно традиционного уже “коллективного молебствования”. Серии всекрепостных, естественно, с ключевыми моментами, ориентированными на ересь, проповедей.
Результативность этого деяния была под большим вопросом: экипаж Испепеления был столь велик, что гарантированно протащить через религиозный обряд всех без исключения не выйдет. Определённый (и немалый) процент экипажа, гвардейцев, шестерёнок просто не явится, причём по вполне объективным причинам. Не говоря о том, что определённый процент людей в крепости просто был неучтённым, вынесенным за реестры и списки, из-за ошибок, путаницы документов и прочего.
В общем, если еретические сволочи захотят не явиться на молебствования — то они и не явятся, причём вероятность эту “неявку” выявить как злонамеренную близится к нулю. Однако причиной не делать вероятность провала не являлась, так что выспавшийся я после завтрака щемился в покои верховного попа Испепеления.
— Благословение Императора, — выдал желчный дядька средних лет, явно без восторга встречая мою персону.
Вообще, довольно неприязненно местные святоши относятся к Инквизиции, отметил я. Впрочем, подозреваю, причина довольно прозрачна: активность коллег из Ордо Еретикус и Ордо Маллеус в преддверии Окуляра Трепета была довольно высока. Ну а Рамилес в этих палестинах и нёс службу, так что встреча с таким мифическим персонажем как Инквизитор местными попами, судя по всему, была неоднократно осуществлена.
Ну и била по их ЧСВ, поскольку занятые делом коллеги фантазии попов на тему “мы сами со всем справимся, а Император защитит”, в силу отсутствия времени и желания, не щадили. То есть, в тех пусть не частых, но и явно неоднократных (хотя хватило бы и одного раза) случаях взаимодействия с попами, оное взаимодействие выглядело как “раком встать, булки раздвинуть и прыгать гуськом в мной указанное место, напевая “Кадианскую Деву” хором и не фальшивя!”
— И вам того же, экклезиарх, — нейтрально выдал я. — Мне нужно, чтобы священнослужители Испепеления провели череду массовых молебнов. Охватывающих максимально большую часть экипажа, в идеале вообще всех.
— Зачем? — желчно пожевал губами поп.
— Надо, — солнечно улыбнулся я, превратив этим и так не радостную морду лица служителя культа в сушёную урючину. — Экклезиарх, давайте не будем препираться на пустом месте, портить друг другу настроение и мешать делать своё дело. У меня это получится лучше, — развёл я лапами.
— Верю, — хмуро буркнул поп. — Только, Инквизитор, духовное окормление экипажа — МОЁ дело, — пафосно выдал он. — И ваша “просьба”, — обозначил он кавычки, аж из адамантия, тоном, — “мешает мне делать моё дело”.
— А её неисполнение, экклезиарх, мешает мне делать МОЁ, — уже без улыбки продолжил я. — Молебны вы всё равно проводите, моя просьба заключается лишь в том, чтобы провести их этаким каскадом, один за другим, охватывая максимально возможное количество людей. И непременное поднятие некоторых тем в проповедях, — дополнил я.
 
— Каких же? — многословно полюбопытствовал святоша.
— Призывы демонов, конечно, — вновь заулыбался я. — Как это плохо, греховно, императоронеугодно. И, непременно, молитву какую нибудь, коллективно и вслух читаемую. Что-то насчёт греха сношения с губительными силами. Если не знаете — я подберу, — любезно предложил я, активируя планшет.
— Излишне, — продолжал копировать ликом сухофрукт священник. — Молитвы Его Божественному Величеству я прекрасно знаю. И всё же, Инквизитор, зачем вам это? — уставился этот зануда на меня инквизиторским взором, попирая субординацию, логику и факты.
— Вы понимаете, экклезиарх, что я могу вас послать с этими вопросами в Око Ужаса, несколько глубже, нежели вам доводилось бывать с Крепостью? — осведомился я, получил кивок и призадумался.
Ну, в принципе, конечно, наглость. С другой стороны, в чём-то даже приятно: поп “лезет в бутылку” не потому, что считает Инквизиторов пугательными сказками, а потому что хочет знать, не хочет навредить. И с чего он так на добрейший и полезнейший Орден Инквизиции-то так взъелся, вместе с прочими попами? Я, признаться, изначально думал, что вопрос конкуренции: ну как же, у Адептус Муниторум и охотники на ведьм свои, и следователи, а какие-то там наглые Инквизиторы лезут в их дело. Но, видимо, причина несколько не в том, так что отвечу ка я попу, но с условием.
— Хорошо, я отвечу, — выдал я, на что поп не удержал лицо, дёрнув полезшими вверх бровями, да и в свете и ветре заметно удивился. — Взамен на ваш ответ на мой вопрос.
— Как будто вам нужно моё согласие, — желчно огрызнулся поп.
— В данном конкретном случае — нужно, — хмыкнул я. — Я хочу удовлетворить своё личное любопытство, а размахивать инсигнией по такому поводу — нарушение моих этических норм. Ну и в целом, банально неправильно, хотя прямого запрета таковому нет. Соответственно, я хочу получить от вас честный ответ на интересующий меня вопрос, без принуждения. Взамен я отвечу, на кой варп, — на последнем святоша поморщился, — мне понадобились ваши религиозные пляски, — не стал дипломатничать я.
— Что ж, спрашивайте, — фыркнул поп, судя по свету и ветру, ни варпа не поверив.
— С чем связана столь ярко выраженная нелюбовь экклезиархии Испепеления к Ордену Священной Инквизиции Империума человечества? — озвучил я интересующий меня момент.
— Нелюбовь, — фыркнул поп. — Хорошо, слушайте, Инквизитор.
И поведал мне святоша такую историю: ситуация с культом демонопоклонников на базе, дюжинолетней выдержки, на выловлении, “раскаянии и казни” культистов не закончилась. Через пару месяцев после решения вопросов с ересью, на Испепеление прибыл некий кадр. Кадр был моим коллегой, из Ордо Еретикус и, по словам попа (и ведь не врал, паразит такой), устроил на Крепости самую что ни на есть “испанскую инквизицию”. Парализовал работу всех и всяческих служб, тряс всех (акцент, как я понимаю, коллега сделал на попах, что рассказчика особо возмущало), в результате через три месяца проверки сей достойный охотник на ведьм сжёг в варп пару сотен человек, полторы сотни из которых были попами, выдал: “и больше не грешите!” — ну и срулил в варп, искать кого ещё подопрашивать.
— Что, вот просто, взял и сжёг невинных? — скептически поднял я бровь.
— Ну не совсем невинных! — взорвался поп. — Отец Гектор, бывало, зажимал в уголке прихожанку помоложе. Брат Федуллий злоупотреблял, надо признать, амасеком и лхо… Но не жечь же за это?! А этот жуткий шагоход?! Кресло Истины, как же, — бурчал поп. — Шесть раз меня на нём допрашивал! Я год после мало, что под себя не мочился, чуть все мозги мне не сжёг! А, делайте что хотите, — махнул рукой поп. — Но “любить” вас, Инквизитор, как и вашу организацию, ни я, ни братья причин не видим.
— Хм, — задумался я, но тут внимание отсеяло “Трон Истины”.
Дело вот в чём: как я в своё время обнаруживал из жутко засекреченного и пересекреченного Ордо Еретикус архива действий конкретного Ордоса (чтоб никто не догадался, чтоб еретики не узнали, к которым, несомненно, относятся все: люди, коллеги, представители своего Ордоса и даже небо, и даже Император), у охотников на ведьм, чья деятельность волей-неволей была наиболее публичной, были этакие “показательные пугала”. Жуткие, отбитые на всё отсутствие мозга кровавые мясники и сатрапы, жгущие огнём все, на что упадёт их взор. В общем, весьма примечательные Инквизиторы, работающие в лучшем стиле раннего Ордена Терры.