Вторжение (СИ)
— Это залёт, солдат, — хохотнув, донёс до меня младший лейтенант. — На лицо порча государственного имущества. Даже во время ядерной атаки солдат обязан положить оружие под себя, чтобы его спасти. А ты чего сделал? Взял и сунул его прямо в пасть этой псине.
Я понимал, что «Порох» запустил режим армейского шутника, чтобы взбодрить меня. Но ни ответить, ни посмеяться над его словами я не мог. Горло будто судорогой свело, лицо стало, словно каменным. А тело продолжала колотить леденящая дрожь.
Вот же твою мать. Ладно курицы… Да даже петух, хрен с ним! Кроты хоть и страшные, но до нас даже не добрались. А здесь же… Смерть буквально щелкала зубами в нескольких сантиметрах от меня. Если бы не мои способности, то в нашем отряде точно было бы минус один. Минус я, если быть точнее.
— А ну-ка отстали от парня, — подошедшая ко мне Анна заглянула мне в глаза. Затем взяла в руку запястье. — Головой не ударился? — спросила она.
Я лишь помотал головой. Не признаваться же, что ног от страха не чувствую.
— Ну как он, Анна Степановна? — через полминуты спросил Порохов. — Боец сможет продолжать задание?
— Всё очень странно, Прохор Сергеевич, — задумчиво ответила та. — С такими выпученными глазами и бешеным пульсом не живут, но наш пациент почему-то до сих пор дышит.
Наша ледяная королева пошутила, или собака меня всё же сожрала и это предсмертные глюки? Поймал ощущение, будто нахожусь на приёме у врача, который любит подкидывать острые шуточки.
— Но в остальном — годен, — хмыкнув заключила Анна и отошла от меня.
Ну хоть на этом спасибо.
Я наконец забрал свой автомат из рук Бориса. То ли меня продолжал одолевать стресс, то ли адреналин ещё кипел в крови, но мне показалось, что оружие весит гораздо легче, чем обычно. Будто его подменили, и оно не из стали, а из алюминия. Но не может ведь оружие стать легче. Наверное, всё-таки из-за адреналина штормит.
— Так, боец, а теперь серьёзно, — заговорил «Порох» приказным тоном. — Как самочувствие? Повоюем ещё?
— Д-да, — хорошенько откашлявшись, выдавил я из себя. — Я в норме.
Меня и впрямь начало отпускать. Тревога и мандраж стремительно улетучивались.
— Вот и отлично! — посмотрел командир мне прямо в глаза. — А теперь главный вопрос. Как ты остановил эту грёбанную псину?
— Не хочу делать поспешных выводов, но похоже меня спас мой телекинез, — про свои призрачные руки, я решил промолчать. Не то, чтобы я хотел это скрыть, просто не представляю как это всё объяснить. Да и сам не уверен в том, что видел и что чувствовал. Мало ли что привидеться могло?
— У меня тоже есть вопрос, — активировалась Ольга, которая всё это время стояла в стороне и, такое ощущение, находилась в шоке не меньше моего. — Что за чёрная дымка осталась, когда «Порох» подстрелил собаку? Все её видели?
— Было такое, — ответила Анна, а вслед за ней подтвердили и остальные.
Выходит, чёрную дымку, которая проникла в моё тело, увидели все. Хотя до этого был уверен, что только я стал свидетелем этого.
— Это называется «Выбили дух из псины в прямом и переносном смысле», — хмыкнул Борис.
— Жалко образец не удалось собрать, —посетовал Фёдор, который не отходил от трупа собаки с того самого момента, как она упала на землю.
Хочется отметить, что «Ключ» этой шуткой очень четко описал то, что случилось. Ведь и впрямь, из собаки будто душа вылетела… Душа… И в меня впиталась… Жуть какая-то.
— На этом и сойдёмся, — просмеялся «Порох» и переключился с меня на Разводного. — У тебя как там, «Ключ»? Нашёл что-нибудь интересное?
Ага. Чёрную дымку они видели, а вот что случилось с ней дальше нет. Хорошо что они не в курсе, что дымка эта впиталась в моё тело. Вот это я точно не знаю как объяснить.
— Начнём с того, что выстрел получился, что надо, командир, — приступил к докладу «Ключ». — Ты отстрелил собаке полголовы и, тем самым, дал мне возможность взглянуть на её мозг. И там творятся удивительные вещи.
— Что не так с мозгом? — Анна тоже подошла, чтобы лично заглянуть в голову собаке. Когда она это сделала, её глаза от удивления округлились.
— Мозг мутированной собаки заметно почернел и стал гораздо твёрже, — начал перечислять занудным голосом Фёдор. Видимо опять включил запись, и диктует отчёт. — Имеются инородные ярко-оранжевые наросты на внешней стороне, а также целая сеть таких же наростов внутри. Да весь мозг буквально испещрён ими! — воскликнул он, но тут же взял себя в руки. — Но это не самое главное?
— Согласна, не главное, — Анна похоже уже увидела, что имел ввиду Фёдор.
— В центральной части мозга находится чёрный инородный предмет. На вид камень или кристалл, — «Ключ» постучал по чему-то находящемуся в черепной коробке овчарки кончиком лезвия своего колуна, чем чуть не вызвал приступ тошноты у Ольги. — Полагаю, что именно от этого кристалла и пошли все эти оранжевые наросты. А ещё смею предположить, не утверждаю, а именно предполагаю, что мозг этой собаки не функционирует, и его заменил вот этот кристалл. По крайней мере, насколько я могу судить, ткани мозга послужили питательной средой этому кристаллу.
— Ни черта себе, — протянула Ольга, успевшая взять себя в руки. — Это что получается? У нас в голове такие же кристаллы и… что это, червяки?
— Не думаю, — опроверг её предположение Фёдор, хотя в его голосе я расслышал неуверенность. — Мы все с вами прошли через аппарат МРТ и ни у кого не выявили ничего подобного. Хотя… — задумался он. — Никаких заключений я своими глазами не видел.
— Что бы там у нас в мозгу не было, мы не пытаемся бездумно убивать всё, что движется, — отойдя от собаки, веско заметила Анна.
— Это, конечно, обнадёживает… Всё же хотелось бы верить, что я не буду так же носиться по полям и охотиться на быков, — выдохнула Ольга.
— Не хочется никого расстраивать, — подвел черту Борис, чем сразу же поймал хмурый взгляд каждого из нас, — но, если мы станем безмозглыми тварями, уже не нам придётся разбираться с этой проблемой. Так что предлагаю расслабиться.
— Ну вот опять они устроили симпозиум, — грозно посмотрел на всех нас «Порох». — Все взвода́, как взвода́, а эти «бала-бала, бала-бала», — а затем твердым командирским голосом добавил. — Отставить базар! С мозгами будут разбираться специально обученные люди в специально подготовленных для этого лабораториях. А вас прошу, уже, наверное, в десятый раз, сосредоточиться на задании, — он повернулся к «Ключу». — Разводной, ты собрал все собачьи молекулы?
— Так точно, — бросил тот, выпрямившись в своем экзоскелете.
— Тогда на этом и закончим здесь. Все за мной!
В этот момент я хотел было поднять тему про ту чёрную дымку, которая впиталась в моё тело, но будто что-то мешало мне. Немного подумав, решил что лучше разговоры и правда не стоит разводить. Да и приказ Порохова не подразумевал иных толкований. А нарушать его указания мне совершенно не хотелось. Сам не заметил как проникся к нему таким уважением, что даже и не думал пререкаться. И, судя по молчанию остальных, они тоже решили послушать командира.
Я посмотрел на свой изувеченный автомат, ещё раз убедившись, что теперь это груда железа. Но выкидывать не стал. Закинув его за спину, я достал из кобуры пистолет и пошёл вслед за остальными.
Оставив собачий труп, мы быстро вернулись ко второй машине СОБР, до которой не успели дойти из-за появившегося быка. Осмотр начали так же, как и в случае первой машины — с пассажирского отсека.
— Хреново выглядит, — осторожно открыв левую заднюю дверцу, ледяным голосом проговорил Порохов.
Я открыл дверь с другой стороны и ужаснулся от увиденного. Внутри, судя по всему, случилась бойня. Все поверхности, как горизонтальные, так и вертикальные, были забрызганы кровью. Виднелось огромное количество следов от пуль. Весь пол был усеян гильзами, простреленными шлемами, брошенными бронежилетами, пустыми магазинами и даже оружием. А вот тел не было. Несколько сидений было вырвано из гнёзд креплений и на них так же виднелись следы крови.