Амулет для нищенки (СИ)
«Он говорил, что он хороший фехтовальщик, а значит, ранен не он», — успокаивала себя девушка.
Дуэль разгорелась с новой силой. У раненого как будто открылось второе дыхание, он быстро наступал на противника. Свист и лязг шпаг, слились в один звук. Отступающий сделал ловкий поворот и обрушил шпагу на раненого, но тот сделал какое-то одно неуловимое движение шпагой и отвернулся от соперника. Ляна затаила дыхание, не поняв, что произошло. Раненый отошёл в сторону, а его соперник, сделав два шага вперёд, выронил шпагу из рук и рухну на землю. Дуэль закончилась.
Лиана с расширенными от ужаса глазами смотрела на размытые фигуры мужчин, не в силах оторваться от маленького квадратика в мозаичном стекле.
«КТО?» — стучало у неё в голове.
Внизу послушался звук открываемой двери и тяжёлые шаги. Кто-то крикнул:
— Несите его в холодную.
Девушка при этих словах вздрогнула, поняв, что на этой дуэли кто-то всё-таки умер, но не могла сдвинуться с места, прижавшись спиной к холодному камню. Лиана старалась оттянуть время, когда ей придётся услышать, кто на ней был убит. Она прислушалась к голосам мужчин, пытаясь услышать голос Алмана, но не слышала, что её ещё больше обеспокоило. Закрыв лицо руками, она расплакалась, нервное перенапряжение давало о себе знать. Такую и застал её Ремир, поднимающуюся по лестнице.
— Ваше Высочество! — бросился он к ней, поднимая с холодного камня. — Что вы здесь делаете? Тут холодно, вы простудитесь, — Ремир скинул с себя длинный плащ и укутал им принцессу. — Вас проводить до покоев?
Лиана молча смотрела на начальника охраны, стуча зубами. До Ремира вскоре дошло, почему девушка так напугана и поспешил успокоить её:
— Его Высочество Алман, пошёл в свои покои, моя принцесса, — улыбнулся он ей.
Лиана одновременно и рассмеялась и заплакала, уткнувшись ему в грудь, плечи её вздрагивали, колени тряслись, и девушка с большим трудом стояла на ногах.
— Вижу, вы не можете сами идти, — посмотрел он на неё сверху. — Извините, придётся нести, — и подхватил Ляну на руки. Широко шагая по коридорам дворца с Лианой на руках, Ремир всем встречающимся говорил:
— Её Высочество плохо себя чувствует, ей нужен врач, — и шёл дальше.
Все понимающе кивали головой и не задавали лишних вопросов.
Алман, вернувшись с дуэли, думал, что Лиана ещё спит, надышавшись дурмана, но войдя в спальню и потрогав постель, понял, что Ляна давно проснулась и куда-то ушла. Позвав двух стражей, он приказал:
— Найдите Её Высочество, быстро! — почувствовав что-то неладное. Он бы и сам мог поискать Лиану, но рана, нанесённая ему на дуэли, саднила и болела при малейших движениях. Врач быстро зашил рану, а Веллон, поколдовав над ней, намазал заживляющей мазью, посоветовав сменить рубашку, которая успела насквозь пропитаться кровью. Алману не хотелось расстраивать супругу такой мелочью, как он считал и, попросив чистую рубашку у брата, вернулся в свои покои. Только стражи вышли за дверь, как почти сразу в покои вошёл Ремир, неся Лиану на руках.
— Что с ней?! Где ты нашёл её, Ремир?! — бросился кронпринц к супруге.
— Всё хорошо. Её Высочество просто перенервничали, — поспешил успокоить Алмана начальник стражей. — На лестнице сидела, возле окошка, которое выходит во внутренний двор. Окно мозаичное, навряд ли принцесса могла что-то отчётливо видеть. Ремир положил девушку на кушетку в гостиной и выпрямился во фронт перед Алманом: — Ваше Высочество, будут ещё, какие указания?
— Нет. Спасибо Ремир. Иди, — ответил Алман и склонился над женой.
У Лианы от радости, что муж жив, блестели глаза, но шок не оставлял её, она дрожащей рукой провела по его спутанным волосам. Алман успел переодеться в просторную белую рубашку из шёлка, но лицо было уставшим и бледным от потери крови; ко лбу прилипла прядка волос; руки от напряжения подрагивали, он сражался с Сеном Жеаром почти два часа и теперь выглядел неважно.
— Малыш, ты в порядке? — тихо спросил он, погладив её по голове.
— Да, — хрипло ответила Ляна и прижалась лицом к его руке. — Ты жив, Алман, я счастлива.
— Я обещал тебе, иначе я не мог, — накрыл он жену одеялом и прилёг рядом.
— Алман, обещай мне, что ты не будешь больше так опрометчиво поступать. Иначе тебя когда-нибудь… — Лиана вздохнула, не в силах произнести это страшное слово.
— Обещаю. Но в случае если на тебя опять будет кто-нибудь покушаться или сильно оскорбят, боюсь не смогу сдержаться, чтобы собственными руками не наказать этого человека или этанца.
— Ты завтра станешь королём, Алман, тебе не придётся, надеюсь, больше драться на дуэлях, — облегчённо вздохнула Ляна.
— А мне всё равно, пусть только попробуют… — он не договорил. В покои, постучав, вошёл его камердинер и, поклонившись, доложил:
— Ваше Высочество, к вам в покои просится Его Величество.
— Пусть входит, — сказал он слуге. — Интересно, с каких это пор отец стал спрашивать разрешения, войти в мои покои? — вставая Алман поморщился, тронув рукой бок.
— С тех пор, как ты женился, сын, — стремительно вошёл король и сердито посмотрел на него. — Алман, что это было? — уселся он напротив кушетки, принявшись слушать объяснения.
— Ты о чём, отец? — сделал Алман вид, что не понял его.
— О чём? Да о дуэли твоей! Ты хоть понимаешь, что ты будущий король и рисковать своей жизнью ты не имеешь права! — гаркнул король и покосился на съёжившуюся Ляну. — И рисковать жизнью этой девочки, — добавил он через минуту. — Завтра в Сарои ваша инаугурация, а вы на кого похожи? У твоей жены шок после этой дуэли, она белая как мел! Ну, хорошо, предположим, что Лиану приведём в чувство. Позовём Веллона, он быстро её успокоит своими настойками из трав. А ты? — глаза короля гневно блеснули.
— А что я? — пожал плечами Алман. — Я тоже до завтрашнего дня очухаюсь и приду в порядок, — попытался он выглядеть бодро, но тут же скривившись, схватился за бок.
Лиана тревожно посмотрела на мужа и, откинув одеяло, встала и подбежала к нему, присев с ним рядом:
— Алман, что? — испуганно оглядывала она его.
— Пустяки, небольшая царапина, — попытался он улыбнуться как можно оптимистичней, но улыбка, скорее всего, получилась вымученной.
— Убери руки, — потребовала Ляна и, взяв Алмана за запястья, отвела из в стороны от его раненого бока. Через белую шёлковую рубаху проступило кровавое пятно. — Алман, ты ранен! — воскликнула она.
— Да пустяки, малыш, быстро заживёт, — пытался он оправдаться и успокоить жену.
— Рана серьёзная и до завтра навряд ли заживёт, — вмешался отец — король. — Я позову Веллона, пусть ещё раз посмотрит, что ещё можно сделать. Да и Ман не помешает, на пару с врачом. Эх, молодёжь! Вам бы только на дуэлях драться, о королевстве совсем не думаете. Вечером ещё навещу вас. Лиана, не давай ему вставать. Постельный режим! Жёсткий! — король встал и направился к выходу и уже там, обернувшись, добавил: — Не знаю, как я буду оправдываться перед регентом Дооном, если ты завтра не явишься на инаугурацию.
— Ваше Величество, а может, отложим эту инаугурацию, пока Алман не поправится? — спросила Ляна и виновато пожала плечами.
Король усмехнулся и закатил вверх глаза:
— Девочка, ты хоть представляешь себе, сколько гостей и не просто гостей, а знатных господ прибудет на неё! Не считая высокопоставленных иномирян из четырёх миров! Это скандал! Наследник престола или его вторая половина, могут не явиться на коронацию только в одном случае — смерти!
— Отец, я буду в Сарои завтра на коронации, — тихо, но твёрдо сказал Алман.
— Ну-ну, — покачал тот головой, — только сознание не потеряй там.
Король вышел из покоев супругов, а через некоторое время в ней появились Веллон с Маном, чуть позже подошёл врач. Они стояли возле кровати, где лежал Алман, и решали, что им делать, чтобы Его Высочество быстро смог встать на ноги. Лиана их не слушала, меняя влажные салфетки на лбу мужа, который после обеда впал в беспамятство, неразборчиво что-то бормоча в бреду. Началось воспаление. Лиана старалась не плакать, но после того как Алману стало хуже, слёзы сами текли из глаз, которые она поспешно вытирала платком.