Дорогой, дай лапу! (СИ)

- Поход прошел ненамного лучше прошлого. Единственный плюс – в этот раз химеру мы не встретили. Останки поверженной в тот раз твари кто-то успел прибрать к рукам.
Вот как. Еще тогда вся эта вылазка за предел казалась какой-то несмешной и подозрительной шуткой. Вооруженные до зубов рыцари сами шли на поиски тварей, которые всегда поджидали их у границы. Теперь ясно, что это дело чьих-то умелых рук. Но каков же мотив?
- Ты заметила, какой у нашего посланца был ремень?
- Не было желания приглядываться в ту область, - отвечаю я, растерявшись из-за неожиданности вопроса. Не думала, что мой жених придает нарядам других мужчин такое значение.
- Под стать его пестрому одеянию. Кожа детеныша василиска. Поэтому такой бирюзовый цвет. У взрослых тварей шкура черного окраса, - его светлость пригубляет напиток.
До меня доходит.
- Браконьерство!
Князь кивает.
- Не может быть то, что в столице начинается бум на украшения и одежду из останков тварей и само отсутствие таковых за пределом простым совпадением. Кто-то ушлый решил подзаработать на монстрах.
Хмурюсь. Когда он успел только разузнать о новых веяниях моды, только ведь вернулся? Спрошу – ответит. Нет, лучше не стоит.
- Но…звучит вроде не так плохо. Чудовища истреблены, отчего бы не воспользоваться…
Хантер качает головой:
- Если бы…Думаешь, раньше ни у кого не возникало подобных идей? Почему сами северяне брезгуют этими доступными для них материалами? Ведь каждый год стабильно происходит «покос» поголовья тварей, а добро пропадает.
- Это вовсе не добро, - я шокировано округляю глаза.
Мужчина кивает.
- Да. У ядовитой змеи отрава – каждая ее частичка. Среди чудовищ нет тех, что приносили бы людям пользу. Местным это давно известно. Кто-то намерено решил подзаработать на чужом несчастье. Сейчас идет процесс снятия сливок с королевской знати. Но когда последствия такой моды начнут брать свое, продавец быстро исчезнет с радаров, прихватив вырученное золото с собой. А все недовольство столичных аристократов выльется на весь Север. Будут эти буржуи разбираться, кто виноват? Увольте, мы, варвары, необразованные и невежественные деревенщины, какими принято нас считать, станем виноваты в болезнях и смертях их членов семей и друзей.
Значит, и ремень из кожи василиска, и украшения из клыков или зубов химеры или иной твари, и прочая подобная ерунда могут вылиться в такие печальные для человека последствия при длительном с ней контакте?
Я прикусываю губу. Если такое произойдет, то…как и сказал князь, разбираться дворяне не станут. Северяне знали и посмели торговать опасными предметами? – чем не причина для народного гнева.
Мне вполне известно, что представляет собой предубеждение в отношении севера. Когда-то в прошлом я и сама стойко верила, что жители севера – враги, только и ждущие своего часа, чтобы напасать на королевство и свергнуть нашего доброго правителя.
Но когда разорился отец, никто из так называемых «благородных» не пришел нам на помощь. Они злорадствовали в открытую или за спиной. Везде есть добрые и плохие люди, это не зависит от места жительства и происхождения.
Оттого и северные земли ничуть не лучше или хуже остальных частей нашей страны. Но большинство ставит себя выше «варваров» как выразился Хантер. На Земле это называется дискриминация и неравенство.
- Королю уже давно нужен повод, - карие глаза князя притягивают взгляд так, что невозможно оторваться.
- Войны начинались и из-за меньшего, - резонно замечаю я.
Его светлость невесело ухмыляется:
- Ты забыла про договор. Хотя, о нем всегда все забывают или не знают вовсе. Договор присоединения Севера к королевству Авердин. Король не вмешивается в дела пяти северных владений, не претендует на богатства, рожденные нашей землей, сохраняет за нами автономный статус, не втягивает нас в войну и не идет к нам с оружием сам. Мы платим дань камнями маны и золотом. Сейчас это политкорректно называется налоги.
- Почему это не афишируется? – спрашиваю я.
- Репутация или же стыд, а может все сразу. Кто знает, боятся пошатнуть свой престиж? Хотя кому нужно, тот в курсе, - фыркает мужчина и допив напиток, ставит чашку на стол с гулким звуком.
 
Неудивительно, что мне в княжестве многое недоговаривали. Да я для остальных почти что шпионка! Сами северяне жителей королевства вряд ли жалуют, как и мы их.
- Но ведь завеса…То есть, должно быть, что только кровные потомки правителей могут пройти через…Значит, кто-то из местных…- размышляю вслух.
- Догадалась, значит. Иного я и не ожидал от своей умной невесты. Так и есть. Хочешь – не хочешь, Нильсина Глостер, но узнать секреты Севера тебе придется, - улыбка не трогает его теплых карих глаз.
По телу пробегается хоровод мурашек. Да. Это было неизбежно. Теперь либо узнать, либо попасть в беду из-за собственной недальновидности и попыток схватиться за соломинку по нелепой причине притворства незаинтересованной третьей стороной меж молотом и наковальней.
- С давних времен пять семей открывают завесу на земли тварей. Именно там находятся залежи камней маны невиданных масштабов. Их много и на нашей территории, но в долине, которую прозвали Долиной Смерти, там, за пределом… - Хантер качает головой. – В десятки, может, в сотни раз больше. Магические аномалии для подобного места не редкость. Поэтому периодически твари появляются в различных уголках мира, далеко отсюда. Открываются блуждающие порталы и словно паразиты они подчиняются инстинктам и пользуются случаем расширить место своего обитания. Походы нужны не только для того, чтобы срезать поголовье монстров, но и для того, чтобы предотвратить появление нового портала.
- Но как? – история Хантера оставляет мне массу вопросов.
- Семьи Агнар, Эрлинг, Дагмар, Хагаль и Торгест, - мужчина загибает по очереди пять пальцев, перечисляя фамилии северных лордов. – Древняя кровь в их жилах не от красного словца «древняя». Из ныне живущих никому не известны причины, но факт в том, что и завеса, и способность утихомирить тварей и почувствовать место, где открыт или откроется портал – брешь в пространстве этого мира – передается в этих семьях из поколения в поколение.
- В таком случае, за столько времени разве ваша драгоценная кровь бы не оказалась в жилах половины местных… и не только местных? – я вспоминаю первую королеву, она была из ветви Агнар. Тогда и в потомках правящей страной династии дремлют эти способности.
Мой жених отворачивается к окну с заснеженным темнеющим пейзажем:
- Даром обладают только чистокровные потомки. Все, кто выходит из семьи, подвергаются ритуалу отречения. Их дети и они сами уже не могут претендовать на наследование землей. Это одна из причин, по которой у нас не ведутся междоусобные войны и интриги внутри семьи за титул. Важно соблюдать равновесие. Падет один дом - падут остальные - падет Север и за ним и весь мир канет в небытие.
Мне лучше не думать о судьбе мира, давайте начнем с того, что ближе. Пусть секреты остаются секретами, насколько это представляется возможным.
- Тогда наш браконьер – это один из лордов? - возвращаюсь к теме разговора.
- Не обязательно. Это может быть наследник, или любой другой член семьи, не прошедший через ритуал и не вышедший из рода по тем или иным причинам.
- Или бастард, - осеняет меня. – Ребенок, о рождении которого могут быть не в курсе!
Хантер округляет глаза и быстро-быстро мотает головой. У меня нехорошее предчувствие.
- Ниль! Я не при чем. У меня детей нет. Я чист и невинен как новенький золотой. Честное слово!
Ага, так и поверила я. Детей, может и нет, но вот непорочный образ жизни кое-кто вряд ли ведет.
- Не веришь, - княже вздыхает. – Действительно, моя Ниль знает меня лучше всех.
У меня дергается глаз.
- Нет предела твоему бесстыдству!
- Именно оно и добавляет мне очарования, не находишь?
- Что за ерунда?! – не могу сдержать усмешки, это его выражение лица сейчас до боли напоминает мордашку Арни, натворившего что-то и пытающегося после подлизаться.