Ловчий смерти

– Неплохая добыча. – Миниец присел, вываливая содержимое на мягкий пол.
Панорама древнего города за окном исчезла, пульп снова пришел в движение.
– Большой Брат лег на прежний курс, – пояснил моряк. – Будем у Арджаса уже к ночи.
Подойдя к куче странных предметов, Вергун заинтересованно присел рядом. Находки, сделанные минийцами в затопленном городе, поражали. Ничего подобного Ловчий раньше не встречал. Металл, стекло и вовсе невиданный материал, созданный нечеловеческими руками.
– Для чего все это?
– Не знаю, – Человек большой воды пожал плечами.
– Зачем тогда вы их собираете?
– Потому что они часть истории нашего мира. Мы отвезем все свои находки в Икатур.
– И что это вам даст?
– Мы наконец найдем ответы.
Сын Карны восхищался этим храбрым народом. Они, по крайней мере, пытаются что-то сделать.
«А чем занимаемся мы на суше? – подумал Ловчий. – Режем друг друга, грабим, насилуем».
Все в руках Матери Карны. Как она захочет, так и будет. Наверняка все уже заранее решено, и ее дети первыми узнают уготованное их странному миру будущее. Вергун взял из общей кучи круглый, смутно знакомый предмет. Вертя его в руках, он пытался вспомнить, где мог его раньше видеть. В затопленном городе находка была повреждена, сохранилось лишь железное блестящее кольцо и осколок похожего на стекло вещества, намертво застывший в металлической рамке. Сын Карны сообразил, что держит в руках разбитый «пропуск». Ту самую безделушку, что покоилась сейчас на груди Танаис. Только тот «пропуск» был исправен, источая ровное сияние.
– Забавная штука, не правда ли? – указал на поврежденный «пропуск» миниец. – Мы десятками находим их, и все испорчены, будто кто-то намеренно это сделал.
Ловчий промолчал, с интересом изучая остальные находки. Все эти вещи столетиями лежали под водой, и время постепенно уничтожало их. Что лежало сейчас перед ними? Для чего использовались эти предметы? Может, тут было оружие Ушедших, а люди просто не знали, как им воспользоваться. Так жук, ползущий по лезвию меча, не ведает, для чего тот существует.
– Можешь взять себе что-нибудь на память, – разрешил миниец.
Вергун удивленно взглянул на старого моряка.
– Выбирай, я не шучу.
Сын Карны задумчиво перебрал древние предметы, остановив свой выбор на небольшом пятиугольнике с вогнутыми черными сторонами. Ловчий погладил отполированную поверхность. Что же он выбрал? Забавно прикасаться к тайне, в особенности когда заранее знаешь, что ее никогда не разгадать.
Когда он вернулся в каюту, Танаис уже спала, свернувшись в гамаке клубочком словно маленький зверек. Все-таки решила рискнуть, посчитав гамак наиболее безопасным местом. Лицо спящей девушки было спокойным, сейчас ничто не угрожало ее снам. Сын Карны не собирался отдыхать, хотя ему и было любопытно, какие кошмары могут здесь присниться. С миром снов нужно уметь обращаться, иначе существует риск никогда не вернуться оттуда. Сны похищают душу, хотя людям они необходимы. Замкнутый круг. Глядя в окно каюты, Вергун думал о том, что ожидает их в Арджасе. Задерживаться в городе не стоило. Сбить со следа охотников не получится, не стоит даже пытаться, ибо тех ведет другой Ловчий. Вергун не знал Варга лично, но пару раз слышал о нем. Жестокий человек, впрочем, как и все их черное семейство. Будет забавно столкнуться с ним лицом к лицу, а это рано или поздно произойдет. Эту встречу Сын Карны ожидал с большим нетерпением. Наверное, Варгу будет что сказать собрату, принявшему несколько иную сторону. Сторону проигравших.
– Ну, это мы еще посмотрим… – тихо проговорил Ловчий, глядя на снующих за прозрачной поверхностью окна серебряных рыб.
Наверняка у охотников имеется свой корабль. Ставки в игре высоки, они предвидят весь его дальнейший путь. Пожалуй, так даже интересней, словно бег с препятствиями, где вместо ям и оврагов перепрыгиваешь через окоченевшие трупы. Привычная картина. Вергун мог пожаловаться на многое, но только не на скуку. Его жизнь с момента клятвы Непостижимой никак нельзя было назвать скучной. Но и постоянная погоня за ускользающей тенью может рано или поздно надоесть. Что сейчас на поверхности? Определить время суток трудно. Утро? День? Ночь? Вода не менялась, сохраняя насыщенный темно-синий цвет. Глубина была постоянной. Может, они уже прошли большую часть пути? Спросить? Спрашивать не хотелось.
 
Проснулась Танаис и, потянувшись, недовольно произнесла:
– Нас вообще собираются здесь кормить?
Сын Карны пожал плечами.
Девушка нахмурилась:
– А у нас осталась своя еда?
– Все, что осталось, находится в седельных сумках вместе с лошадьми.
– Ну так сходите за ними.
– Нет смысла. Не беспокойся, тебя накормят.
– А вы что же, и на этот раз не будете есть?!!
– Я не нуждаюсь в пище.
Где-то через четверть часа в каюту заглянул молчаливый темнокожий моряк, в руках он держал деревянный поднос. Поставив его на ближайший плетеный лежак, моряк молча удалился.
– Обслуживание что надо. Уверен, там сплошные дары моря.
– А вот и нет, – возразила Танаис, исследуя содержимое глиняных горшочков. – Мясо, мед, тертые овощи, запеченные в тесте хизы…
– А что в кувшине?
Дочь бана выдернула пробку и осторожно принюхалась.
– Вода.
– Не может быть.
– А вы думали вино?
– Надеялся.
Как и предсказывал миниец, через сутки подводное путешествие подошло к концу. Вожак пиратов пригласил Сына Карны прогуляться на спину пульпа. Когда они выбрались на поверхность, снаружи царила ночь. Морское существо неподвижно лежало на воде, выступая из озера едва ли на четверть. В лицо дул холодный ветер. Ветер пах дымом. Вдалеке виднелся Арджас. Над городом различалось странное мутное свечение. Причал же был погружен во мрак.
– Вы сможете подплыть к берегу незаметно?
– Даже муха не проснется.
– Мух сейчас нет, ну разве что белые…
Миниец рассмеялся шутке Ловчего:
– Когда нужно, мы умеем становиться невидимыми. Мои люди несколько раз высаживались на берег. Им понравился Арджас.
– А вы сами разве не были в городе?
Человек Большой Воды задумался:
– Я не могу надолго покидать Большого Брата. Мы крепко связаны друг с другом. Я помню его еще небольшим детенышем, когда он был размером с рыбацкую лодку.
– Когда вы высадите нас?
– Под утро, так вы вызовете меньше подозрений.
– Разумно.
Миниец сдержал обещание. Рассвет еще только собирался окрасить небо в светлые тона, когда путешественники выбрались на скользкую тушу пульпа. Танаис ежилась, озябнув на холодном пронизывающем ветру. Вергун снял плащ, закутав в него девушку. Пульп бесшумно подплыл к самой пристани. Берег был пуст, клубился туман, наползающий с поверхности теплого озера. Часть черной туши зашевелилась, и из влажного блестящего тела появились лошади, выдавленные из живой вздрагивающей плоти. Сын Карны ожидал увидеть обглоданные кровавые скелеты, но лошади были невредимы. Человек Большой Воды присел рядом с лежащими животными, поочередно поднося к носу каждого какое-то снадобье. Из воды взметнулось толстое щупальце и, крепко обхватив обеих лошадей, перенесло их на берег, затем щупальце выпрямилось, вонзившись когтями в доски причала.
– Идите, – кивнул миниец. – Я рад, что помог вам.
Пират был немного смущен. Странный человек. Осколок древнего вымирающего народа.
Коротко кивнув, Вергун быстро повел спотыкающуюся Танаис к берегу.
– Береги девчонку! – крикнул ему напоследок миниец, но, когда Сын Карны обернулся, пульпа на поверхности воды уже не было.
Несмотря на ранний час в городе было довольно людно. Ловчий гадал, помнят ли его здесь. Вряд ли помнят. Люди в Арджасе как прилив, накатывающий на берег. Сегодня здесь, завтра там. Тысячи лиц, тысячи разных судеб. Большинство тех, кто был в городе в прошлый раз, уже давно уплыли в далекие земли. Сейчас здесь крутились оседлые торговцы и прочий мелкий люд, рассчитывающий переждать зиму у теплого озера под защитой крепких стен. Такой шанс у них был при условии, что в карманах весело звенело золото.