Ловчий смерти
Вергун нагнал девушку ближе к полудню. Дочь бана ждала на опушке леса. Рядом мирно пасся конь, пощипывая выглядывающую из-под снега траву. Вергун спешился, подведя белую лошадь к Танаис.
– Вот, она твоя. Это ускорит наш путь.
– Красивая.
– Теперь у нас появились шансы уйти.
Поглаживая лошадь, Танаис внимательно рассматривала Сына Карны, словно ожидая каких-то объяснений.
– Кто это был? Люди моего отца?
– Нет, обыкновенные наемники.
– Но кто же их нанял?
– Не знаю, – нехотя ответил Вергун.
– Вы что-то все время недоговариваете?
– Не думай об этом. Пока я рядом, тебе не о чем беспокоиться.
– А потом?
– Потом? До «потом» еще много дней пути.
– Позовите Мару.
– Зачем?
– С нею не так скучно.
– Не могу.
– Почему?
– Мне она может понадобиться в любой момент… та… другая…
Наутро следующего дня они достигли берегов озера Сва. По пути удалось заглянуть в крошечное селение, где проживали местные охотники. Путешественников приняли доброжелательно, разрешив передохнуть. Вергун щедро заплатил за оказанное гостеприимство. Гордость не позволяла дочери бана жаловаться на многочисленные неудобства, и Ловчий со своей стороны старался свести их к минимуму.
В окрестностях озера еще не настала зима. Здесь было теплее, чем в тех местах, откуда вырвались беглецы. Спасаясь от холода, они постоянно чувствовали его дыхание у себя за спиной, но им пока удавалось опережать подкрадывающуюся с севера стужу.
– Озеро когда-нибудь замерзает? – поинтересовалась Танаис, разглядывая унылый песчаный берег.
– Иногда у самых берегов, – ответил Вергун, внимательно всматриваясь в горизонт, – но только в особо лютые зимы…
– Значит, здесь всегда умеренный климат, ведь идущее от воды тепло сдерживает холод.
Сын Карны кивнул:
– Ты права, в Арджасе никогда не бывает холодно.
На унылый берег с тихим шорохом накатывали серые волны. На много верст ни одного корабля: ни у линии берега, ни вдалеке у самого горизонта. Пустота. Чему удивляться? Межсезонье. Но Непостижимая манила туда на противоположный берег, и не было никакой возможности противиться ее зову.
– Поедем вдоль воды, – коротко бросил Вергун, – может, и повезет.
17
Они двигались на восток, и береговая линия постепенно менялась. Исчез песок, на смену ему пришли камни, а затем и вовсе обрывающиеся в озеро, поросшие жухлой травой пласты вздыбившейся земли. И по-прежнему ни одного паруса на горизонте.
Земля содрогнулась.
– Держись крепко! – успел крикнуть Сын Карны.
Конь Ловчего встал на дыбы, но Вергун быстро с ним справился.
– Что это?!! – испуганно воскликнула девушка.
– Изменение! – ответил Сын Карны. – Держись подальше от берега…
Окружающий ландшафт менялся на глазах. Растущие невдалеке от дороги деревья пропали, скользнув под землю, а на их месте вырос небольшой, усеянный низкими кустами холм. Дорога тоже изменилась, став более узкой. В некоторых местах из-под земли с треском выбирались огромные серые валуны, словно подземные неповоротливые монстры. Берег принялся с шумом оседать, куски земли обваливались прямо в озеро, падающие комья вздымали в небо целый дождь брызг. Узор берега перекраивался. Прямо перед Ловчим из земли, словно копье, выскочила толстая сосна и, уйдя высоко в небо, осыпала всадника влажным песком. Теперь сосны появлялись повсюду.
Землю еще несколько раз тряхнуло, затем все затихло.
Танаис оторопело оглядывалась по сторонам, не узнавая дорогу, по которой они несколько минут назад проезжали.
– Неужели ты ни разу не видела изменений? – поинтересовался Вергун.
– Я все время жила в замке, – ответила девушка, – а Ирские горы… они всегда неизменны.
Успокоив напуганных лошадей, они поспешили дальше, стараясь не удаляться далеко от береговой линии. Серая гладь озера была хорошо видна между редкими стволами деревьев.
– Почему так происходит? – спросила Танаис.
– Ты имеешь в виду изменения?
Дочь бана кивнула.
Ловчий пожал плечами:
– Существует одна легенда. Будто бы у нас под ногами находится другой мир. Почти такой же, как наш, только перевернутый вверх дном. Земля подвижна, и мы постоянно обмениваемся ландшафтами. К нам попадает их, а наш опускается вниз.
– Домыслы невежественных людей.
– Ты действительно так считаешь?
– Мне трудно в это поверить.
– Лучшего объяснения, увы, дать не могу.
– Я уверена, что жители Рваного края знают многие ответы. Они мудрее нас, они умеют хранить древние знания.
– Об этом тебе рассказывал Славер?
Танаис промолчала.
Что-то темное промелькнуло между деревьями. Ловчий резко осадил коня, возвращаясь к заинтересовавшему его месту. На берегу раскинулась небольшая бухта.
– Что это? – тихо поинтересовалась дочь бана, указывая на покачивающуюся на воде черную тушу.
– Возможно, то, что мы ищем… Подожди меня здесь…
Оставив коня у дороги, Сын Карны осторожно подобрался к берегу, укрывшись за большим, поросшим красным мхом камнем. Внизу сновали люди. Вергун присмотрелся, узнавая необычного покроя одежду. Минийцы. Морские разбойники, заплывшие в озеро Сва из Вечного Моря. Они по-прежнему были здесь, решая какие-то им одним ведомые дела. Чужеземцы разгружали повозки, заполненные просмоленными бочками и крепко запечатанными глиняными кувшинами. Провиант? Неужели собираются вернуться в море? Честно говоря, самое время, ибо грабить в водах озера уже некого. Пульп, казавшийся, как обычно, безучастным ко всему, покачивался на поверхности воды. Обманчивое заблуждение. Сразу несколько огромных щупалец лежали на берегу, образуя удобный живой трап. Минийцы быстро сновали в обоих направлениях, складывая добычу в огромный темный зев, открывшийся в голове подводного существа. Из круглой дыры исходило странное призрачное свечение. Повозки быстро опустели, время уходило…
Вергун вышел из-за камня и, не скрываясь, принялся спускаться в бухту. Он тут же был замечен, но особого интереса Люди Большой Воды к его появлению не проявили. Когда Сын Карны достиг берега, к нему неспешно направился невысокий бородач с золотыми серьгами в ушах, в котором Ловчий без труда узнал вожака минийцев.
– А я запомнил тебя, Сын Непостижимой, – проговорил Человек Большой Воды, странно улыбаясь. – Ты был на том кринайском корабле, который мы недавно обчистили.
– Тебе известен язык Межземья? – удивился Вергун.
– Не так хорошо, как ваши земли, – усмехнулся в ответ миниец.
– И ты знаешь, кто я?
– Твой перстень, – пират указал на руку Ловчего, – он выдает тебя… Красноречивый знак, но не многие понимают, что он означает…
– У тебя зоркие глаза.
– На море без зорких глаз не выжить, – миниец испытывающее посмотрел на Сына Карны. – Я вижу, тебе что-то нужно, говори, раз пришел, мы скоро отплываем.
– Возвращаетесь в море?
– Скорее всего… Два прохода из трех уже закрылись. Один по-прежнему свободен. Глупо медлить. Большой Брат не любит пресную воду, он в ней болеет.
– Большой брат? – удивился Вергун.
– Наше плавательное средство, – пояснил пират.
– Мне нужно на противоположный берег в Арджас.
– Ты хочешь нанять нас?!! – миниец не сумел скрыть своего изумления.
– А разве это невозможно?
Пират задумчиво потрепал бороду:
– Если такое и случится, то случится в первый раз за всю историю существования моего народа.
– У вас есть строгий запрет не брать на борт пассажиров?
– Нет, – ответил миниец, – не существует никакого запрета.
– Так в чем же проблема?
– Ты не сможешь нам заплатить.
– В смысле?
– У тебя не будет столько золота.
– Ты уверен?
Пират пожал плечами.
Сын Карны снял с пояса кошель и протянул его минийцу. Человек большой воды развязал тесемки, высыпая на смуглую ладонь горсть сияющих камней.