Ловчий смерти

– Слово такого человека непоколебимо.
– Верно, – согласился Славер, – но у вас, как я понял, несколько иные обычаи. Разорвать помолвку ничего не стоит, ведь так?
– Такие вопросы решает отец невесты, – подтвердил Сын Карны.
– У нас с этим сложнее, – усмехнулся чужеземец. – Скажите, почему вы завели со мной этот разговор?
– Предположим, только предположим, что бывший жених, при условии, что он действительно существует, не согласится с решением отца, пообещавшего свою дочь другому.
– Не понимаю, к чему вы клоните?
– Существует старый обычай, – осторожно начал Вергун, – согласно которому обиженный претендент вполне может физически устранить соперника.
– В честном поединке?
– В том то и дело, что не обязательно в честном. Можно, к примеру, нанять профессиональных убийц. Так что вы зря хвалите наши обычаи, не все из них так уж хороши, как кажется на первый взгляд.
– Вы хотите меня о чем-то предупредить?
– Я видел следы, – ответил Сын Карны, вглядываясь в темнеющий вдалеке лес. – Группа всадников, они следили за разгрузкой корабля.
– Спасибо, я буду осторожен.
Фраза прозвучала неубедительно. Пренебрегать такими советами не следовало.
Темнота окончательно сгустилась, скрадывая окружающее и превратив дорогу в узкий, едва различимый туннель в пропитанной влагой пустоте. Всадники зажгли факелы, но те больше дымили, нежели действительно давали какой-нибудь свет. Вспышки молний выхватывали из тьмы черно-белые куски пространства.
– Что это?!! – воскликнул Славер, указывая в сторону, где в свете небесного огня возник странный призрачный город с низкими угрюмыми домами и высокими хрупкими башнями.
– Межсезонье, – пожал плечами Вергун.
– Но… что это за город. Он существует на самом деле?
– Не совсем…
– Я не понимаю.
– Это неотъемлемая часть нашего мира, как и постоянные изменения ландшафта. Говорят, что из таких мест и приходят гости.
– Они тоже, как и город, призраки?
– Нет, они реальны и чаще всего опасны. Представьте себе морской прилив. Вот нахлынула волна и тут же медленно откатилась. Вы видите часть открывшегося дна, но вторая волна скрывает его, выбрасывая на берег мелкие камешки, раковины моллюсков. Тут то же самое. Невидимая волна приносит к нам обитателей из странных мест и городов, куда невозможно проникнуть человеку.
– Вы рассказываете жутковатые вещи. Об этом Алдор никогда не упоминал в наших беседах.
– И не удивительно, – кивнул Вергун. – Ведь он старался путешествовать в наиболее спокойное время года.
Разряды молний продолжали рвать небо на куски, источая мутный свет. Вот на холме чуть впереди возник огромный черный замок. Острые шпили насквозь пропарывали беспокойное небо, холодным зеленым огнем горели узкие бойницы. Над странными изогнутыми башнями трепетали темные, постоянно меняющие форму крылья. Еще мгновение – и призрачное видение подернулось туманом, замок исчез, оставив после себя странный протяжный стон.
«Сегодня будет незабываемая ночь», – мысленно усмехнулся Вергун, вспоминая, что не спал уже несколько дней.
Остановку решили сделать в лесу, под защитой густых деревьев. Воины разбили палатки. Немного побродив по территории временного лагеря, Сын Карны отыскал пустую повозку, куда и забрался передохнуть. Вытянувшись во весь рост на свертках дорогой ткани, Вергун заложил руки за голову и стал рассматривать пропитанный какой-то резко пахнущей дрянью полотняный навес. Пропитка не пропускала воду, и поэтому внутри было довольно сухо. Глухие удары грома сотрясали ночное небо, заглушая шум усилившегося дождя. Ловчий и сам не заметил, как задремал, убаюканный далекими раскатами.
Почувствовав комок ледяного холода на груди, Вергун резко открыл глаза. Его разбудила ожившая Слеза мертвеца. Кто-то крепко держал его руки, прижимая их ко дну повозки. Сын Карны пошевелился, чувствуя на себе чужую тяжесть. Сверкнула молния, и он ясно различил сидящую на нем обнаженную женщину с длинными бесцветными волосами. Женщина была ему не знакома. При следующей вспышке он смог разглядеть ее подробней. Незнакомка была молода и красива. Бледные обескровленные губы, большие глаза… странные глаза… Женщина медленно раскачивалась взад и вперед, тяжелые груди мерно вздымались в такт плавным движениям. Горячие широкие бедра пытались пробудить в нем желание. Вергун почувствовал, что поддается… С глазами незнакомки было что-то не так. Зрачки. Ну конечно же, вертикальная щель, как у зверя.
 
«Неры», – сообразил Ловчий и тут же мысленно выругался. Как же он не догадался раньше, ведь неры приходят только тогда, когда идет дождь.
Женщина продолжала двигаться, ее набухшие соски налились странной чернотой, на бледных губах играла безумная улыбка. Сын Карны напрягся, пытаясь освободить руки. Перемена произошла мгновенно. Хватка усилилась, красивое лицо исказила отвратительная гримаса. В свете молнии блеснули клыки. Тварь целила в шею. Ловчий ударил ее в лицо. Женщина выпала из повозки, успев задеть его когтями. Вергун выскочил следом. Белоснежная кожа неры потемнела. Сын Карны не стал дожидаться окончания метаморфозы, погружая меч в корчащееся тело гостьи.
Выдернув лезвие, Ловчий осмотрелся.
Из ближайших палаток доносились сладострастные стоны. С каждым мгновением «приходящие в дождь» забирали у своих жертв жизни. Сын Карны ринулся к палатке Славера. Славер бодрствовал. Весь залитый темной кровью, он вытирал свой меч. Гостья лежала на спине в углу палатки. Ее полные губы были приоткрыты, демонстрируя длинные клыки и тонкий раздвоенный язык. Чуть ниже правой груди алела рваная рана.
– Что это? – хрипло спросил Славер, указывая на тело.
– Неры, – ответил Вергун. – Приходят по ночам во время Межсезонья, когда идет дождь.
– Сколько их?
– Думаю, целая стая, десятка три, ну и жрица, понятное дело, которая их направляет.
В лагере послышались крики. Вспыхнули факелы, раздались женские визги.
– Идем, – Ловчий первым выскочил из палатки.
Неры уже не скрывались, открыто бросаясь на людей. Сын Карны увидел одну из служанок Славера, лежащую в луже крови с огромной дырой в разорванном горле. Первыми спохватились наемники, прекрасно знающие, с ЧЕМ имеют дело. Кое-кто из воинов Рваного Края догадался взяться за арбалеты. Из темноты прибывали все новые и новые гостьи. Ночное нападение вполне могло закончиться катастрофой. Следовало отыскать жрицу. В том, что она где-то поблизости, Вергун не сомневался. Наверняка держится в отдалении, ибо слишком дорожит своей жизнью. Ее гибель – шанс для живых.
Ловчий нашел ее на окраине леса. Молодая полуобнаженная девушка стояла у дерева, закрыв глаза и вытянув тонкие просвечивающиеся насквозь руки в сторону погибающего лагеря. Хрупкие полупрозрачные пальцы слегка шевелились, словно руки кукловода, забавляющегося с марионетками. Глаза под веками двигались. Вергун бесшумно возник рядом и наотмашь ударил ее по лицу. От удара невесомая фигурка врезалась в дерево, рухнув без движений на землю. Сын Карны вытащил меч и вдруг остановился. Если он убьет ее сейчас, неры потеряют рассудок. Новые не придут на зов жрицы, но и с оставшимися вряд ли удастся справиться. Следовало увести гостей из лагеря, контакт уже нарушен, теперь осталось только отозвать. Ловчий крепко связал призрачные запястья жрицы заговоренным ремешком и плеснул ей в лицо воды из лужи. Девушка застонала, затем открыла черные провалы глазниц… поток ледяной синевы хлынул оттуда прямо в душу Сына Карны, но тот легко выдержал этот взгляд. Нера быстро осознала тщетность любых попыток подчинить себе пленившего ее незнакомца и лишь тихо простонала, пряча лицо в густых белых волосах.
– Что тебе нужно? – шепот был едва различим.
– Отзови! – коротко приказал Вергун.
– Не могу.
– Отзови, – он коснулся лезвием меча ее хрупкой шеи. – Отзови, иначе умрешь.