Кейт (ЛП)

Но в этот раз я просто лежала и слушала, впитывая каждую ноту, каждое нажатие клавиши, каждую грубую эмоцию, которую Стил вложил в свою музыку так, как я никогда раньше не слышала.
Однако через мгновение спокойствие музыки Стила прервали сердитые мужские голоса, и песня резко оборвалась, так как телефонная линия затрещала, словно он только что уронил свой телефон.
Я в панике села. Я напрягла уши, чтобы расслышать, что кричат, но не могла разобрать слов. Все, что я могла слышать, это повышенные голоса по крайней мере двух мужчин, а затем женский крик.
Блядь. Блядь. Макс был в беде.
— Макс! — крикнула я, несмотря на то, что это было бесполезно, когда он явно больше не держал в руках свой телефон. — Стил! Эй, что происходит? Макс!
Секунду спустя линия снова затрещала, и до моих ушей донесся тяжелый вздох, за которым последовало пробормотанное Стилом ругательство.
— Прости, Чертовка, — пробормотал он со стоном. — Видимо, моему отцу нужен был урок хороших манер.
Холодная тревога, смешанная с облегчением, овладела мной. Это было не покушение, только его отец. Чтоб меня.
— Что случилось? — спросила я придушенным шепотом, мой пульс все еще бился.
Стил издал шипящий звук, как будто поранился.
— Я вырубил его задницу, — пробормотал он. — Если это не послужит сигналом, что я покончил с этой семьей, то я не знаю, что послужит.
Вот дерьмо. Голос Стила практически сочился ядом и отчаянием, как будто он с трудом мог поверить, что его наконец-то завели так далеко. Ему было чертовски больно, и я должна была быть рядом с ним.
— Возвращайся домой, Макс, — прошептала я, мой голос захлебывался, а слезы, вызванные его болью, текли по моим щекам. — Вернись домой к нам, пожалуйста.
— Да, — сказал он на очередном тяжелом вздохе, как будто вся тяжесть проклятого мира легла на его плечи. — Да, я уезжаю сейчас. Я буду дома к утру, Чертовка.
Облегчение, которое принесли мне его слова, было ошеломляющим. Если бы я не сидела, я бы упала.
— Я люблю тебя, Макс, — сказала я ему, мой голос был твердым, а слова искренними. — Я чертовски люблю тебя. Возвращайся домой в безопасности.
— Вернусь, Чертовка, — пробормотал он, его дыхание было затруднено, и я догадалась, что он поднимается обратно в свой номер. — Я люблю тебя еще больше.
С этим заявлением звонок оборвался. Скорее всего, он только что вошел в лифт, но это не имело значения. Он возвращался домой, и он любил меня. Это было все, что имело значение.
***
После телефонного разговора со Стилом я не могла уснуть. После слишком долгого ворочания в своей большой пустой кровати я сдалась и снова вылезла из нее. Я больше не могла спать одна, и я обманывала себя, думая иначе.
Обхватив себя руками, я прошла по коридору и проверила комнаты Коди и Арчера, обнаружив, что они пусты. Любопытно — ведь было уже далеко за полночь — я отправилась на их поиски.
Первым местом, которое я проверила, был спортзал. Конечно же, Арчер был там, и там играла его музыка, пока он осыпал ударами свой тренировочный манекен BOB. Через неделю после нашей — свадьбы — у него предстоял еще один большой бой, если, конечно, мы все доживем до него. Не было ничего удивительного в том, что он втиснулся в тренировку поздно вечером.
— Кейт, — гаркнул он, заметив меня. — Ты в порядке? Что случилось? — он поднял переднюю часть футболки, чтобы вытереть пот с лица, и я изо всех сил старалась не захлебнуться слюной.
— Я в порядке, — ответила я с улыбкой. — Просто не могла уснуть. Но я не буду тебе мешать. Продолжай.
Он на мгновение обеспокоенно нахмурился, затем кивнул.
— Коди в офисе, если ты его ищешь.
Я ободряюще улыбнулась ему.
— Круто, я найду его, — я кивнула его тренировочному манекену. — Продолжай работать, ты должен выиграть этот бой, если хочешь снова посадить меня на цепь.
Челюсть Арчера упала.
— Что? Принцесса, это же через три недели! Ты же не серьезно.
Я рассмеялась и вышла из зала, не ответив ему. Я определенно не была серьезной, но ему не нужно было этого знать. Было слишком весело шутить с ним.
 
Когда я в последний раз переступала порог «офиса», я думала, что он принадлежит моему отцу. Я думала, что он владеет этим домом, а мальчики просто нахлебники его богатства. Теперь я поняла, что все было наоборот, и парни практически стерли те минимальные следы Сэмюэля Дэнверса, которые остались здесь.
И на том спасибо.
Свет был включен, и я обнаружила, что Коди сидит в кожаном офисном кресле без футболки и разговаривает по гарнитуре.
Подожди-ка.
Коди говорил в гарнитуру по-японски, а его ноутбук стоял перед ним на столе.
Я остановилась в дверях и потрясенно смотрела на него, пока он бегло говорил по-японски с тем, кто был на другой линии. Когда он заметил меня, его губы растянулись в улыбке, но он не отступил от своих слов.
Вместо этого он ткнул в мою сторону пальцем, приглашая подойти ближе, пока слушал, что ему ответят по гарнитуре.
Заинтригованная, я прошла по шикарному персидскому ковру к углу его стола. Он похлопал по столешнице тяжелого дубового стола рядом со своим ноутбуком, словно хотел, чтобы я села прямо туда.
Волнение пронзило меня, и я сделала то, что он указал. Я втянула воздух и напряглась, когда холодное дерево коснулось моих голых бедер.
Коди усмехнулся, затем что-то нажал на своем ноутбуке, после чего быстро затараторил еще несколько иностранных слов тому, с кем он разговаривал. Быстрый взгляд на его экран показал мне трех человек в конференц-связи с ним, один из которых был одет в строгий костюм, а двое других — в спортивную одежду. Окошко Коди на экране было пустое, и я поняла, что он только что отключил свою видеосвязь.
Мои глаза расширились, и он сел вперед в своем кресле, его руки потянулись к моим бедрам. Я напряглась, готовая оттолкнуть его, но он только покачал головой и приложил палец к губам, приказывая мне замолчать.
Ух. Черт. Его камера была выключена, но микрофон — нет. О чем я только думала, так легко откликнувшись на это прикосновение его пальца? Конечно, он замышлял что-то нехорошее. Он всегда был в духе.
Чертов Коди.
И все же я не могла сказать гребаному Коди «нет». Никогда. Поэтому, когда он подцепил пальцами края моих трусиков, я послушно приподняла задницу, чтобы он снял их с моих ног.
Он продолжил разговор с японцами на экране. Он болтал так, словно это был его родной язык, и при этом раздвинул мои колени и долго смотрел на мою изнывающую от желания киску.
Его глаза вспыхнули, и он прикусил губу. Его взгляд встретился с моим, когда его пальцы раздвинули меня и нашли мой клитор. У меня вырвался стон, и он быстро поднес палец к губам, чтобы напомнить мне, что я должна молчать.
Я зажала рот, проглотив хныканье, а затем внутренне закричала, когда он облизал свой палец. Он вернул его к моей пульсирующей сердцевине, толкаясь в меня с тихим выдохом, пока он смеялся над чем-то в своем телефонном разговоре.
Я наморщила лоб, и мое тело задрожало, когда он ввел в меня второй палец. Он играл, пока болтал, но его пристальный взгляд, устремленный на меня, недвусмысленно говорил мне, что я не должна шуметь. Это само по себе доводило меня до исступления не меньше, чем то, как он вводил в меня пальцы.
Когда его большой палец нашел мой клитор, мои ноги начали дрожать. Он ухмыльнулся, самодовольный, и встал со стула, чтобы зажать мне рот рукой. Затем он действительно принялся за работу. Он трахал меня жестко и быстро своими пальцами, пока я беззвучно извивалась и содрогалась на его рабочем столе.
Когда я кончила, я почти потеряла сознание. Единственное, что заставляло меня молчать, это крепкая хватка руки Коди на моем рту.
Мгновение спустя он отпустил меня и сел обратно в кресло. Он держал мой взгляд и сосал свои пальцы так, что я чуть не кончила снова и снова. Чертов Коди. Это было совсем несправедливо.