Острова жизни (СИ)
— Могла бы заняться чем-нибудь другим. Не таким… мерзким и подлым делом.
Она обиженно, словно ребенок, надула губы.
— Когда твой Следящий умер, требовалось найти замену для девятнадцати человек. Свободных Следящих в тот момент было только четверо, но все они оказались новичками, без опыта работы. Я считалась самой способной. Когда всем четверым предложили установить с тобой контакт через арангисов, — она указала на паучков, — получилось только у меня одной. С отчужденными можно только через арангисов, — пояснила она, хмурясь. — Глаз, обычный наблюдающий хэльд, настроенный на клеймо ведомого, в вашем случае не работает.
— Ну и как? — спросил он серьезно. — Нравится подглядывать?
— Очень. Особенно — за тобой. С тобой не соскучишься!
— И что дальше? — спросил Тэйн сердито. — Ну, смотришь ты за мной. Повлиять не можешь. Зачем тогда это нужно?
— С тобой — особый случай. Ты был первый, кто нашел клинок отчуждения после долгого перерыва. Мы даже успели забыть об их существовании. Кроме того, тебе поручили искать камни-защитники, а мне — подробно докладывать, где ты и что делаешь.
— И много ты… доложила? — спросил Тэйн, холодея от мысли, что все его якобы свободные и самостоятельные поступки на самом деле продиктованы этой вот синеглазой девочкой.
— А ты думаешь, я могу промолчать? — внезапно разозлилась она. — Меня отстранят, а тебе найдут кого посерьезнее. Конечно, я рассказывала им, где ты находишься и что делаешь. И про Ард Эллар тоже, — опередила она его.
— Что именно?
— Что ты добросовестно выполняешь их поручение, — фыркнула она. — Не бойся, про книги они ничего не знают. Меня саму никогда бы не допустили к Арта Сач Сал и ко второму прочтению Арта Аш Ар. А так я прочла их вместе с тобой, — закончила она с гордостью. — Я рассказала им, что ты наткнулся на Очаг Солнца, украл у Ригойна камень и сбежал, а они тебя догнали и пытались убить. В общем, почти правду, но не всю. Все равно проверить ее они не могут. Еще я рассказала, что тебя приютили и вылечили лайды, но про Кельхандара я умолчала. Меня потрясла история Кианейт. Я ведь с ней знакома.
— И это все?
— Я добавляю красочные подробности.
— Какие?
— Про Линару.
— Тебе не стыдно?
— Не-а! Надо же что-то им рассказывать, — снова рассердилась она. — Или мне пойти выложить, что ты дозрел до того, что запросто прибьешь Кимра шайолой?
— Почему ты это делаешь? Вернее, почему не делаешь?
— Я могу иметь свое мнение? — почти закричала она, и Тэйн чуть не оглох — поток ее эмоций обрушился на него подобно водопаду: обида, гнев, и нечто, похожее на упрямство. Он заподозрил, что именно так она воспринимает его собственные эмоции, и мысленно посочувствовал ей.
— Так почему?
— Мне нравится твой мир, — ответила она, успокаиваясь. — Теллар совсем не такой, как наш Остров. Там все… сверх меры, что ли? Такие яркие цвета, аж глаза режет. Такие красивые люди, живые, с чувствами. Любят и ненавидят, не то, что наши! Думаешь, Кианейт просто так захотела сбежать на Теллар? У нас на первом месте стоит родовая честь и долг. Знаешь, что меня ждет в ближайшие пару лет? Меня выдадут замуж. За того, кого назначит глава клана. Выбор падет на того, от кого родится наиболее способное потомство. Потом я буду обязана родить детей, не менее трех. Если у них не будет дара, их отберут и отдадут на воспитание в дальний ракан. Потом мне добавят ведомых, и я совсем перестану жить нормальной, реальной жизнью. На нее не останется времени. Дети вырастут без меня — их воспитают няньки и учителя. Муж-Следящий будет подглядывать картинки своих ведомых и забывать обо мне. Муж не-Следящий будет завидовать и злиться. Знаешь, чем кончает половина Следящих? Они сходят с ума. Еще четверть спивается. Еще часть умирают вместе с ведомыми, если в момент смерти Следящий находится с ними в тесной ментальной связи. И все — или почти все — мечтают попасть на Теллар, хотя бы для того, чтобы просто увидеть ваш мир. Большая часть обычных людей Агваллара мечтают увидеть Наземный мир хотя бы однажды! Увидеть Теллар и умереть… И уж точно ни один из них не желает вам зла, гибели или еще какой напасти. Знаешь, какая у нас самая любимая детская книжка? Приключения трех молодых людей, случайно заброшенных в Наземный мир, где они путешествуют по разным странам, влюбляются, совершают подвиги, находят новый дом и остаются там навсегда!
Потрясенный Тэйн молчал. Не верить ей он не мог — тоненькие ниточки-паутинки тесно связывали их разумы. Он бы почувствовал ложь. Увидеть Теллар и умереть… Почему-то мы напрочь забыли, что Агваллар состоит не только из вздорных жрецов-интриганов, — подумал он, не обращаясь к ней, но она услышала эту мысль. — Почему-то мы всегда считали, что Остров — это воплощенное зло. А ведь Агваллар — это просто люди… Все, что они о нас знают — рядом, под тем же солнцем, есть другой мир, очень похожий на их собственный и одновременно совсем другой…
— У нас нет солнца, Тэйн, — напомнила она. — А мне бы очень хотелось ощутить на своей коже его тепло. У нас не растут цветы. Есть жалкое подобие растительности в первом слое Острова, тарсе, но оно именно что жалкое. У нас нет арали, только крепкие настойки вроде инты. У нас нет такого неба, как у вас, и ветер не дует и не пахнет. И гор нет. Да что я тебе рассказываю, сам все увидишь. Ты ведь все равно собрался к нам за пятым камнем-защитником.
— Я собрался? — удивился он.
— А разве нет?
— Я еще до дома-то не дошел, — хмыкнул он. — И вообще — запутался я со всеми этими вашими жреческими кознями.
— Для тебя так важно знать, хотел ли Кимр остановить катаклизм для всех наших миров, или только для Агваллара? — в ее голосе послышалась насмешка. — Или ты тоже будешь выбирать, когда соберешь все камни защитники — кого спасать, а кто спасения не заслужил?
— Я пока не знаю, — честно признался он. — Не готов ответить.
— Хорошо. Я попробую разговорить Риварда, главу клана Следящих. Он, в отличие от многих наших, не параноик, — сказала она, и Тэйн ощутил идущую от нее волну сочувствия.
— А можешь ты разговорить его на тему шиаллаха? — поинтересовался он. — Как уничтожить шайолу?
— Попробую. Кстати, мне придется сказать, что ты плывешь в Риаллар подземным путем. Я скажу, что ты идешь за четвертым камнем, который сейчас находится в Эргалоне. Пообещай мне, что никому из обычных илларов ты не расскажешь ни обо мне, ни о своих приключениях в Ард Элларе и Лахлайде. Обычным людям — можно, только пусть тоже при илларах не болтают.
— Обещаю, — сказал Тэйн.
— И еще — клинок отчуждения в Эргалоне взял кто-то еще.
— Откуда ты знаешь?
— Его Следящий умер, — пояснила она печально. — Это был мой дядя. Мой единомышленник и единственный друг. Он очень уважал своих ведомых, а этого — в особенности. И не торопился докладывать наверх о его поступках.
— Прости, — теперь Тэйн поделился с ней сочувствием, — но мы не знаем ничего о клинках отчуждения. И о Следящих тоже.
Она кивнула, а Ройг остро ощутил ее горе.
— Все, давай спать. Тебе надо отдохнуть, а мне — подумать, — приказала она, и Ройг почувствовал, как одна за другой рвутся нити паутинки.
— Подожди, — закричал он во всю ментальную мощь. Ее нежное лицо исказилось от боли. — Скажи хоть, как тебя зовут!
— Данира. Данира Зар Айне Син Чир, если уж полностью. Зар — значит благородный, Айне — имя рода, Син — ветви, Чир — семьи. Положено еще добавлять — из Клана Следящих Зар Алы. Ну что, запомнил?
— Кошмар, — рассмеялся Тэйн. — У нас даже у королей имена короче.
Глава 6
(Сезон Пробуждения. Риаллар, Эргалон)
Ее разбудило не солнце, расплавленным золотом врывавшееся в ее крохотную каморку каждое утро, а жуткий гул и грохот ударов камня о камень. Опрометью Лейт кинулась к окошку и увидела летящие на крепостные стены громадные камни. В свете первых неярких лучей дневного солнца зрелище казалось фантастическим и жутким: камни падали на стены и разбивались о невидимые преграды заклятий. Темные знаки магического языка, разросшиеся в размерах, объемные и зловещие, вспыхивали ярким светом, испепеляя их, а в некоторых местах отбрасывая обратно, словно детские мячики.