Четыре грани финала (СИ)
Во многом благодаря мне.
Это казалось невозможным. Ладно я там в прошлых гранях воображала себя важной персоной — глупые мысли глупой девушки. Но реально оказаться ею, и спасать мир не выбиванием дури из злодеев, а налаживанием производства вакцины… хотя и выбивать дурь придётся. Сражаться один на один с Алистером Кроули, откуда у меня такие силы?
И что произошло в этой яркой вспышке? Если Милодар предполагает, что Алистер Кроули до сих пор жив, то может ли… может ли быть так, что и я до сих пор жива? И что я встречу себя из будущего?
Вот о чём совершенно не подумала — о том, что могу в будущем встретить саму себя. Слишком в реальности свыклась с мыслью, что нет у меня никакого будущего.
Программа для рисования оказалась просто мечтой художника, автоматически меняя толщину линий, набрасывая тени и предотвращая пропуски для нормальной заливки. Так у меня что-то полновеснее скетча выйдет, хотя держать планшет левой рукой по-прежнему неудобно, приходится опускать его на небольшой балконный столик и пережидать. Сделать бы заодно операцию в данном будущем, наверянка излечить подобное для них сущий пустяк…
Вполне возможно, что я получу тут вакцину и лекарство. Но тогда что мне делать после возвращения в настоящее? Я совсем не прочь заняться всем этим, ради спасения мира не то что против Алистера Кроули — против кого угодно выступлю. Понадеяться на Дэдпула, способного всё организовать? Раскопать тут какие-то исторические сведения о том, как всё происходило? Просто заучить всё про организацию подпольного медцентра?
У планшета по-прежнему нет Интернета. И на кой он тогда нужен.
— Ты не спишь? — Кора зашла в гостиную и умудрилась споткнуться об гантели. Сейчас на ней была свободная ночная сорочка, и я отвернулась. Мы ведь если и не одногодки, то очень близки по возрасту, однако как выглядит она и как я…
— Надеюсь, ты не боишься, что таким знанием испортишь наше время, — Кора всё же встала рядом и взглянула на город. — Гости из прошлого вечно боятся временных парадоксов.
— А бояться не надо? — спросила я, не поворачиваясь.
— Слышала ведь про книги об Алисе? — хмыкнула Кора. — После всех этих болезней многое было утрачено, однако их всё-таки сумели обнаружить в электронном виде и начать расшифровывать. И который год: только Алиса вернётся из очередного путешествия — а про это уже книга расшифрована. Временной парадокс во всей своей красе, пусть даже сюжеты многое игнорируют, противоречат сами себе, хронологию путают… меня, например, там нет, хотя мы давно с Алисой дружны. Обидно даже.
Если бы она спросила меня, то я сказала бы, что Кора ещё появится. Но она не спросила, и я сама не стала уточнять, вместо этого сказав:
— Если я не смогу получить эту вакцину, или в своём настоящем испугаюсь выступать против Академия-сити, то время всё равно изменится.
— Время лечит само себя, — отозвалась Кора. — Даже если врач из него не лучший. Уверена, что всё у нас получится и у тебя тоже. Знаешь, как с этим питекантропом вышло? Ребята его чуть ли не буквально из зубов саблезубого тигра вытащили. Только поэтому и смогли оставить у себя, без их вмешательства умер бы и потерял значение для истории. Но тигр остался голодным и вынужден был сожрать кого-то ещё, его племя переместилось куда подальше, у падальщиков маршрут другой. Казалось бы, по заветам Брэдбери время изменилось и всё должно было стать хуже. А в итоге ничего не поменялось. И почему?
Я взглянула на луну, сиявшую над городом. Слабый свет окончательно превращал Москву в донельзя странную выставку причудливой фантазии.
— Потому что именно это изначально и произошло. Изначально питекантропа спасли, а тигр сожрал кого-то ещё. Время нисколько не поменялось.
— В точку. Произошло уже произошедшее. И с книгами про Алису точно так же вышло, и у нас так же будет. Что бы ни случилось и как ни вывернулось.
— Получается фатум, в моём случае, — я рискнула слегка повернуться к Коре. Надо бы прекращать комплексовать, придираться к людям будущего и вообще людям из-за их внешности просто недостойно. — Я больше не контролирую свою судьбу. Вплоть до самой смерти, если умерла там.
— Контролировать судьбу вообще невозможно, — Кору это ничуть не беспокоило. — Моя судьба связана с ИнтерГполом, и я никуда не уйду. Алиса обречена ввязываться в приключения, хотя сама их не ищет. А ты спасёшь мир, постаравшись как можно больше смягчить последствия небывалой катастрофы и остановив её творца. Вполне неплохой вариант. И я ведь знаю, что ты не откажешься, — она тоже повернулась ко мне и улыбнулась. — Алиса уже сказала мне, что ты хороший человек. А она разбирается в таких вещах.
Разбирается? Да, но не в моём случае. Если бы я не знала, что мне предстоит такое будущее, то даже не подумала бы его устраивать. И в хорошие люди точно не записалась бы.
Хорошие люди не убивают.
— Лучше пойдём спать, — Кора сошла с балкона, внимательно смотря под ноги. — За ночь всё обдумаешь, а завтра познакомлю тебя с миром. Всё равно делать нечего, пока Алиса с её ребятами не соберётся. ИнтерГпол ещё собирает сведения про эти всполохи, хочет как можно точнее локализовать.
— Хорошо, но Кора, ещё вот хотела спросить… — я прошла следом. — Как вы меня обнаружили? Я же скрывалась.
— Да ещё там, у лаборатории приметила, что трава у дуба примята. Решила не спугнуть, тем более что собаки не лаяли, и позже исследовать место, а потом вижу, что и пузырь над нами проседает будто под человеком. Ну а дальше уже опыт. Ты не огорчайся, — Кора дошла до выхода из комнаты и улыбнулась мне. — ИнтерГполу не впервой иметь дело с невидимыми бандитами.
Да уж. Я против опытного агента изначально не имела шансов. Зато в прошлом… будущем… короче, зачем-то полезла сражаться с Алистером. И чем, интересно, сражалась, если для меня грань насилия закрыта? Бегала кругами и истошно вопила, а в историю это вошло как «сражение», чтобы героический образ не смазывать?
***Алиса с ребятами собрались за три дня.
Всё это время я жила у Коры и изучала мир будущего, которому и без Третьей Мировой сильно досталось. Москва, в частности, не была уничтожена или захвачена — она просто вымерла после двух пандемий, а уцелевшие жители покинули её. И со многими другими городами так произошло, не только в России. Какие-то страны пострадали больше, какие-то меньше, некоторое время тем, что осталось от мира, правила Швейцария.
Но затем прилетели инопланетяне. Восстановительные процессы шли и без них, Академия-сити после Алистера и множества умерших эсперов сумела не развалиться и максимально компенсировала всё сотворённое её прежним лидером. Однако именно инопланетяне помогли не только обустроить нормальную жизнь, но и восстановить прежние города, страны, общество в целом.
Причём прилично так восстановить. Изменения политической карты оказались минимальными — несколько государств в Африке слились в один союз, Крым официально признавали российским, Тайвань стал независимым государством. Похоже, в основном потому, что в сороковом году началась было третья пандемия, «куриной шейки». Она была почти моментально остановлена, но свою жатву собрала — и тогда все страны под умудрившейся сохраниться эгидой ООН приняли соглашение о десятилетней заморозке всех военных проектов, в которых и так уже почти не было нужды, и переносе выделенного на них бюджета на медицинскую сферу с целью предотвращения последующих пандемий.
В пятидесятом году заморозка стала постоянной. А попутно ещё и приняли законы о заморозке границ государств, об отказе от всех прошлых территориальных претензий, о разрешении статуса спорных территорий, о превращении морей и океанов в нейтральную зону, об обязательной для всех глав государств отчётности перед специальной комиссией, в которую входили глава ИнтерГпола, выборной председатель ООН, представитель Академия-сити, глава Комитета по восстановлению прошлого, главный директор сети Институтов Времени…