Четыре грани финала (СИ)
***Перед сном всё же немного успокоилась, посидела в других ветвях форума, похихикала в юмористической теме, немного поболтала во флудилке. Очень осторожно, не касаясь личных вопросов. Круг общения Сатен оказался куда большим, чем я думала, и задача сокрытия моей личности становилась всё сложнее, но пока всё получалось.
Если удержится до шестого числа, то можно считать, что работа сделана.
Перед самым сном позанималась гимнастикой — надо держать себя в форме, особенно если готовлюсь бегать от магов. Кроме того, это оказалось неожиданно приятно, нагибаться и перебирать ногами в таком молодом теле. Спать легла пораньше, дабы отоспаться за последние две ночи. Одеяло с подушками просто чудесны, мне бы такое… раньше…
***День, когда Харухи Судзумия открыла компьютерные игры, точно можно считать чёрным днём человечества. Хотя бы в лице меня.
Вчера она притащила невесть откуда откопанный диск и радостно заявила, что мы все можем сыграть. Правда, лишь вчетвером; я обрадовался было законной возможности улизнуть, но Харухи исключила из нашей пятёрки Нагато, заявив, что навыки той слишком великолепны и будут смущать товарищей по бригаде, разрушая гармонию сплочённого коллектива.
По мне, нет коллектива сплочённее чем прячущегося за спиной Нагато, но я в этот раз поддержал Харухи. Пусть отдохнёт от очередной выходки нашего бригадира, давно заслужила.
Но сама Нагато решила иначе и уже после школы позвонила мне, попросив принести ей диск с игрой домой. К которому я сейчас и подхожу.
Богатый многоэтажный комплекс, квартиры стоят больше моей жизни, все приучены не задавать вопросов — идеальное убежище для инопланетянки, как ни крути. Нагато без проблем может играть роль живущей одной семнадцатилетней девушки.
Я нажал на кнопку вызова, и когда экран загорелся зелёным, то сразу сказал:
— Нагато, это я, Кён. Принёс игру.
Секундное молчание — и абсолютно безэмоциональный отклик:
— Заходи.
Входная дверь щёлкнула, пропуская меня внутрь.
Дверь квартиры открыла сама Нагато. Она, как и всегда, не переоделась из бело-голубой школьной формы, даже чёрную курточку оставила. И сразу уставилась ничего не выражающим янтарным взглядом, всегда выбивающем меня в колею смущения.
— Держи, — я повесил куртку, снял обувь и протянул ей диск. Нагато взяла его, кивнула и сказала:
— Проходи.
Обстановка внутри всегда была максимально наипростейшей: лишь то, что нужно для жизни или поддержания иллюзии жизни. Так что я шагнул в жилую комнату, не ожидая никаких чудес — и застыл.
Сегодня удивительно многолюдно.
Сразу две девушки сидели на подушках и смотрели в свои ноутбуки, однако при моём появлении мигом оторвались от экранов, улыбнулись, встали и поклонились.
Первый раз их вижу.
Одна одета в такое же подобие школьной формы, но не нашей: бежевая блузка, из-под которой выглядывает краешек синей кофты, и короткая синяя юбка. Волосы каштановые, на самой макушке украшены двумя волосяными антеннами, качнувшимися при поклоне. Но куда больше внимания привлекла другая.
Начиная с того, что передо мной стояла не японка. Невысокая, русоволосая, одетая в красный комбинезон девушка бесстрашно смотрела на меня, и от её голубых глаз тоже сделалось как-то не по себе. Кто это такие? Что они делают у Нагато?
Та тем временем прошла к девушкам, повернулась ко мне лицом и протянула руку к первой:
— Оказаки Ушио, — та ещё раз поклонилась, а Нагато показала на другую и выговорила абсолютно чётко:
— Алиса Селезнёва.
Селезнёва… у меня столь же чистого произношения и в помине не было.
— Я русская, — а вот японский девушки оказался едва ли не лучше моего. — И я из будущего.
Вот так вот сразу, да? Без попыток скрыть?
— Здесь нечего скрывать, — Алиса слегка усмехнулась. — Нагато-сан уже рассказала нам о вас, Кён-сан. И о том, что вы отлично храните подобные секреты.
Скорее, у меня нет других вариантов. Никто не поверит и десятой доли того, с чем я встречаюсь каждый день благодаря Харухи.
Ладно, Нагато, если на этом всё…
— Ты не останешься на чай?
Я замешкался. Перед глазами сразу возникла картина: одинокая чашка с приготовленным Нагато чаем стоит на столе, и никто из неё не пьёт. Нехорошо.
— Тогда проходи, — Нагато указала на небольшой стол и отправилась в сторону кухни. Девушки сразу переместились за него, оставив ноутбуки на полу, и я осторожно сел по другую сторону от них.
Разговора не заводилось, я даже осматривать их не решался, благо и они не таращились с любопытством. Оказаки и Селезнёва… никогда не слышал эти фамилии, тем более в связи с Нагато. Девушка из будущего вообще должна быть в компании Асахины, по логике. А Оказаки, по той же логике, эспер?
Я всё-таки взглянул на неё искоса, но не обнаружил ничего подозрительного. Хотя что подозрительного обнаружишь, Ицки рассказывал, что даже в знаменитом Академия-сити эсперы ничем не отличаются от обычных людей, случаи физического уродства невероятно редки. Просто девушка как девушка, приблизительно нашего с Нагато возраста, как и Алиса, только не рвётся ничего о себе рассказывать.
Возвращение Нагато с четырьмя кружками чая не разорвало молчание, хотя и не усугубило его. В этом даже было что-то приятное — просто сидеть за столом, пить вкусно обжигающий чай и молчать, забывая о творящейся прямо тут сверхъестественной белиберде.
— Нагато, — но в итоге я же первым и разрушил тишину. — Эта игра… она чем-то опасна?
Нагато посмотрела на меня, а затем тихо ответила:
— Да.
— А… — ну да, чего ещё ожидать. В руках Харухи любая игра, даже безобидная ферма, будет опасной.
— Дело не только в самой Харухи Судзумии, — уточнила Нагато, безэмоционально отхлёбывая чай. — Сам факт запуска приложения оказывает огромное многослойное влияние на реальность того, кто участвует в игре, вплоть до невероятно катастрофических последствий.
То есть… игра может уничтожить мир, что ли?
— Да.
Девушки, в отличие от меня, выслушали это спокойно. Ну да, почти наверняка они здесь для этого и собрались. Харухи, вцепившаяся в такую игру — веский повод для всеобщей паники. Кто её вообще создал?
— Секретные сведения, — Нагато не собиралась объяснять, а потому придётся затянуть узел на горле любопытства. — Асахина Микуру и Коидзуми Ицки сейчас разрабатывают план по отвлечению Харухи Судзумии от игры. Возможно, тебе придётся сыграть в нём свою роль.
Кто бы сомневался. А с игрой что делать?
— Я её обезврежу. Можешь не беспокоиться.
Я бы перестал беспокоиться и без этого уточнения. Нагато обезвредит игру, а это означает, что очередной потенциальный конец света закончился, не успев начаться.
***Нагато проводила Кёна, а затем вернулась обратно в комнату; девушки за это время успели вернуться к ноутбукам, однако пока ничего не делали. Нагато также раскрыла свой ноутбук, и через несколько секунд молчания Ушио грустно спросила:
— Он бы не обрадовался тому, что нам придётся играть, да?
— Знания Кёна ничем бы не помогли в нашей ситуации, — ровно ответила Нагато. — Он даже не может присоединиться к нам четвёртым игроком. Кроме того, у него имеются свои дела, более значительные, чем наши.
Она посмотрела на экран и столь же ровно отметила:
— В сети.
Остальные девушки тоже уставились на выскочившее окошко чата, в котором розовыми буквами горело радостное:
TG: прювет!!!
Грань Равнодушия: побег от монстра
Душ мало того что мог включать нужную температуру, так ещё и делал это по приказу голосом. Я ещё вчера остановилась на тридцати семи градусах и сейчас подставила под струю воды голову, тщательно промывая пряди длинных волос.