Давай расстанемся...
— Удивлены? — поинтересовался Вадим Петрович.
— Не то слово. Поверьте, мне действительно неизвестны мотивы такой ненависти. Я никогда ничем не обижала ее. Конечно, я могу окунуться в воспоминания детства, вспомнить школьные годы, но я точно помню, что не отбивала у Галки парней и никогда не ругалась с ней на переменах. И в то же время я не могу не верить тому, что сообщили вы. Почему, ну почему она поступила так?
— Мариночка, меня это интересует не меньше. Честное слово. И если мы все же найдем Галину Придорожную, то я обязательно получу у нее ответ на этот вопрос.
— Вадим Петрович… — Марина замялась. А как быть с Сергеем. Он здесь ни при чем? Спрашивать было неудобно, но другого выхода она не видела. — А больше никто не помогал Придорожной? У меня были сведения о другом человеке…
— Нет. Насколько я понял, наняла бандитов именно Галина Семеновна. О ее помощниках или подельниках речь не шла. А вы точно уверены, что никогда не переходили дорогу этой коварной женщине? Вы могли и не заметить, что разозлили ее, обидели… — не унимался Питченков.
— Я подумаю на досуге, но сейчас ничего подобного вспомнить не могу, — пообещала Марина. И перешла к другой теме: — Вадим Петрович, так я могу идти и спокойно работать? Правильно я поняла предложение Андрея Тимофеевича? Не будет давления с вашей стороны относительно налаживания рабочего процесса, смены кадров и так далее?.. Поймите, меня вполне устраивает тот коллектив, который работает сейчас. И если вы захотите что-то поменять, то я не уверена, что это положительно скажется на результатах.
— Не беспокойтесь и работайте, как работали. Вы просто обязаны быть полноценным руководителем, который имеет полное право принимать решения и давать указания. Уверен, из вас получится хороший начальник.
— А что вы думаете по поводу моего встречного предложения — выкупить агентство? — опять не удержалась Марина.
— Думаю, что все у вас получится, — подбодрил ее Вадим Петрович. — Кстати, позвольте сделать вам небольшой подарок. — И мужчина галантно подал ей красивую коробочку.
Марина опешила, но коробочку взяла и тут же открыла. В ней лежало кольцо. Она густо покраснела, пытаясь скрыть недоумение и выйти из неловкого положения, в котором очутилась. Не слишком ли дорогой подарок для третьей встречи? И к чему он? Если предположить, что это предложение выйти замуж, то или Вадим Петрович эмоциональный и безрассудный человек, или он решил соблазнить Марину таким примитивным купеческим способом, что совсем уж не делает ему чести.
— Спасибо. Но ваш подарок я принять не могу. — Еле сдерживая негативные эмоции, Марина протянула коробочку Питченкову.
— Боюсь, вы неправильно меня поняли. — Он все так же спокойно улыбался, не реагируя на категоричный жест Марины.
— Вадим Петрович, я достаточно хорошо разбираюсь в драгоценностях, чтобы понять, что просто так столь существенной суммой не разбрасываются. Чего вы от меня хотите?
— Вот-вот. Это вы правильно заметили, — поднял указательный палец вверх Питченков. — Я бы уж точно не выбросил несколько сотен долларов на ветер, как сделали вы.
— На что вы намекаете? — удивилась Марина.
— А вы не узнали свою драгоценность? — засмеялся мужчина и снова протянул ей коробочку.
Марина еще раз ее открыла и внимательнее присмотрелась к кольцу. Точно, это же то колечко, которое она обменяла в ломбарде на гроши. Но откуда?
Питченков не дал ей возможности озвучить немой вопрос:
— Я же не скрывал, что мы наблюдали за вами. Но, по-моему, непростительная глупость — сдать такую дорогую вещицу для того, чтобы потратить деньги на торты для сотрудников. Видимо, вы очень к ним привязались?
— Очень! — с жаром призналась Марина. — Но… к сожалению, у меня сейчас нет нужной суммы. Если честно, у меня вообще денег не осталось. Я очень надеюсь, что в ближайшее время смогу что-то заработать и вернуть вам долг.
— Что вы, что вы… Не волнуйтесь! Это подарок, я же вам сказал. Какой пустяк, — махнул рукой Питченков.
Приехав в офис, Марина первым делом нашла визитку частного сыщика и позвонила ему.
— Вы передумали и хотите получить более полную информацию относительно Бошевского? — поинтересовался сыщик, услышав голос Марины.
— Да, хотелось бы… — ответила она.
— Это будет вам стоить еще двести долларов. Я готов хоть сейчас встретиться с вами, — отозвался на ее предложение Полесьев.
— Я тоже готова… Но было бы хорошо увидеться прямо у меня в кабинете. Надеюсь, вы не возражаете?
— Я в ближайшее время буду у вас.
Полесьев действительно появился довольно скоро. Купюры с портретом Франклина подгоняли его словно ветер, дующий в паруса. Марина одолжила у менеджера двести долларов и положила рядом с собой на стол, так, чтобы сыщик видел обещанный гонорар.
И действительно, зеленые бумажки зажгли в глазах Полесьева радостный — или алчный? — огонек.
— Владлен Антонович, я буду вам крайне признательна, если вы мне расскажете о Бошевском. Ваш гонорар вот. — Марина жестом указала на деньги.
В течение двадцати минут она слушала и записывала на диктофон, как Полесьев поливал грязью ее мужа. Сергей был обвинен во всех смертных грехах — от занятия сексом с малолетними до нечестного ведения бизнеса.
— Скажите, а это ваша настоящая фамилия? — задала Марина неожиданный вопрос.
— Полесьев моя настоящая фамилия. И имя Владлен Антонович тоже не выдуманное, — улыбнулся сыщик, обнажив неаккуратно поставленные коронки.
— Прекрасно. Тогда я думаю, Бошевскому будет очень интересно узнать, что вы тут про него наплели. — Марина достала спрятанный диктофон и, прокрутив пленку, включила его.
Полесьев побледнел. На лбу у него появились капельки холодного пота.
— Думаю, вам известно, что я жена этого человека? — спросила у него Марина.
— Да, — быстро ответил он и тут же неуклюже исправился: — То есть нет, я ничего не знал…
— Не лгите. Вы наверняка знали, кто я. И прекрасно знаете, что клевещете на него. Не сомневаюсь, что вы ранее работали в правоохранительных органах и прекрасно ориентируетесь в уголовно-процессуальном законодательстве. И уж конечно знаете, что клевета уголовно наказуема. — Марина пристально посмотрела на Полесьева.
—
Я не думаю, что Бошевскому будет приятно послушать, какие сказки вы тут про него рассказывали.
— Д-да… Но вы меня вынудили… Вы ничего не докажете… — дрожащим голосом начал возмущаться Полесьев.
— Сложно сказать. Если идентифицировать ваш голос, то вполне есть шансы. А уж если без всякого суда Сергей Бошевский захочет выяснить с вами отношения… — тянула Марина.
— Что вы хотите? К чему ведете? Вы хотите меня шантажировать? Предупреждаю, я не так богат, как вы. У меня нет денег… Мне нечем будет вам платить.
— Зачем мне ваши деньги! — возмутилась Марина. — Меня интересует, кто надоумил вас вылить на меня все вранье, которое я выслушала. Я хочу знать, кто вообще предложил вам назвать имя Сергея Бошевского как человека, причастного к вымогательству, а также представить его отъявленным негодяем?
— А если скажу, вы отдадите мне кассету? — осторожно поинтересовался Полесьев.
— Отдам… Но хотела бы услышать правду… Кем вы работаете на самом деле? На кого работали сейчас?
— Понимаете, когда я вышел на пенсию, то открыл сыскное агентство, думал, будет дополнительный заработок, хоть на старости лет поживу безбедно. Но, честно говоря, услугами сыщика мало кто пользуется, поэтому чаще всего я сижу без работы. Разумеется, не упускаю любую возможность заработать денег… Иногда выполняю частные поручения, порой — глупые просьбы. Например, отвезти письмо по указанному адресу, передать какую-либо информацию. А недавно ко мне пришла одна дама, очень представительная, и заплатила за сущий пустяк.