Несказка для попаданки
– А что ты говорил про две недели? – Я рассеянно покрутила колечко на пальце.
– После сможешь вернуться в свой мир, если, конечно, пожелаешь, а пока будь моей гостьей, Ясмина.
Почему бы и нет. Я согласно кивнула, вызвав у Грэхха счастливую улыбку. Да за такую улыбку я убить готова, а не только погостить в его доме.
– Ты извини меня, пожалуйста, – вздохнул он, вставая с подлокотника и оправляя и без того безупречно сидевшую на нем одежду, – придется тебя ненадолго оставить одну. Дела. Как управлюсь – приду и отвечу на оставшиеся вопросы. Хорошо?
– Да, – ответила я, чуть прикрыв в согласии глаза.
– Колечко не снимай, иначе портал снова откроется и утянет тебя домой.
Ни за что!
– Я дождусь тебя, обещаю.
Удовлетворенная улыбка объевшегося сметаной кота была мне ответом.
– Я быстро! – прокричал Грэхх, скрываясь за дверью.
Ничего себе сновидение! Мне за всю жизнь ничего такого красочного и приятного ни разу не приснилось. Чудеса!
От нечего делать принялась рассматривать комнату. Высокие потолки с лепниной, четыре хрустальных светильника, стены, обитые зеленым гобеленом с золотым узором, жарко пылающий камин, массивная мебель, состоящая из четырех кресел, дивана, письменного стола и книжного шкафа, – все поражало монументальностью и роскошью. Но больше всего мне понравился светло-бежевый пушистый ковер на полу. Такой красивый, а я по нему в сапогах ходила! Вон грязные пятна остались. Какой ужас!
Смущаясь, торопливо сняла обувь и погрузила ступни в мягкий ворс. Полный восторг! Пока нежила ножки, обратила внимание, что напротив стены с огромным зеркалом есть несколько внутрикомнатных дверей. А это уже интересно. Что там?
Разумеется, я читала в детстве сказку про Синюю Бороду и знала – любопытство частенько бывает наказуемо, но ведь Грэхх не запрещал мне осмотреться в своем жилище. Напротив, пригласил погостить.
С такими мыслями я направилась к интересующим меня дверям. За одной оказался платяной шкаф, забитый мужской одеждой – даже неловко стало за свой неказистый гардероб, который не мог похвастаться подобным изобилием. За другой – мраморная уборная со всевозможными удобствами, за третьей – спальня, где располагалась необъятная кровать под бархатным балдахином. А вот четвертая не открылась.
– Похоже, именно здесь прячет негодных жен местный маньяк Синяя Борода, – хихикнула я и отошла от двери.
За тяжелыми шторами с бахромой и кистями прятались огромные окна с видом на снега и непроглядную темень. Быть может, завтра при свете дня увижу окружающую дом местность?
Я как раз поправила штору и снова уютно устроилась в кресле, когда в комнату весело ввалились три молодые девушки в сопровождении степенной полной женщины, одетые в старомодные платья с длинными юбками и корсажами на шнуровке.
– Ой, здрасте, – растерялись хохотушки, ненадолго примолкнув и рассматривая меня.
– Здравствуйте, – отозвалась я, с неменьшим интересом оглядывая пришедших.
Первой опомнилась женщина.
– Подумать только, неужели смог? – всплеснула руками она. – Вот уж не ожидали!
– Три года пыжился, – поддакнула одна из девиц, гаденько усмехаясь, вызвав во мне волну неприязни.
– Глашка, забываешься, – цыкнула на нее старшая, и та сразу притихла.
– Да ладно, мам Лен, – фыркнула другая, – ни для кого не секрет…
– Дело не в секретах, а в элементарном уважении, – наставительно произнесла женщина.
– Было бы к кому! – не унималась молодая.
– К хозяевам замка, которые дают тебе кров и пищу.
Наглая девица открыла рот, явно собираясь огрызнуться, но женщина ее опередила, скомандовав:
– Работаем, не отвлекаемся!
Ошарашенная, я наблюдала за юркими девушками, которые рассыпались по комнате, наводя порядок. Прикосновение длинных палок, оснащенных перьями, тряпочками, губками, волшебным образом очищало с любых поверхностей пыль и грязь. И никаких вам пылесосов или веников. Красота!
– Меня зовут Ясмина, – наконец осмелилась я снова привлечь к себе внимание. – А вас?
Самая бойкая девушка, с пухлыми щечками, не прекращая работы, ответила за всех:
– Я Ольга, вот Глафира, Мария, а это, – она указала на пожилую женщину, – наша мама Лена. Мама для девчонок, живущих в замке! Если будут проблемы, можешь смело к ней бежать плакаться.
Мама Лена густо покраснела от удовольствия и важно сложила руки на груди. Смущенно улыбаясь, она одарила «дочек» взглядом, в котором светилась любовь. Мое же внимание привлекло другое.
– Замок? Мы сейчас находимся в замке?
Никто почему-то не удивился моей дремучести. Напротив, выказали желание поделиться знаниями. Ольга с удовольствием принялась просвещать меня:
– Да. Академия Триединства Колдовства расположена в огромном замке, который стоит посреди Снежной пустыни. Очень удобное местечко для обучения магии. Замковые стены зачарованы от разрушительных воздействий на случай, если кто-то из студентов не сможет удержать собственную силу, а за пределами – зимняя пустошь, она гасит вырвавшуюся стихийную энергию. Отсюда до ближайшего жилья достаточно большое расстояние, чтобы люди могли не бояться магических ошибок обучающихся.
Выходит, это не дом Грэхха, а его место учебы или работы.
– Вроде нашего студенческого городка, – пробормотала я.
– Точно! – подхватила девушка. – Только тут не комплекс зданий, а один-единственный замок.
– Подожди-ка, ты тоже с Земли? – не поверила своим ушам я. Вот это новость!
– Ну да. И Глафира с Марией, и мама Лена. – Она широко улыбнулась и задорно подмигнула.
Я перевела взгляд на остальных, и те дружными кивками подтвердили Ольгины слова.
– И вы все, как и я, пришли на зов?
– Можно сказать и так, – уклончиво ответила Глафира.
Ну да, точно, они же прислуга, а не невесты. Их, видимо, как-то по-другому сюда впустили.
Мама Лена что-то добавила, но невнятное бормотание я не разобрала.
Уборка продолжалась, и очередь дошла до моих сапог и пальто. Брезгливо держа их на вытянутых руках, девицы поинтересовались у старшей:
– Сжечь?
– Что?! – возмутилась я, вскочив с кресла и отбирая пусть и неказистые, но такие родные вещи. – Это мое!
– Оставьте, – распорядилась мама Лена и, повернувшись ко мне, поинтересовалась: – Еще не согласилась?
– С чем не согласилась? – не поняла я.
– Остаться здесь, на Гзоне.
– Нет.
Она одобрительно улыбнулась.
– У меня еще есть время подумать.
– Вот уж чего у тебя нет, так это…
Дальше произошло странное: женщина продолжала говорить, но я не могла вникнуть в суть слов. Вроде язык знаком, сказанное осознаю, а собрать по смыслу в единое целое не получается.
– Да ладно тебе, мам Лен, разоряться, – не выдержала наконец Глафира. – Разве не видишь, что она тебя не понимает.
Женщина разочарованно уставилась на меня и замолчала. Махнула было рукой, но тут же встрепенулась и с надеждой уставилась на кольцо, подаренное Грэххом.
– Можешь снять?
Я покрутила вокруг пальца серебряный ободок:
– Конечно. Но я не буду этого делать. Кольцо – привязка к этому миру. А я еще не решила, хочу ли вернуться обратно.
Компания бросила на меня жалостливый взгляд и совершенно потеряла интерес к моей персоне. Девушки, закончив уборку, выскользнули за дверь так быстро, что я даже не успела с ними попрощаться. А мама Лена, степенно покидая комнату, пообещала:
– Сейчас распоряжусь насчет ужина. Уверена, Грэхх на радостях не вспомнит, что тебя нужно покормить.
Какие же они все-таки странные. Я даже была рада наконец остаться в одиночестве и спокойно подумать. Правда, мысли путались и постоянно уплывали в единственном направлении – Грэхх. О нем я готова мечтать часами. Вспоминать внешность, голос, прикосновения. И самое удивительное, я уже по нему скучала, хотя прошло не более часа после его ухода. Неужели так бывает?
В дверь деликатно постучали, вырвав меня из сладких грез.
– Войдите.