Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви
Тут реально большая и лохматая лапа.
* * *Колокольный перезвон оповестил нас об окончании самого бестолкового урока в моей жизни.
Весь перерыв между лекциями я листала учебник по искусству проклятий, все не могла решить: важен ли для меня этот предмет. Пролистывая главу за главой, вчитывалась в текст. Вокруг ходили студенты, о чем-то переговаривались.
Снова неясный звон, стало тихо.
– Я смотрю, студентка, вы настолько прониклись предыдущей лекцией, что и не заметили начала новой. – Чья-то рука осторожно приподняла учебник. – О, искусство проклятий!
Услышав тихие смешки, я подняла голову и огляделась – все стояли, приветствуя профессора Энью. Еще раз бестолково хлопнув ресницами, соскочила с места.
– Простите, учитель, я действительно зачиталась.
Пожилая женщина жестом заставила всех умолкнуть. Ее живые, не по возрасту чистые глаза внимательно разглядывали меня.
– Ваш род, студентка? – наконец спросила она.
– Миленина… – Я запнулась, от волнения позабыв, кто вообще такая.
– Я так понимаю, вы родственница Златы? – Учитель Энью задумчиво рассматривала мои вещи.
– Да, – я закивала, как болванчик, – дальняя.
– Тогда все с вами ясно. Что ж, профессор Вакулин набирает группу первокурсников… – Она прищурилась, зорко наблюдая за моей реакцией.
– Я слышала, что отбор проходят только избранные. – И что меня за язык дергало?
Но все смотрели на нас не отрываясь, в аудитории стояла тишина. Да и сама профессор была необычной. Вроде и платье серое старенькое, и носки коричневых сандалий потерты, но в женщине чувствовалась порода. Такое благородство, что невольно хотелось голову склонить перед ней.
– Есть такой момент, – она кивнула, – но если есть желание…
– …лазейка найдется? – договорила я, вопросительно приподняв бровь.
– Вы очень сообразительны, студентка. Ваше имя?
– Алевтина.
– Я запомню тебя, Алевтина. Вы, Миленины, полны тайн. С вами не знаешь, чего и ждать. Садитесь!
Она кивнула всем разом. Перо на ее шляпе опасно качнулось, но удержалось на месте.
* * *Лекция по рунологии прошла быстро. Записывая за учителем каждое слово и выводя простым карандашом базовые символы, ловила себя на мысли, что и эта дисциплина весьма интересна, но мой взгляд постоянно тянулся к учебнику по проклятиям.
Решено! Пойду на поклон к Эмесу, высмеет или махнет на меня рукой – переживу. Найду иной способ пролезть в избранные.
* * *Мысль об искусстве проклятий не отпускала меня несколько дней. Изведя Яни и убедившись, что темная магия ему неподвластна, смирилась с тем, что придется идти на поклон к Эмесу. Но прежде все же решила испытать удачу самостоятельно.
Узнав, где проходит отбор в группу дополнительных занятий профессора Вакулина, поспешила туда. Немного заплутав, уточнила дорогу у жителей картин, и все же оказалась на месте, правда, с небольшим опозданием.
М-да… Желающих глубже окунуться в магию проклятий и наговоров оказалось куда больше, чем я думала. Много больше.
В небольшом холле на третьем ярусе замка ступить было некуда. Здесь собрались все: группа стихийных магов первого курса, менталисты в полном составе, целители, в толпе мелькнула и одинокая коричневая жилетка.
Двери, ведущие в кабинет профессора, периодически открывались. Студенты заходили туда группами, а вылетали по одному, но улыбок на их лицах я не видела, что наводило на нерадостные мысли.
– Да он только темных отбирает, – уловила я чей-то разговор.
– Ага, если ты не владеешь черным даром и не толстосум, то и ловить нечего. А у меня родители на экзамен для поступления денег еле наскребли.
Покрутившись на месте, обнаружила шепчущихся в уголке девчонок-лекарей, а на их лицах – злость и возмущение.
– Нечестно! Нам тоже нужно разбираться в проклятиях.
– Может, все же к Портовски?
– А толку? Сама она, может, и сильный проклятийник, но учить никого не намерена. Одни ее лекции чего стоят.
Все закивали, и даже я.
– А еще поговаривают, что она отбирает только парней, и тех исключительно из знатных родов.
– Замуж поди хочет. С двумя учителями облом, пошла по студентам кандидата искать.
– Жаба! – вынесли коллективный приговор учителю девчонки.
Похоже, от молодого распрекрасного дарования все в «восторге».
* * *Прошел час, за ним другой. Несколько раз я порывалась уйти, но что-то удерживало. Какая-то детская надежда на чудо. Я ведь темная, а вдруг возьмет.
Народ потихоньку расходился: кто-то – в кабинет, а кто-то махал на отбор рукой. Я же упорно стояла в очереди.
Наконец двери распахнулись и перед моим носом, и мы небольшой группой ступили в кабинет.
Вакулин, облаченный в черный сюртук, расшитый серебряными нитями, сидела за большим добротным столом в центре аудитории и не отрывал взгляда от лежащих перед ним бумаг. Казалось, он был поглощен чем-то своим, на нас – ноль внимания.
– Сюда! – Повернув голову, обнаружила ассистентку профессора проклятий и уже знакомое мне магическое око. – Студенты, подходим по очереди ко мне и показываем свой дар.
И все!
Пристроившись в шеренгу последней, наблюдала за происходящим. Один за другим студенты касались ладонью холодной сферы и с надеждой смотрели на уже немолодую женщину. Но она лишь качала головой. Казалось, ей было чуточку стыдно перед нами.
В расстроенных чувствах ученики выходили из кабинета, ни один из них не обладал темным даром. Но во мне жила надежда, теплилась еще вера в чудо. Должно повезти…
Идти просить Эмеса не хотелось. Стыдно. Не знаю почему, но сердце вздрагивало от этой мысли.
Дождавшись очереди, я опустила ладонь на око и вновь почувствовала свою тьму. Теперь она была сильнее – в сфере мелькнули три черных черточки.
– У девушки тьма, профессор Вакулин! – Ассистентка обрадованно повернулась в сторону большого стола, но пожилой мужчина будто и не слышал ее. – Темная, профессор, – повторила она. Никакой реакции. Нахмурившись, женщина перевела взгляд на меня. – Ваш род, ученица?
– Миленина, – выдавила из себя.
Она покачала головой.
– Мне жаль…
Да, я видела, что она искренне сочувствует.
– А если глава попросит? – шепнула с надеждой.
– А кто он?
– Эмес Валынский.
– Можно попытаться, – ее шепот стал еще тише. – Дар, конечно, слабоват. Развивать нужно, но, помнится, по протекции и с меньшим брали.
Это меня воодушевило. Выдохнув, поспешила к выходу.
Профессор так и не поднял головы. Казалось, что весь этот отбор – фикция, а состав его учеников давно там, на отдельной бумаге.
И даже если ты трижды темный и силой наделен, то без демонстрации главой твоего рода мешка золота на тебя и не взглянут.
* * *Что ж, пришлось плестись на поклон к своей «мохнатой лапе».
Постояв немного у кабинета Эмеса, сообразила, что его нет. Ждать ведуна было некомфортно: на меня постоянно глазели проходящие мимо студенты, девушки издевательски хихикали.
Развернувшись, я отправилась в большой холл, оттуда на улицу. Погода стояла по-осеннему замечательная. Легкий ветерок срывал с деревьев яркую желто-оранжевую листву. По небу неспешно плыли редкие, но тяжелые тучки. Побродив немного в парке у теплиц с магическими растениями, никак не могла сообразить, как подступиться к Эмесу. Отчего-то мне мало верилось, что он по первой же просьбе сорвется с места и побежит, теряя тапки, молить за меня распрекрасную, даром уникальным наделенную.
Уже по привычке я жестом попыталась вызвать легкий ветерок, но магия воздуха молчала. Сделав третий круг по парку, нашла гору листвы под старым кленом и как в детстве принялась пинать ее по клумбе, попутно выстраивая в голове примерный диалог.
Слова нужно подобрать правильные, чтобы не отказал и потом еще не припоминал.
В памяти вдруг всплыло, что он сам говорил – я должна ходить к нему и учиться контролировать свою темненькую сущность. Забылось как-то. А что, если явиться под этим предлогом и невзначай завести тему про проклятия и дополнительные занятия? Может, Эмес сам предложит помощь или потребует, чтобы туда записалась.