Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви
Сволочь! Гад рыжий! Чтобы ты провалился на этом месте…
– Брать будете?
– Я не слышал о такой рыбе. Да и земляной клубень – пища простолюдинов. А белуга, тунец…
– Может, вам еще осетра русского подать?
– Конечно, что же вы стоите! – Тип оживился, взгляд узких глазок заметался по витринам.
– Издеваетесь, да? – Мое лицо приобрело просто зверское выражение. – Оглянитесь, посмотрите вокруг. Это маленький магазинчик в типовой пятиэтажке. Наши покупатели обычные люди среднего достатка. Так вот, они ни калуги, ни белуги не едят, разве только по большим праздникам. Или берите селедку, или идите без рыбы.
– Да я уже смекнул, что магазин у вас для простолюдинов. – Посетитель понимающе закивал. – Ну селедка так селедка. Может, с каким вином и зайдет.
«У-у-у, чертова аристократия». Внутри меня все кипело.
– А вы откуда к нам пожаловали, уважаемый? – не выдержала, любопытство вылезло наружу.
– Шаливар, но вы не знаете. – Он отмахнулся столь пренебрежительно, будто у меня два класса образования и я на палочках едва умею считать.
Нет, вы гляньте на него. Какой франт да в нашу деревню.
– Действительно, не имею никакого понятия. Наверное, захолустье какое-нибудь, – съязвила.
Он открыл было рот, но ничего сказать не успел. Дверь в магазин громко хлопнула, и появилась моя напарница.
– Аля, что у тебя здесь? Куда пропала? Там еще десять коробок и минералка в пленке, а у меня спина не разгибается.
– Тут покупатель очень важный. Белугой интересуется, перепелами, – указала на рыжего, – Петр Иванович велел обслужить. Ты не знаешь, у нас курица благородная?
– А как же, – хрюкнула тетя Нюра. – Фабрика еще при царе-батюшке строилась. Считай, вся птица голубых кровей.
– Значит, курицу? – Снова «доброжелательно» улыбнулась важному покупателю. – Берете?
– Да. – Мужчина снисходительно кивнул. – Мне также нужен белоснежный длиннозерный рис, чай непременно сорта «Эрл грей». Рыба… Ну, главное, чтобы морская. Селедку подавайте свою. Можно каких-нибудь гадов…
– Вот чего нет, того нет! – снова завелась я. – С гадами напряженка, не подвезли еще…
– А кальмары, креветки…
– И мидий тоже нет. Уважаемый, мы простой магазин! – Кажется, у меня глаз дернулся в этот момент. – У нас хлеб, яйца да килька. Макароны, тушенка и горох… Какие гады? Здесь только один…
– Аля! – резко оборвала меня тетя Нюра. – Гадов нет. Сегодня уже не будет.
Рыжий усатый таракан поморщился.
– Тетя Нюра, а давайте вы отпустите, а я за коробками. – Меня уже тихо трясло.
Я была настолько уставшая, злая и голодная, что ненароком и голову откусить могла некоторым здесь присутствующим.
Странно, но меня сам вид этого хлыща приводил в бешенство. Причем бесило в нем все. От цвета волос до прыща над верхней губой. Голос, глаза эти зеленые…
– Аль, ты что такая взвинченная? – Напарница верно оценила мое состояние. – Иди уж, разгружай машинку. Водила уже ворчит.
Окрыленная, я выскочила из-за прилавка.
– Девушка, постойте! – Рыжий грубо поймал меня за запястье и вздрогнул.
Я могла поклясться, что в зеленых, странно ярких глазах полыхнул огонек. Наблюдала это странное свечение, неспособная дышать. Злоба нарастала с неистовой силой…
И только когда он моргнул, я пришла в себя и испуганно отшатнулась.
– Нет, не смейте уходить! Сейчас же помогите мне выбрать продукты.
– Меня ждет работа, вам помогут, – процедила сквозь зубы, дергая руку.
Он неприязненно покосился на тетю Нюру, но ладонь разжал.
Выскочив на улицу, я натолкнулась на недовольного директора, стоящего у машины. Он кивком указал на товар.
Надрываясь под тяжестью очередной коробки, вернулась в магазин. На прилавке лежали макароны, дорогая тушенка, баночка икры, салат из зеленых водорослей…
То полчаса не мог на курицу решиться, а тут за пять минут все скупил!
Миновав мужчину, что едва сдвинулся, пропуская меня, преодолела последнюю дистанцию.
– Давай сюда. – Тетя Нюра, отобрав ящик, унесла его за ширму.
– Что же вы покинули меня, красавица. Подождала бы ноша. – Рыжий, кажется, строил мне глазки. – Потом бы дотаскали.
– А что, сами отовариться не способны?
– Этим всегда занималась моя матушка, я, право, даже не уверен, полезна ли эта пища…
Подойдя к морозильнику, достала три пачки брокколи и зеленого горошка в стручках.
– Вот самое полезное. И гречку не забудьте, с нее отличные котлетки на пару получаются. Вам точно понравится!
Сложив все на прилавок, отправилась на улицу.
Директор прожигал во мне дыры, недовольно и с намеком поглядывая на наручные часы.
Чтобы десять раз не ходить и не злить начальство, схватила упаковку минералки и коробку. Что она с браком, поняла уже в зале – картон буквально разъезжался.
– Помогите, просыпается, – обратилась к рыжему, видя, что не донесу.
Но высокомерный хлыщ лишь отступил на шаг, поморщившись.
– К таким работам не приучен. – Вот и весь ответ. – И вообще, таскать коробки – это так унизительно.
– Я сейчас, Аля. – Навстречу неслась напарница. Отобрав у меня коробку, обхватила ее обеими руками. – Много там еще?
– Нет, на два захода.
– Тогда давай теперь ты за прилавок. – Она жалобно взглянула сначала на меня, потом на клиента. – Я лучше ящики дотаскаю, Аль, спину резко отпустило.
Усмехнувшись, я поставила бутылки на пол, провожая тетю Нюру взглядом.
– А это у вас что? – Водой тут же заинтересовалось «ваше высокомерие».
– Минералка.
– Чистая, с источников?! Я ее беру. Только как же нести?
– Руками, – процедила, – как простолюдину. – Он спесиво задрал подбородок. – Вам все сложить или еще что?
– Я спросил у вашей коллеги, какое мясо имеется в этой лавке. Но она показывает на жестяные банки и пытается мне доказать, что в них…
– …мясо! – закончила за него. – Вы не поверите, но я поддержу свою коллегу. Здесь не что иное, как тушеное мясо. Другого у нас нет. Берем?
– Постойте, а как же утка, индюшатина?
– И даже гусей в яблоках нет! – Я сделала большие глаза. – Мы обычный магазин. Хотите деликатесы – ищите гипермаркет, и то не факт, что там вам продадут трюфеля и свежевыловленных омаров.
– Сложите все и огласите сумму.
Ладно, я не гордая. Распахнув черный пакет, скинула туда все с прилавка.
– Как же так! Курицу вместе с хлебом!
– Птица герметично запакована в три пакета и лежит внизу. На ней гречка, макароны, тушенка. Хлеб сверху и тоже в пакете. Что с ним случится?
– Сам факт…
– Вас не устраивает? Вот вам еще один пакет. Переложите!
– Вы грубы и не выполняете свои обязанности!
– Молодой человек, – я уперла руки в бока, – а вы, случайно, не забыли, что мой рабочий день закончен еще час назад? Вместо того чтобы помочь напарнице дотаскать товар и пойти домой, я голодная и уставшая стою здесь перед вами. Где ваше спасибо?
Молча кинув на прилавок деньги, он подхватил минералку и пакет и двинулся на выход.
– Ты еще прощения у меня попросишь, ведьма, или я не Андрэ Валевски! – донеслось до меня тихое.
– Да хоть черт с горы! – прорычала и двинулась вслед за ним на помощь тете Нюре.
Домой попала только в десять вечера. Какие уж тут пельмени?!
Обошлась ливеркой с хлебом и – спать.
Глава 2
Легкий бриз приносил прохладу. Шум моря. Белые гребешки волн накатывали на песчаный берег и оставляли после себя легкую воздушную пену. Тут и там виднелись обрывки водорослей, разбитые раковины моллюсков…
Сильные мужские руки обняли и скользнули по талии. Я вздрогнула, ощутив дыхание на коже. Жарко, волнующе. Чужие губы, коснувшиеся шеи. Ветерок трепал длинные, темной меди пряди волос мужчины.
– Как же ты прекрасна, – шепнул он. – Моя! Моя… Аля… Аля! Оглохла, что ли?!
Его голос странно изменился и стал… женским.
– Аля, да проснись уже! – Распахнув глаза, я уставилась на маму. – Все, очнулась. Чего ты там мурлыкала? Какое тебе море? Вон огород и летний душ, отрывайся по полной. Можешь и в бачок забраться.