Кодекс Охотника. Книга X (СИ)

— Я тебе тоже хочу кое-что сказать, — после некоторого раздумья сказал я, видя, что девушка мнётся, думая — уходить ей или нет. — Хочу тебе сказать, что ты здорово прибавила за последнее время. То, что я наблюдал вчера в Разломах... немногие люди не только этого мира на такое достойны, тем более в таком юном возрасте.
— Не этого мира? — посмотрела на меня Хельга.
— Не этого мира, — с улыбкой посмотрел я на неё, прищурившись, ожидая реакции.
Девушка просто кивнула, и дальше продолжала слушать.
— В общем, что бы там ни было, но после нашей «командировки» ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Я всегда с большим удовольствием схожу с тобой в рейд.
— Спасибо, Саша, — как-то странно посмотрела на меня Хельга. — Ну ладно, удачно отдохнуть.
— И тебе, — кивнул я. Когда она уже развернулась уходить, я хмыкнул. — А ещё ты потрясающе красивая девушка, забыл добавить.
— Галактионов, опять шутишь! — повернулась ко мне Хельга, и в первый раз я увидел румянец на её обычно бледном лице.
— Вот даже не собирался, — хмыкнул я. — Так что если согласишься на дырку, то, возможно, в один из моментов выходя из ванны, ты увидишь мою любопытную харю в этом отверстии.
— Да ну тебя, в задницу! — рассмеялась девушка, и вышла вон.
Я улыбнулся, и надел «очень белую» арафатку на себя. Посмотрел в зеркало. Ну вот, обязательные бороду и усы отрастить, загар еще хорошо ляжет, и меня будет не отличить от местных.
В дверь опять постучали.
— Да-да, открыто, заходите.
Внутрь бесцеремонно зашла Катя.
— И что она хотела? — сходу спросила Андросова.
Я хмыкнул.
— И тебе доброе утро.
— Какие дела у Ледяной Принцессы с имперским бароном? — настаивала Катя.
Я тяжело и показательно вздохнул.
— Катюх, не грузи.
У девушки округлились глаза.
— Да-да, ещё скажи, что барону не положено так с княжной разговаривать.
— Вообще-то, не положено, — протянула она.
— Ну, не положено, так закрой дверь с той стороны, — широко улыбнулся я.
Не хватало, чтобы меня тут кто-то строил, даже те, кого я считаю своими приятелями.
Девушка нахмурилась.
— Извини.
— Чего хотела? — уточнил я.
— Слушай, а мы ведь так и не поговорили по поводу твоего... твоих... — она сбивалась, смущённо смотря на меня.
Я два шага сделал вперёд.
— Моих прикосновений?
Я осторожно провёл рукой по её щеке. Меня тут же шибануло волной боли. Моя улыбка чуть было не превратилась в оскал. В голове вертелась одна мысль — «Ну ты и мудак, Сандр!», и я отдернул руку.
Собственно, сделал я это не просто из-за природного мазохизма. Я хотел проверить, как работают все мои печати. Они работали прекрасно. В принципе, при желании я мог прикасаться к ней бесконечно долго. Вот только какой от этого прок?
— Да, об этом. Ты говорил, что можешь с этим справиться.
— Справиться? — я покачал головой. — Ты неправильно это запомнила. Справиться с этим не сможет никто, кроме тебя самой.
— В смысле? — спросила Катерина, широко распахнув глаза.
— В смысле, твой Дар дала тебе одна очень весёлая, но очень злопамятная сучка, — я осторожно покосился вверх и прислушался, но ничего не произошло, поэтому продолжил. — А я тебе скажу, что такого внимания удостаивался далеко не каждый. Да, у твоего Дара есть побочные эффекты. Но если его развитие обуздать, поверь мне, ты станешь одной из сильнейших Одарённых на планете.
Катя нахмурилась, и посмотрела на меня, переваривая информацию.
— Откуда ты всё это знаешь? Какая сучка? Что за Дар?
— Катя... — снова вздохнул я. — Ты вот мне в Разломе, как командиру, веришь?
— Верю, — кивнула Андросова.
— Вот и сейчас поверь. Я примерно представляю, что нужно сделать, и как тебе помочь. Но, к сожалению, прямо сейчас не могу этого сделать, в первую очередь. А во вторую очередь, ты сама этого не можешь пока сделать.
— И что для этого нужно?
Я осторожно взял её руки. Сквозь перчатку прикосновения болевых ощущений почти не было. Я приподнял её руку, поднёс к глазам.
— Вот это кольцо у тебя должно быть чёрного цвета, а еще лучше — радужного.
 
Катя серьёзно посмотрела на него.
— Ты точно в этом уверен?
— Я очень на это надеюсь, — сказал я. — И кроме этого, мне будет нужно кое-что еще.
— Саша... — отдёрнула руку Катя. — Ты понимаешь, что сейчас несёшь? Лучшие лекари в мире... Мой отец и его иностранные коллеги пытались обуздать этот Дар. Ни у кого не получилось! А ты, восемнадцатилетний пацан, говоришь, что сможешь это сделать?!
Я очень хотел сказать, что это дурная шутка, и чтобы она от меня отстала. Но не смог, глядя в большие янтарные глаза, полные боли и надежды.
— Да, смогу, — просто сказал я.
Катя открыла рот. Я аккуратно и бесцеремонно прикрыл его пальцем, получив очередной удар. Ну, уже совсем терпимо!
— Только не сейчас, Кать. У меня сегодня выходной, и я хочу немного прогуляться.
— В такую погоду?!
Ну вот, эта тоже посмотрела на песчаную бурю.
— Да, в такую погоду, — сказал я. — Можно?
— Конечно... А вечерний банкет?
— Меня там не будет. Всё, пока!
Я аккуратно развернул её, и выпроводил за дверь.
Затянул пояс с мечом, и пристально посмотрел на Затупка, который блаженствовал при низкой температуре, устроенной нам Хельгой. Брать его или не брать с собой?
В дверь снова постучали.
— Открыто! — вздохнул я.
Внутрь впорхнула Долгорукова.
— Саша, привет! А чего они хотели?
Я показательно закатил глаза.
— Здравствуй, Машуня. Чего надо?
— Не, ну правда. Что они хотели? — кивнула девушка на дверь.
— Потрахаться предлагали, — абсолютно серьёзно сказал я. — Но я отказался. Мне нельзя — я женат... Гхм... Почти...
— Почему это тебе нельзя? — удивилась Маша.
Видя её неподдельное удивление, я не выдержал и рассмеялся.
— Ты что, поверила?
Мария поняла, что спорола пургу, и тут же покачала головой, фальшиво рассмеявшись.
— Нет, конечно! Я тебя подкалываю.
— Да-да, подкалывай дальше. Тоже пришла предложить заняться утренним сексом?
— Галактионов! — нахмурилась Долгорукова, но её глаза при этом подозрительно блестели.
— Ах... извините, забыл добавить «Ваша Светлость», — я шутливо поклонился.
Мария так странно на меня смотрела, что я решил прервать затянувшуюся шутку. Не дай бог ляпнет что-то не то, потом неудобно будет.
— Шучу я, шучу! У меня сегодня выходной, я собираюсь погулять. Да, в такую погоду! В такую прекрасную солнечную погоду. Поэтому, если ты быстренько расскажешь, что хотела, то я, наконец-то, осуществлю свое желание.
— Какой ты негостеприимный сегодня, Галактионов, — недовольно скрестила руки на груди Мария.
— Какой есть. Могу газировки предложить... холодной, — кивнул я на холодильник. — Возьми сама в холодильнике.
— Спасибо, не хочу, — сказала она. — Я у брата была, он немного успокоился.
— А он был раздражён? — хмыкнул я.
— Саша, не строй из себя дурачка. Тебе это не идет! Ты же его конкретно так подставил.
— Нет, не подставил, — запротестовал я. — И мы с тобой это обсуждали. То, что он не был готов к командованию Истребителями — это его личная проблема. Без обид, Мария, он целый полковник, и в имперской армии каждое его слово для подчинённых — закон. Истребители монстров — это немножко другое. Да что я тебе рассказываю, ты сама знаешь. Тем более здесь две трети «вольников», которые срать хотели на субординацию. Хорошо ещё, что они контракты не разорвали, и не свинтили отсюда.
— Тогда бы они заплатили неустойку...
— Ха! Напугала ежа голой задницей. Что лучше — неустойка или нелепая смерть?
В глазах у Марии начало появляться понимание.
— А то же... Тем более двенадцать человек нормальных Истребителей пошли с нами. И как я сказал, по результатам нашего рейда, у Сергея непременно будет поощрение. Не знаю, как за другие группы, но лично мы свою задачу выполним. Так что передай Серёге, чтобы не очковал.