Елизавета Премудрая, или Ква, босс
Только Елизавета свет Николаевна тоже совсем не овечка невинная. Столь полюбившуюся ей монографию Невмирующего она, пользуясь служебным положением, просто списала как ветхий, “не подлежащий восстановлению” экземпляр.
А спустя три недели ее ждало новое интереснейшее открытие: в журнале "Наука и жизнь" от 1980 года обнаружилась увлекательнейшая статья о гипнозе с цитатой из какой-то книги про великих мошенников. Цитата ее заинтересовала, стиль написания был до боли знаком. Зацепило.
И полезла она в каталоги, оббегала все библиотеки города, проникла даже в библиотеку Управления Внутренних Дел (оказалось, что есть и такая!), и покопалась там в старых архивах, благо, корочки позволяли. Книгу про мошенников украсть там, к сожалению, не удалось, но чтение было интереснейшее.
Возникало ощущение, что автор с большинством описываемых в книге людей знаком лично. Особенно ядовито К.А. Бессмертный прошелся по Жозефу Бальзамо, больше известному как граф Калиостро. Елизавета от души посмеялась. И забила в поисковик обе фамилии. Господин Невмирущий/Бессмертный оказался человеком разносторонним. На него ссылались ботаники, историки, археологи всех научных школ на всех обитаемых континентах.
А потом Елизавета натолкнулась на статью во французской газете, которая ввела ее в совершеннейший ступор. Господин Бессмертный оказался среди спонсоров одного из международных кинофестивалей. Живучий дедуля какой! И активный не по годам.
Елизавета задумчиво выключила ужасно тормознутый библиотечный компьютер и затарабанила пальцами по столу. Интересно, где он сейчас проживает? Вот бы с ним познакомиться!
Скрипя зубами, потопала в интернет-кафе тратить кровные деньги. Как выяснилось, не напрасно. Во-первых, удалось добыть свеженькую фотографию: вполоборота и мутную, но хоть что-то. На фото К.А. был совсем не похож на восьмидесятилетнего старика. Неужели всё-таки разные люди? Во-вторых, выяснилось, что в МГУ хранится кандидатская диссертация Невмирущего по ее любимой теме – "Формы токсического отравления алкалоидами высших растений средней полосы и методы первой помощи пострадавшим." Запросила копию, а что – у них тоже ботаники на кафедре имеются. Например, Елизавета Николаевна Прохорова.
Завкаф, кстати, одобрил, как одобрил и заказ нескольких редких книг по этой теме, не имеющих отношения к К.А.
На третьем курсе удача Елизаветы исчерпалась. Ее научный руководитель уехал в Москву и Лизины наработки с собой прихватил. Она их потом в толстых ВАКовских журналах читала и злилась. Конечно, о ней там и не упоминалось.
Завкаф почему-то стал придираться к мелочам, по сто раз заставляя переписывать все работы. В довершение всего Лиза получила совершенно несправедливую тройку по философии. С одной стороны, сама виновата. Нечего было выпендриваться и рассказывать про того самого Калиостро выдержками из книги Бессмертного. С другой, философия – она на то и философия, чтобы рассуждать, а не тупо заучивать, хотя преподаватели считали иначе. Разумеется, она попыталась объяснить это преподавательнице, апелляцию хотела подать, но тщетно: над ней в деканате только посмеялись. Оказалось, апелляции только на “неудовлетворительно” подаются, но откуда же умнице Лизе об этом знать? Она-то была абсолютно уверена, что подобная беда ее никогда не коснется! Так у круглой отличницы появилась в зачетке единственная неприятная оценка, оставившая Лизу без стипендии. Это вполне могло стать для нее катастрофой, если бы она не наладила свой маленький бизнес. Курсовые и рефераты за деньги Лиза писала с первого курса, а уж к третьему даже имела отличную репутацию. На хлебушек с маслицем хватит.
На зимние каникулы старший библиотекарь решила съездить к родителям, а Елизавета осталась главной. Это стало самой большой ее удачей, приведя, тем не менее, к самым печальным событиям.
Глава 2. Странный посетитель
Началось всё с того, что в библиотеку зашел незнакомый мужчина лет пятидесяти, коренастый, в совершенно обычном черном тонком свитере и в тон ему брюках. Гладкая как бильярдный шар лысина только подчеркивалась аспидно-черным оттенком. Всех преподавателей Лиза знала, на студента мужик не тянул абсолютно никак. Что-то в его внешности показалось девушке смутно знакомым, но что именно – вспомнить она не смогла.
– И как вы попали сюда? – с интересом спросила Елизавета, уставившись на пришельца. – Вы не преподаватель и не студент.
– А вы что, всех тут знаете? – искренне удивился мужчина.
Голос какой интересный: глубокий, гулкий.
– Всех знаю, – кивнула Лиза. – Книги у нас выдаются строго по читательскому билету.
Мужчина молча выложил ей на стол официальное письмо ректора, из которого следовало, что господину К.А. Бессмертному, член-корреспонденту РАЕ, доктору биологических наук, профессору совершенно неизвестного Лизе американского университета, разрешается работать в читальном зале.
Лиза даже очки протерла. Да нет, не может быть!
– И какие вам книги нужны, Константин Адамович? – спросила она на удачу – в письме-то были только инициалы. – Ботаника? Фитотоксикология?
Бессмертный замер.
– Мы знакомы? – неуверенно спросил он.
– Заочно, – сказала Лиза. – Я вашу докторскую читала.
Глаза у господина Бессмертного расширились.
– А ведь это вы купили на аукционе "Псилоцибиновые грибы и лучшие зелья из них"? – окончательно добила его Елизавета. – Можно хоть одним глазком на эту книгу взглянуть?
– Боюсь, что нет, – отказал мужчина. – Книга старая, состояние плохое. Нужны специальные условия. У меня дома они есть.
– А можно…
– Нет.
Лиза вздохнула и вынесла ему книги по списку.
Он сел за самый дальний стол, и, с опаской поглядывая на неё, стал что-то конспектировать.
И тут Елизавета поняла, что мужчина действительно очень похож на того самого Невмирущего 1918 г.р, который, между прочим, украл три редких книги из ЕЕ библиотеки.
– Простите, а паспорт у Вас с собой? – спросила она интересного посетителя. – Мне нужно карточку вашу заполнить.
Мужчина со вздохом дал ей паспорт, и Лиза первым делом проверила дату рождения. 1961 г. Сорок? Ну-ну.
Мужчина сидел с книгами до ночи, отлучаясь только до туалета – Лиза проследила. После его ухода тщательно пролистала книги – мало ли. Бессмертный пришел и на следующий день, и через день. Работоспособность его поражала воображение. На четвертый день Лиза принесла ему чай и бутерброды, сев рядом.
– Константин Адамович, а что вы ищете? – спросила она. – Я по ботанике практически все книги этой библиотеки прочла. Может, могу чем помочь?
Бессмертный немного подумал и медленно ей кивнул, благосклонно принимая чай.
– Мне нужны исследования по Atrópa belladónna, она же красавка обыкновенная, или беладонна. Всё, что есть: фармацевтика, токсичность, даже исторические справки. Еще недотрога бальзаминовая и прострел – желательно самое новое.
– Impatiens balsamina? Pulsatílla? Разрыв-трава? – загорелись глаза у Елизаветы, планировавшей писать диссертацию по растениям, упоминавшимся в древней славянской мифологии.
Бессмертный захлебнулся чаем, закашлялся. А Лиза уже несла свою подборку статей, где-то вручную переписанную, где-то отксеренную.
– Послушайте, Елизавета, – довольно неуверенно спросил К.А. – А вы знакомы с автором этих статей? Он у вас работал какое-то время.
И он показал Лизе те самые статьи по ее украденным записям.
– Знакома, – сказала Лиза, побагровев и насупившись. – Это я писала. Аркадий Сергеевич совершенно случайно забыл упомянуть меня как соавтора.
– Вот как? – удивился Бессмертный. – Интересно…
– Константин Адамович, – решилась Елизавета. – А вы студентов совсем не берете?
Она обдумывала эту идею с того самого момента, как увидела К.А.
– Ни за что, – с ужасом ответил Бессмертный.
– Жаль. Но попытаться стоило.
Некоторое время Бессмертный внимательно изучал стопку Лизиных бумаг, а потом поднял на неё виноватый взгляд.