Сбежать от Енота (СИ)

— Хм… кажется, все. Принимай, начальник.
— А как же вторая часть, которая “полоскать”? — спросил Аарн, с брезгливостью поглядывая на покрытые уже не только слюной, но и дорожной грязью монеты.
— Ладно. Будет тебе полоскать. Я в этот фонтан сегодня ни лапой, ни хвостом! Кстати, начальник… А ты чем заниматься будешь?
— Поручениями леди Диэнии Дэенс. Осталось позаботиться о двуколке и коне. Белом. С розовой гривой.
Шанти картинно прижал лапки к морде, показывая, что его сейчас вырвет.
— Ладно. Я понял, понял, начальник. Без меня ты пропадёшь. Пошли вместе.
— Мы не ходим вместе, — напомнил Аарн.
Енот — достаточно приметный зверь. По нему легко вычислить, что все эти обаятельные юноши, кутящие с разными дамами, — одно и то же лицо.
— Это было давно. И теперь это неправда, — безапелляционно заявил енот.
— Это ещё почему?! — шикнул на него Аарн, чуть склонившись и заглядывая зверю прямо в глаза.
— Потому что если после этой работы нам хватит денег, чтобы выполнить обещание, данное Эверин, то можно и не прятаться. А я миленький. Если она питается пирожными и пукает с ароматом ванили, то я явно пригожусь. Да и ста…
— Никакого “стащить”! — взревел Аарн.
В том, что от Шанти отделаться не удастся, он не сомневался. А вот рамки нужно устанавливать как можно более жёсткие. Потому что нельзя воровать из той руки, которая тебя кормит.
— Ладно, ладно. А как насчёт “быть милым и забавным”?
— Ладно. Забирайся на плечо. Но только попробуй что-нибудь устроить! На шашлык пущу!
— Да что ты, начальник, перегрелся на солнышке? Хотя тут и солнца-то нет. И платок дай. И запомни. Из енота шашлык невкусный. В нас мясо мало и оно жёсткое.
Аарн пропустил это бормотание мимо ушей, помог Шанти собрать честно стащенное в платок, усадил енота у себя на шее и отправился в конюшни. Если где и имелся конь с розовой гривой, то там.
— Начальник, не гони, укачивает! — верещал Шанти, вцепившись в борт двуколки.
Всё вышло даже лучше, чем могло. На конюшнях и двуколка в девичьих цветах была, и конь. Правда, не с розовой, с фиолетовой гривой. Но что-то подсказывало Аарну, что так может быть даже лучше. Ведь цвет этого сезона — лаванда. Значит, и коню надо быть самым что ни на есть модным. Единственное, что беспокоило, так это то, как провела этот вечер леди Дэенс. Уж не сломала ли свою очаровательную шейку, спускаясь с лестницы.
Эти ехидные мысли плескались в сознании Аарна, заставляя того улыбаться. Впрочем, интуиция подсказывала, что за образом неуклюжей избалованной девицы наверняка кроется нечто большее. Нужно только копнуть хорошенько. Или лучше не трогать скелеты в чужих шкафах? Увы, ответа не было. Нужно просто вернуться в розовый дом и узнать, что и как.
  
ГЛАВА 9
 
Горничной всё не было и не было. Ингри понимала, что прислуга не берётся просто так из воздуха. Повалявшись вдоволь в кровати, госпожа Лонс поймала себя на том, что это, похоже, и есть отпуск. Ничегонеделание, отсутствие чёткого плана на весь день. И… ей это совершенно не понравилось. Ничего не хотелось. Лень просто сковывала по рукам и ногам, мысли превращались в слащавую тягучую патоку, закольцовывались, и Ингри с удивлением ловила себя на том, что она обдумывала какую-то мелочь не один десяток минут.
Снаружи зазвенел колокольчик. Уцепившись за этот приятный элемент разнообразия, Ингри заставила себя подняться и выглянуть в окно. От крыльца бежал мальчишка, державший под мышкой стопку газет.
“А и точно… свежая пресса входит в обслуживание этого домишки. Что ж, хоть какой-то повод не помереть со скуки”.
Нашарив тапочки, Ингри медленно спустилась по лестнице. Нога уже почти не болела, но не хотелось случайно нарваться на коварный осколок, который проткнёт и тапочку, и ступню и снова причинит боль.
В дверь постучали. Ингри напряглась, но решила, что месячные курсы самообороны спасут её в случае чего. А если не спасут, то это будут проблемы Линсента.
Открыв дверь, Ингри увидела на пороге девушку, держащую, судя по всему, её, Ингри, газету в руках. Выгнув бровь, она смотрела на гостью, пытаясь понять, что это за наглость.
 
— Добрый день, госпожа Дэенс. Мне сказали, что вам нужна горничная… — ровным тоном человека, знающего себе цену, проговорила девушка.
Первым порывом Ингри было вырвать газету и захлопнуть дверь перед носом незнакомки. Ну кто в здравом уме нанимает юродивых? Все знают, что они не работают, а жалуются. По крайней мере, именно такой опыт был в прошлом у госпожи Лонс. Но почему-то делать это тут же перехотелось. Виной тому то ли вдумчивый взгляд зелёных глаз, то ли аккуратный внешний вид, то ли нежелание искать кого-то ещё, когда работы пруд пруди.
— Проходи, — холодно велела Ингри, пропуская будущую работницу в дом.
“Работницу… а сама? А сама? Ты уже целый день в Мольтране, но так и не нашла наших голубков! А тебе бы снять несколько картинок на кристалл!” — напомнила себе Ингри, входя в дом вслед за горничной и закрывая дверь.
— Имя? — спросила Ингри, принимая из рук горничной газету и пробегая глазами по первым строчкам.
Ни-че-го. Никакого упоминания об Илберте Ноэле или Каммии Арвинт. Что ж, не так уж и плохо. Есть шанс первой сорвать куш. Или сесть в такую лужу, что Линсент будет не одну неделю ковырять мозг чайной ложечкой, напоминая о провале. Вот почему кому-то можно быть неидеальным журналистом, а ей приходится проживать две, а то и три жизни за раз, улыбаться и в каждом амплуа быть на высоте?
— Шиллес, госпожа, — кротко ответила горничная, глядя в пол.
“А ведь… мы с тобой похожи, да, подруга? — неожиданно подумала Ингри, бросая на девушку оценивающий взгляд. У Шиллес было всё для того, чтобы блистать. В своём обществе, конечно, но ладная фигура и аккуратные черты лица могли сыграть ей на руку. Но вот отсутствие задора красноречиво говорит о том, что будущее, счастливое и светлое, для неё перестало существовать. Я это чувствую. Но почему? Что случилось?”
— Хорошо, Шиллес. У нас много работы. Во-первых, нужно подготовить меня к выходу. Если этот лентяй не поторопится, я не только без завтрака останусь, но и без обеда. Итак, пока мы с моим спутником отправимся на прогулку, нужно будет навести порядок в доме. Справишься?
— Да. — Девушка кивнула и сделала книксен.
— Хорошо. Потом обустроишься в комнате на кухне. Да, я знаю, что там должна жить кухарка, но я не хочу нанимать постоянного повара, так что можешь расположиться там. Она больше, чем комната для горничной.
Шиллес замерла и подняла на госпожу немного взволнованный взгляд.
— Что такое? — чуть поджав губы, спросила Ингри.
— Госпожа, у меня есть собака… я не могу оставить её одну дома.
Ингри замерла. Вдохнула, выдохнула, стараясь не сорваться. Когда у тебя в слугах только искусственно созданные химеры, преданные тебе с самого их “рождения”, забываешь о таких мелочах, как чужая жизнь. А ведь никто не мог запретить завести собаку… или кота… или ещё какую живность.
— Агрессивная? — сурово уточнила Ингри.
— Нет. Добрейшей души человек. И неплохой охранник.
— Кажется, на заднем дворе была конура. Приведи её в порядок. Пока я буду в Мольтране, мне может понадобиться твоя помощь в любой момент.
— Спасибо! Спасибо, госпожа! — рассыпалась в благодарностях Шиллес, а потом резко взяла себя в руки. — Госпожа, идёмте. Нам нужно привести вас в порядок. Вашим волосам нужен уход.
Ингри медленно пошла наверх, размышляя о том, что она слишком добрая для взбалмошной аристократки, которая привыкла замечать только то, что ей нужно. И так дело не пойдёт, вся вымышленная личность развалится, явив миру белые нитки. Это неправильно.
* * *
Шиллес оказалась весьма умелой горничной. Ингри осталась довольна и высокой причёской, в которую собрали её волосы, и лёгким макияжем, сделавшим лицо сияющим. Правда, для этого она сначала уверенными движениями сняла всё то, что старательно наносила Ингри.