Её некромант (СИ)

– О, вы знали, что оно мне понадобится? – Удивилась я и на руки некроманта посмотрела.
Полена не нашла. В его руках была только… я.
Отстранённо подумав о том, как заметно алкоголь притупляет умственные способности, я снова голову повернула и обиженно на некроманта посмотрела.
А он продолжал стоять, закрыв глаза, уткнувшись лбом в мою макушку и старательно уговаривая себя дышать. Просто дышать.
Я открыла рот, намереваясь указать на непозволительность его обзывания, но попросту не успела.
– Молчи, – велел маг, не размыкая глаз, так что вообще непонятно, как узнал, что я что-то сказать хочу.
– Но…
– Кейт!
– Но послушайте же!
Анаэль слушать не стал.
Вместо этого, рывком вскинув голову, он опалил меня злым предупреждающим взглядом и не придумал ничего умнее, кроме как закрыть мой рот самым надёжным способом.
Он меня поцеловал!
Это было удивительно. Удивляла в первую очередь некромантская наглость, во вторую его же опытность, потому как я была уверена: без должного опыта уметь вот так целовать было просто невозможно.
И я замерла, действительно наслаждаясь поцелуем, который медленно, но верного из нежного и невинного превратился в жаркий, страстный и в который к собственному удивлению оказалась вовлечена я. В смысле, я целовала Анаэля в ответ, причём весьма охотно и почему-то с интересом – просто интересно было, насколько ещё приятнее может быть.
И вот уже мои руки обнимают его за крепкую шею, в то время как его руки удерживают, надёжно, крепко, но так нежно…
– Ты пьяна, – лорд Редман первым разорвал поцелуй, тяжело хрипло дыша и уткнувшись лбом в мой лоб.
Моё дыхание удивительным образом тоже было сбито напрочь, я дышала тяжело и шумно, продолжая обнимать мужскую шею и желая, действительно желая, чтобы он прямо сейчас плюнул на всё на свете и поцеловал меня вновь.
Но вместо этого маг тяжело, словно ему было невыносимо сложно бороться с самим собой, с тихим стоном отодвинулся настолько, насколько это вообще возможно было, и прохрипел повторное:
– Ты пьяна.
Да… кажется, это действительно было так. И чем дольше я всматривалась в глубокие, заманивающие, завораживающие зелёные глаза, тем пьянее становилась. В какой-то момент даже появилось отчётливое ощущение, что я тону.
Безнадёжно тону в глубине чужих глаз, не имея возможности спастись, да и не пытаясь её искать.
Мне хотелось утонуть в омуте его глаз.
– Мы не договорили, – уловив что-то невменяемое в моём взгляде, не очень-то уверенно напомнил Анаэль, – и… ты пьяна, Кейт.
Зачем повторять это в третий раз?
– Вернёмся в постель? – Голос не слушался, язык едва ворочался, губы и вовсе онемели.
Но некромант понял. Его щека отчётливо дёрнулась, взгляд ощутимо потемнел, но он, переборов себя, очень хрипло ответил:
– Ты не представляешь, насколько неоднозначно это звучит.
Я не ответила, внезапно сместив взгляд с его глаз на его же тонкие, сухие и грубые на вид, но на деле очень мягкие и нежные губы.
И кто бы мне сказал, почему я вдруг снова потянулась к нему с явным намерением поцеловать?
– Кейт, нет, – к несчастью или, скорее уж, к большому счастью, Анаэль целоваться с пьяной мной не пожелал.
И уже через мгновение я была осторожно посажена прямо на пол в углу… коридора.
Удивлённо оглядевшись, поняла, что мы действительно в коридоре находимся, вскинула голову, сильно снизу вверх посмотрела на задумчивого мага и не смогла не спросить:
– А почему мы здесь?
Мой вопрос, похоже, выдернул его из раздумий. Моргнув, Анаэль сфокусировал на мне взгляд, тут же поджал губы и с подчёркнутой вежливостью сообщил:
– Кое-кто, не будем показывать на вас пальцем, леди Авель, спалил к предкам мою спальню.
– Кто?! – Изумилась я.
Помрачневший некромант глядел на меня, не моргая, несколько долгих мгновений.
– Да так, – проговорил в итоге, взгляда не сводя, – есть тут одна… леди.
Медленно, сквозь туман в сознании, но до меня всё же дошло… Нет, однозначно, алкоголь неблагоприятно влияет на мою мыслительную деятельность!
 
Смутившись, осторожно вопросила:
– Что, сильно сгорела?
Лорд Редман проснувшейся во мне сообразительности обрадовался, но вида не подал и невозмутимо обрисовал масштаб катастрофы:
– До угольков.
Вспомнилось его: «Кейтлин, давайте не будем».
И моё самоуверенное «Спокойно» в ответ.
Боже, какой кошмар.
– Вина? – Издевательски, причём правда издевательски предложил некромант.
Подтянув колени к груди, я трусливо спрятала лицо в ладошках, отрицательно покачав головой. Как же стыдно становилось, причём с каждым мгновением стыд только лишь усиливался.
– Может, полено? – Совсем уж ехидно озвучил маг иной вариант.
Кто-то тихо жалобно застонал. И это даже не Анаэль был.
Зато именно он устало вздохнул где-то там и вдруг взял и опустился рядом со мной. Не поверив своим ощущениям, я чуть раздвинула пальцы, голову повернула и поняла, что лорд Редман действительно рядом сел: очень близко, расстояние между нами было меньше ладони, привалившись спиной и затылком к стене, согнув правую ногу в колене и положив на него локоть.
Маг смотрел куда-то вперёд, на дальний конец коридора, но что-то мне подсказывало, что он едва ли его видел.
– Когда мы задерживали похитителей кольца-артефакта, – внезапно негромко заговорил он, – я не хотел обижать тебя.
Я не ответила, но слушала теперь очень внимательно, вспоминая тот день с не самыми приятными эмоциями.
Помолчав, Анаэль продолжил всё тем же негромким, немного усталым голосом:
– Я испугался. Артефакт с подобными свойствами я встретил впервые и даже не представлял, что и как мне следует делать. Но в ушах продолжали звучать твои слова: «Вы бы раньше разбили голову о стену, чем действительно смогли помешать артефакту». Не было сомнений, да и сейчас нет, в том, что это не пустые слова.
И некромант, ничего не требуя, ни на чём не настаивая и в целом ничего от меня не ожидая, повернул голову и сверху вниз в силу своего роста взглянул на меня.
Я тут же отвернулась, устремив взгляд на частично скрытые юбкой тёмного платья домашние туфельки.
И не ответила. Слов у меня не было.
Через несколько минут Анаэль продолжил сам:
– Ты знала, что происходит, и по всем законам логики мне следовало позволить тебе осмотреть артефакт на месте. Прости за то, что я был так груб. Мне действительно очень жаль.
И во мне что-то сломалось. Что-то важное и нужное, ценность чего осознаёшь лишь после поломки, когда неожиданно прорывает плотину боли, которую ты так долго держал внутри.
Ядовитыми чёрными ручейками она начала просачиваться в мою душу, отравляя воспоминания, уничтожая меня саму.
То, о чём я запретила себе думать.
То, о чём не следовало вспоминать ради собственной же безопасности.
Что-то хриплое и тихое вырвалось из горла, грудь надломилась, а щёки обожгло слезами.
– Кейт, я расстроил тебя? – Мгновенно отреагировал на перемену Анаэль и подался ближе, растерянно коснувшись моего плеча. – Почему ты плачешь?
Я задохнулась от невыносимой боли в груди, крепко-крепко обняла руками колени и, заставляя себя сохранять спокойствие, медленно проговорила:
– Вам знакомо имя лорда Гидеон Аделли?
Тело в ответ на мой же вопрос мелко затрясло.
– Нет, – замявшись, всё же ответил некромант.
Голос его был не просто холодным – ледяным, а ещё встревоженным и напряжённым.
Судорожно вдохнув, я попыталась внести ясность в одиозную личность:
– Сын бывшего градоправителя Мауборна, выпускник Столичной академии, выдающийся маг и… мой жених.
  
Глава десятая, Откровенная
 
Лежащая на моём плече ладонь мужчины ощутимо дрогнула и напряглась, но, к своей чести, лорд Редман её не одёрнул, лишь очень осторожно переспросил:
– Жених? – Голос его почему-то хриплым был.