Наказание для нее (ЛП)
Глава 6
Роман
У нее сладкий, восхитительный медовый вкус, к которому я пристрастился. Без сомнения, мне никогда ею не насытиться. Когда нам наконец-то удается сдвинуться с места, все, чего я хочу, — это чтобы она оседлала мой член.
— Мистер Арчер, — бормочет она голосом, пронизанным шоком, волнением и желанием. — Я… Я… это было…
— Превосходно, — заканчиваю я за нее. — Я хочу, чтобы ты оказалась на моем члене, лапочка. Я хочу почувствовать, как твоя тугая маленькая киска овладевает мной.
Багровый румянец покрывает ее щеки. Она опускается, располагаясь именно там, где я хочу. Прекрасные влажные губки ее влагалища скользят по моему твердому члену, и он вздрагивает.
— Ты все еще твердый, — говорит она с восхищением.
— Разумеется. Я жаждал эту маленькую киску много лет. — Моя искренность грубая. Это может быть плохо, хотя мне кажется, это совсем не так. Кажется, все, что бежит по моим венам, правильно. Так чертовски правильно, что я знаю, как только я заявлю на нее свои права, я не отпущу ее. — Оседлай меня, малышка.
Я смотрю, как она стискивает мой член, приставляя его к своему входу, и медленно опускается. Тепла и тесноты ее тела достаточно, чтобы я выплеснул все свое семя, но я стискиваю зубы и сосредотачиваюсь.
— Знаешь, я принимаю таблетки, — ее слова должны усмирить меня, однако от них я становлюсь еще тверже.
— И что ты хочешь этим сказать, крошка? — Спрашиваю я, глядя в ее большие глаза. Она медленно насаживается на мой член. Только когда я оказываюсь глубоко внутри, она наконец отвечает:
— Хочу, чтобы ты кончил в меня. — Не думал, что могу быть возбужден больше, чем сейчас, но ее слова вызывают во мне нечто большее, чем просто животные инстинкты. Они превращают меня в зверя.
— Обопрись на мою грудь и слегка приподнимись.
Она кладет свои маленькие изящные ручки мне на грудь, приподнимая маленькую упругую попку, позволяя мне взять себя в руки. Как только ее взгляд встречается с моим, я поднимаю бедра и вторгаюсь в нее. Глубже и сильнее. Все быстрее и быстрее. Ее всхлипы превращаются в крики удовольствия, пока я вонзаюсь в нее, как сумасшедший.
— Да! Роман! Мистер Арчер, О Боже! — кричит она, заставляя меня двигаться быстрее.
Стенки ее киски дрожат, и я чувствую, что она близко. Тянусь к ее розовому крохотному клитору и пальцем тереблю его, вызывая в ней трепет. Ее соки стекают по моему члену, и я уже не могу больше сдерживаться.
Настоящий оргазм проносится вниз по позвоночнику, и я кончаю внутри ее тесной маленькой дырочки. Проходит несколько секунд. Ее тело падает на мое, прижимаясь к груди.
— Это было потрясающе, — шепчет она, поднимая взгляд на меня.
— Я не должен был этого делать, — говорю я ей, ощущая тяжесть вины. Об этом будет говорить весь город. Я ей в отцы гожусь.
— Ты должен был сделать это и многое другое, — язвительно бросает она, скользя вниз по моему телу, покрывая поцелуями мой накачанный живот. Как только Киянти добирается до моего уже размякшего члена, я с полным восхищением и удовольствием наблюдаю, как она слизывает наше совместное высвобождение. Своим языком она доводит меня до очередного экстаза, но мне нужно время, чтобы поговорить с ней. Все это неправильно, но мне почему-то кажется, что ей все равно. И, честно говоря, мне тоже.
— Солнышко, нам нужно поговорить, прежде чем ты снова возбудишь меня, — говорю ей, подтягивая и прижимая к себе. — Это не совсем обычные отношения. Я уже староват для тебя — говорю я, но она качает головой.
— Кто сказал, что у любви есть возрастное ограничение?
Мне не по себе от ее вопроса. Мы все так поглощены своей жизнью и тем, что общество считает правильным и неправильным, что я отродясь не задумывался об этом. Действительно, я люблю Киянти Джеймсон.
— Думаю, малышка, я бы согласился с тобой на этот счет, но…
— Однако если я выберу тебя, то никто не сможет сказать мне, что я неправа. Мне восемнадцать, в глазах общества я вполне взрослая. Теперь мне можно поступать по-своему. И я хочу тебя.
Она так уверена в себе. Так было всегда. Возможно, именно из-за того, что она так быстро повзрослела после потери матери.
— Пожалуйста, мистер Арчер, — поддразнивая, мурлычет она мне в ухо, отчего мой член вздрагивает.
— Ты плохая девчонка, Киянти, — рычу я, хватая ее за ягодицу и сжимаю, пока она не начинает хныкать от восторга.
— Тогда накажи меня, — шутит она, и я знаю, что ни за что не позволю ей уйти отсюда. Позабочусь, чтобы когда она вернулась домой, то собрала чемоданы и переехала ко мне.
Эпилог
Мы подъезжаем к дому Рида и Сейдж. Судя по всему, раньше он был священником, и когда встретил Сейдж, влюбился в нее. Какими бы запрещенными ни были мои отношения с Романом, их отношения так же незаконны.
— Надеюсь, тебе понравится, — говорит мне Роман, беря меня за руку.
— Ты ведь рядом. Почему мне не понравится?
После того как я переехала к Роману, что-то изменилось в моих отношениях с Кайлой. Я думаю, ей трудно видеть нас с отцом, но меня беспокоит другое. Почему-то она замкнулась в себе. Даже в школе. Но больше всего меня беспокоит то, что она оказалась в беде. Я поделилась своими опасениями с Романом, и он сказал, что разберется, потому-то мы и пришли к Риду.
Мы с Романом выходим из машины, он обнимает меня за талию, и мы направляемся к входной двери. Когда та открывается, меня встречает красивая девушка, по виду ненамного старше меня.
— Роман. — Она улыбается и сжимает его в объятиях, а потом смотрит на меня. — А вы, должно быть, Киянти, — голос у нее приятный, мелодичный.
— Именно. Приятно познакомиться, — говорю ей улыбаясь.
— И мне. Проходите, — жестом приглашает нас войти первыми.
Когда мы вошли, то меня поразило то насколько домашним и в то же время современным является их дом. Я выросла в большом, пустом, холодном особняке. Но этот далеко не такой.
Войдя в гостиную, мы натыкаемся на мужчину лет тридцати. Темная щетина на подбородке, под цвет волос, и глаза светятся счастьем. Сейдж подходит к нему, и я чувствую исходящую от них любовь.
— Рад тебя видеть, Роман, — он протягивает руку, и мужчины обмениваются рукопожатием. — А вы — Киянти. — Я киваю, хотя это и не было вопросом. — Приятно наконец с вами познакомиться.
— Взаимно. Мне мало рассказывали о вас обоих, — честно признаюсь я и удостаиваюсь улыбки.
— Твой парень слишком долго прятал тебя.
То, как он говорит "парень", вызывает у меня приступ сердцебиения. Минуло уже два месяца, а я все еще испытываю странное чувство, называя Романа своим бойфрендом.
— Пожалуйста, присаживайтесь, — предлагает Сейдж. — Расскажи о себе, Кия.
— Ну, я поступила в колледж. Учусь по спортивной специальности. Пытаюсь решить, хочу ли заниматься этим.
— Невероятно. Я вот-вот получу финансовую степень, — говорит она.
— Пошли поговорим, Ром, дадим девочкам время поболтать, — говорит Рид, и я наблюдаю, как он встает. У него широкие плечи и крепкие мускулы под рубашкой, темно-синие джинсы плотно облегают бедра, и я невольно отмечаю, что оба мужчины невероятно красивы.
Оставшись наедине, Сейдж устраивается на диване рядом со мной.
— Рид упомянул, что вы с Романом живете вместе.
— Да, уже пару месяцев, — отвечаю я, допуская к себе кого-то, кроме Кайлы. Она была моей единственной настоящей подругой так долго, что странно говорить с кем-то еще. Да и потом, я не могу болтать о ее отце.
— Поначалу это сложно, когда оказываешься с кем-то постарше, — серьезно говорит мне Сейдж. — Однако если твои чувства искренни, а он хорошо к тебе относится, то почему бы тебе не быть с ним?
— Ты права. Но дело в том, что он отец моей лучшей подруги. Наши отношения испортились, и я не виню ее, просто…
— Скучаешь по ней? — она заканчивает фразу, вынуждая меня кивнуть. — Это непросто, но поверь мне, ей нужно время. Как и тебе. Все сейчас ново для вас, не стоит так давить на себя. Мы с Ридом воспринимали каждый день таким, каким он был, и от этого становились сильнее.