Зимняя сказка для Лета (СИ)

— Так что? Завтра в четыре жду тебя у себя, — напомнил о себе парень. — А теперь, извините, пора бежать. Заманали уже эти свадебные приготовления, — поделился он с нами и, распрощавшись, убежал.______________________________________
На следующий день с утра мы с Архипом съездили за продуктами. Он набил полную корзину и в ней, вопреки всему, не было ничего лишнего. Во истину, хозяйственный парень.
К четырем он нас покинул, оставив наедине с бабой Сашей. В восьмом часу мы поставили вариться овощи на салаты. Манька начала печь торт. Потом мы потихоньку все нарезали и поставили в холодильник. Сестрёнка ушла спать, а мы с бабой Сашей решили немножко посидеть еще. Она достала из шкафчика вишневую наливочку и дело пошло…
— Ты, девонька, не переживай, — проговорила она, заметив, как часто я кошусь на часы. — Димка он хоть парень и импульсивный, но верный. Скорее всего они просто наклюкаются и явится домой. Изменять он не умеет.
— Да я за это не переживаю, — честно ответила я, опрокидывая в себя наливочку.
— Ну и правильно! Ты, девка, держись рядом с ним. Он парень щедрый и хороший. Не обидит тебя.
— Я знаю, — грустно улыбнулась своему отражению в рюмке. Ну не скажешь же бабушке, что держаться мне возле него не долго осталось.
— Да и ты, вижу, хорошая девчушка. Не чета Верке. Той всегда всего мало было. Только и знала, как мотать с него деньги.
— А из-за чего они расстались? — Поинтересовалась я. Раз уж баб Саша такая осведомлённая, то и это знает наверняка.
— Да Бог их знает, — пожала она плечами. — Вроде как, не нравилось ей, что Дима боксом занимается. А он, между прочим, на этом капитал поднял.
Боксом… Вероятно так ей Дима объяснил своё сотрудничество с Алиевым. Я уже сама была не рада, что завела этот разговор. На душе заскребли кошки, стоило только вспомнить про этот "бокс". Стало погано. Баба Саша, словно уловив мое настроение, достала вторую бутылку, которую мы тоже прихлопнули.
Потом она отправилась спать, а я осталась в зале. Бормотание телевизора немного успокаивало. Мне даже посчастливилось заснуть. Правда, не на долго. Во втором часу ночи явился сосед. В прихожке он старался сильно не шуметь, поэтому возился там довольно долго. Потом вошел в зал, плотно закрыв за собой двери. Меня он увидел не сразу, только когда завалился на диван, где я скромно притулилась у стеночки.
— Ты чего тут? — Спросил он, дыхнув на меня алкоголем.
— Телевизор смотрела.
— Иди спать, — сказал он, отвернувшись от меня.
— Когда у тебя бой?
— Седьмого, — пробормотал он, уткнувшись в подушку.
— Можно я останусь? — Поинтересовалась я.
— Оставайся, — вяло разрешил он, так и не обернувшись. Я улеглась обратно. Подумала и придвинулась к нему теснее, уткнувшись лицом в его горячую спину.
На душе стало в разы спокойнее. Я слышала биение его сердца и, вопреки всему, верила в то, что он останется жив. Возможно, у нас даже что-то с ним получится. Ведь все эти легкие поцелуи в висок, объятия и прикосновения должны для него что-то значить. Сомневаюсь, что он ведет себя так со всеми.
— Лет, что ты делаешь? — Спросил Архип, почувствовав мою руку на своей груди. Я робко одернула её и отвернулась к стене, чтобы не появилось соблазна сделать это вновь. Он вздохнул и повернулся. Я почувствовала его дыхание на своей спине. Поразмышляв с секунду, парень притянул меня за талию поближе. Я судорожно выдохнула, почувствовав степень его возбуждения, красноречиво упирающуюся в меня сзади.
— Зачем тебе все это нужно? — Шепотом поинтересовался он, зарывшись носом в мои волосы. — Ты понимаешь, что тебе будет больно потом?
— Я хочу знать, как бы это было, — прошептала я в ответ, прижавшись щекой к его руке.
— Спи, Лет, — проговорил он, резко выдохнув. — Спи. Я во всяком случае сейчас не в том состоянии, чтобы показать тебе, как бы это было.
Легко сказать "спи", когда я лежу к нему так близко и чувствую его желание. Ощущаю его дыхание в своих волосах, ощущаю жар его рук на своем теле.
— Дим, — прошептала я со сбившимся дыханием.
 
— Лет, — также тяжело вдохнул он воздух, — Спи. Я не хочу с тобой по-свински. Ты достойна гораздо большего, чем пьяный секс.
Прикоснувшись губами к моей шее, он перевернулся на спину. Я удобно устроилась на его плече и, с трудом, но уснула.
*Пионерлагерь Пыльная Радуга — "Я передумал"
  
Архип
 
Проснулся я практически в седьмом часу утра в обнимку с Летой.
Припомнил события этой ночи и задался вопросом:
Какого черта я делаю?
Вчера я едва не сорвался и не взял ее на этом самом грёбанном диване. Остановило только то, что мы находились под боком у бабушки и я был свински пьян.
Аккуратно выбравшись из-под Леты, которая удобно устроилась на моем плече, я направился в душ. Холодная вода выбила из головы оставшийся хмель и теперь я мог соображать яснее.
Сварив себе кофе, вышел на веранду. Уселся на стул и уставился в окно. Было еще темновато, но снегопад различить было возможно.
Закурив, устало потер ладонью лицо и откинулся назад.
Каким же нужно было быть бараном, чтобы пообещать ей ночь? Признаюсь, её откровенные слова о том, что она хотела бы знать, как это будет, выбили из меня весь воздух. И я захотел её еще сильнее, чем хотел до этого.
— Лета, Лета, — сокрушенно прошептал я, втянув дым.
— Чего терзаешься после ночи? — Громыхнула бабушка, бесшумно войдя на веранду. — Был с девчонкой, так будь добр, неси теперь ответственность за свои действия.
— Да не было у нас ничего, — ответил я, обернувшись.
— А нужно, чтоб было, — настаивала она, присев напротив.
— Да не могу я…
— Неужто все по Верке своей сохнешь? Так ты брось это, Андреева она.
— Да причем тут Вера?
— А что причем?
— Ты не понимаешь, ба… Ну не могу я, не должен. Не будем мы вместе.
— Послушай старую женщину, внучек. Раз уж ты привез её сюда, то она явно заслуживает твоего внимания. Абы кого ты сюда тащить не стал бы. Я правильно думаю?
— Да правильно, правильно, — кивнул я, сбросив пепел. — Баб, складывается так, что не судьба нам. Понимаешь? Не по пути. А жить ей потом как одной?
— Ничерта в твоей околесице не поняла, — призналась она, забивая трубку. — Но дам тебе совет, коль уж ты его ждешь. Хочешь её — так добейся и возьми. И пусть все идет так, как идет.
— А дальше что?
— Да какая разница? Вот твой дед. Он взял меня в жены, хотя знал, что ему не долго осталось. Рак сожрал его через два года.
— И ты была счастлива?
— Была, — честно ответила бабушка. — Я до сих пор вспоминаю, как мне было с ним хорошо.
— Это слишком эгоистично, — ответил я. — Я не хочу так.
— Ну, сам знаешь. Лета — девушка хорошая, долго без ухажера сидеть не будет. Найдется, кто посговорчивее тебя. А ты — дурак. Ты ей нужен, видно невооруженным взглядом.
— Спасибо, ба, ты всегда найдешь добрые слова, — усмехнулся я. Она кивнула и задымила свою махру, от которой резало глаза.
В двенадцатом часу мы уже сидели за столом и праздновали. Я специально сел возле Леты, чтобы Ванька, елейно выяснявший у меня часом ранее в каких отношениях мы состоим, не вздумал подбивать к ней клинья. Я все-таки понял, что оказался эгоистом, ничем не лучше своего братца. И за своё готов был глотку перегрызть кому угодно. Странно, но Лету я стал считать этим самым "своим". Возможно, после ее признания ночью, а может быть еще раньше. Тогда, когда спас ее от Валерия…
Девушка сегодня была неотразима. В белом вязаном платьице, в длинных вязаных чулках, презентованых бабушкой и с идеальными кудряшками на голове. Вспомнилась песня, которую я еще не так давно ей пел: "Малышка тряхнёт кудрями, Ах, Боже мой, как пахнут они травой. Я буду немножко пьяный, Я не пойму, я не пойму, что со мной…"
Действительно, я перестал понимать, что со мной. И, может быть, от того старался рядом с ней всегда быть немножко пьяным.