Зимняя сказка для Лета (СИ)

— Схожу. — Разлив по чашкам кофе, уселась на хозяйский стул у окна. — Тебя же, болезного, я не отправлю, — нагло заметила я, откусывая бутерброд. Он усмехнулся, но промолчал.
Быстро позавтракав, вышла в коридор. Архип достал из своей любимой ветровки плотный конверт. Вытащил три крупные купюры и протянул мне.
— А помельче не имеется? — Поинтересовалась у него, накидывая куртку.
— Мороженку купишь себе.
— М-м-м, — протянула я, озабоченно осмотрев соседа, — тебя вчера и по головушке шмякнули, да? На дворе без пяти дней зима.
— Купи мне обезболивающего. Посильнее.
— Морфину?
— Если найдешь — купи, — согласился он вполне серьезно. — Сигарет возьми и порошок кончился. Его тоже возьми.
— Хозя-я-яюшка.
На улице было промозгло и снова начал накрапывать дождь. В магазинчике за углом купила большую упаковку порошка, две пачки сигарет и пошла в аптеку, скромно притулившуюся рядом. Там встретила Игорька, которого сразу даже и не узнала.
— Фига се, чудовище лесное! — Воскликнула я, таращась на его лиловые синяки на скулах, основательно заплывший глаз и разбитые губы.
Матвеев сморщился, бросив на меня недружелюбный взгляд.
— Кто это тебя так любезно?
— Упал.
— Почаще так падай. Тебе идёт.
— Комарова, иди куда шла, — процедил сквозь зубы, расплатился за обезболивающее и вышел, не забыв хлопнуть дверью.
— Хорошее обезболивающее ему дали? — Поинтересовалась в окошко я. Девушка за стеклом кивнула. — Тогда мне такое же. И ещё какое-нибудь на всякий случай. Только посильнее.
Расплатившись, забрала лекарства и пошла обратно.
— Знаешь, кого видела сейчас? — Поинтересовалась у Архипа, лениво щёлкающего на диване пультом.
— Боюсь даже представить, — отрешённо обронил он. Палец на пульте замер, едва стоило ему дойти до новостных сводок с мест боевых действий.
— Матвеева. Вся рожа размалёванная. Не слабо его кто-то потрепал.
— И он даже не сказал, кто? — Архип с мнимым интересом перекинул на меня взгляд.
— Не сказал. Послал меня и ушел.
— И ты, конечно, обиделась.
— На Матвеева? Нужен он мне, как собаке пятая нога.
— Порошок купила? — Сменил тему, вновь уставившись в телевизор.
— Ага. Вот, кстати, держи, — протянула ему две упаковки таблеток и три веселенькие цветные упаковочки, по виду напоминающие контрацептивы.
— А это для чего? — практически безразлично спросил он. — Не думаю, что…
— Это аскорбинка, — прервала поток ненужной информации. — Тебе витаминчики не помешают.
Краем глаза отметила его скользнувшую по губам улыбку. Вытащила из другого кармана сигареты и деньги, две купюры из которых так и остались нетронутыми.
— Оставь себе пачку. И стирку закинь.
— Что-то ты раскомандовался, — буркнула я. — Болезнь на тебя плохо влияет.
— А ты что-то, смотрю, осмелела, — заметил он.
— Да что ты мне такой сделаешь? По дому и то еле ходишь, — ответила, осознав вдруг, что я его действительно не боюсь. По крайней мере, сейчас.
Закинув в машинку две нашедшиеся в корзине футболки, вновь вернулась в зал с тряпкой для пыли.
— Ты такой чистюля, аж раздражает, — брякнула я, увидев, что пыль, как таковая, отсутствует.
— А что, если я живу один, значит, что у меня дома должен быть такой срач, что в пыли картошку выращивать можно? У тебя такие стереотипы, да?
— Просто неожиданно… Мама, видимо, воспитала хорошо?
— Армейская привычка, — сухо ответил он.
— А ты служил?
— А что тебя так удивляет? Или бандиты служить не могут?
— Да ты задолбал меня уже со своими бандитами! Прицепишься к слову, как вошь на ло…, - хотела сказать, лобок, но вовремя осеклась, видя его насмешливый взгляд, — кхм… волос.
— Ай-я-яй, такая культурная девочка и такими фразами сыпет, — по цокал укоризненно, за что я кинула в него мокрой тряпкой.
На секунду воцарилась тишина. Мы вдвоём уставились на тряпку, потом перевели взгляды друг на друга. Я была поражена своей смелостью, сосед, видимо, тоже.
— Нормальный поворот.
— Прости, — пискнула я, испугавшись его ответной реакции.
— Пошли, покурим, — предложил поднимаясь. Взял тряпку и проходя мимо всучил её мне в руки. Я выдохнула, понимая, что не накликала на себя его дьявольский гнев.
 
Повесив тряпочку на место, вышла в подъезд. Архип уже курил, держась одной рукой за рёбра.
— Может бросишь на время?
— Лишить себя единственной радости? Смысла не вижу.
— Хреново ты, однако, живёшь, если сигареты у тебя единственная радость.
— А ты чего дома сегодня? — Спросил он, проигнорировав мою фразу.
— Степановна заболела, так что у нас сегодня выходной, — ответила я, подкурив сигарету.
— Агнесса?
— Она самая. А ты её откуда знаешь?
— Оттуда же, откуда и ты. Её пары по физ. мату наверное всем в кошмарах снится будут.
— О, это точно, — согласилась я, вспомнив тяжелый, склочный характер этой тётки. — Ты тоже в ГТУ учился?
Архип кивнул, выпуская дым в потолок.
— И кто ты у нас?
— Инженер-конструктор.
— О как. — Я удивилась. — И где ты работаешь?
— В тату-салоне.
— Инженером-конструктором?
— Тату-мастером.
— Серьёзно?
Сосед настоящий подарочек. Бандит и тату-мастер в одном лице. Адская смесь, пожалуй.
— Более чем.
В его кармане брякнул телефон. Глянув на дисплей, он затушил сигарету и вошёл в квартиру.
Когда я уже собралась идти за Манькой, он окликнул меня из зала.
— Подожди. Вместе выйдем.
Я смиренно кивнула. Через пару минут он появился в парадно выходной одежде, надел кроссовки и ветровку.
— Там холодно, — заметила я. — Оденься теплее.
— Пошли.
Засунул в карман какие-то документы, ключи из тумбочки и пропустил меня вперед.
На улице разошелся не шуточный ливень.
— За мной, — скомандовал, быстрым шагом направившись к торцу дома.
Дошёл до гаражей, быстро открыл один из них и кивнул мне внутрь. В нос сразу же ударил запах бензина и машинного масла. Архип подошел к старому потасканному временем Вольво. Открыл водительскую дверь, кивнув мне на пассажирское место. Не долго думая забралась в салон. Он завел машину и плавно вывел её из гаража. Вышел, закрыл гараж, вернулся и также плавно выехал со двора.
— Ты за Машей? — уточнил он. Переключил передачу. Поморщился. Видимо, рёбра давали о себе знать.
— Да.
— Где она учится?
— Двенадцатая школа. За "Семью звёздами".
— Знаю, — кивнул, выруливая на трассу. Включил печку и магнитолу. По салону оглушительно долбанула музыка, перекрыв звук стучащего о крышу ливня. Сделав потише, снова обратился ко мне: — Заедем потом в одно место?
— Хорошо. Твоя машина?
— Нет, мы её только что украли, — ответил сосед, внимательно следя за дорогой.
— Ты сбрендил что ли? Остановись немедленно!
Не хватало ещё и в такую историю влипнуть.
— Архип! Остановись!
— Да не переживай. У меня всё схвачено.
— Ты башкой основательно долбанулся? Хочешь ехать, поезжай один. Я в этом не участвую.
— Уже участвуешь.
— Звезец, — прошептала я, обреченно выдохнув. Сосед ухмыльнулся. — Ты сейчас опять надо мной стебался, да? — Зло поинтересовалась я. — Это, по-твоему, смешно?
— Видела бы ты выражение своего лица, — проговорил он. — Если бы я хотел угнать тачку, я, как минимум, выбрал бы соседний гараж. Бугатти Матвеева представляет большую ценность, чем моя развалюха.
— То есть, ты не отрицаешь, что умеешь угонять тачки? — В принципе, я уже ничему не удивлялась.
— Хочешь, чтобы я тебя научил? — С живым любопытством спросил он, останавливаясь на светофоре.
— Не думаю, что мне это пригодится в жизни, — буркнула я, посмотрев в его искрящие весельем глаза.
— В жизни всё может пригодиться.
— И что, тебе пригождалось?
— Знаешь, как в наше время бабы на крутые тачки клюют? — Ответил он серьезно, но глаза его продолжали смеяться.