Миссия: планета Битер (ЛП)

Когда она открыла глаза, Рот нависал над ней.
— Нет, Вера. Нет! — его голос, как и лицо, был сердитым.
— Ты меня не хочешь? — она ненавидела себя за то, что ее глаза наполнились слезами, но ничего не могла с этим поделать.
Рот резко втиснулся меж ее бедер, раздвинув их еще шире, и склонился над ней так низко, что нечто твердое уперлось в ее киску. Его золотистые глаза сузились.
— Ты все еще под действием наркотика, Вера. И не можешь мыслить рационально. Ты потом пожалеешь об этом.
— Нет, не пожалею. Я хочу тебя. Ты мой. Я тебя не отпущу.
Он прикрыл глаза и, отвернув голову, сделал несколько глубоких вдохов. А затем приподнял верхнюю часть торса на несколько дюймов, что позволило ее любопытному взгляду, скользнувшему по его груди к животу, обнаружить весьма внушительную выпуклость, оттопырившую тонкую ткань штанов в районе паха.
Его хватка на ее запястьях ослабла, поэтому она без раздумий обхватила его шею и притянула к себе. В ту же секунду — стоило их телам соприкоснуться — глаза Рота распахнулись, и он, вновь обхватив ее запястья, прижал ее руки к кровати.
— Нет, Вера, — он резко поднялся, отпустил ее руки и попятился назад.
Вера, сев, уставилась на его пах.
Очертания этой выпуклости были хорошо ей знакомы. Выходит, его член не сильно-то отличался от человеческого. Просто был гораздо больше, судя по его форме и размеру.
Резко развернувшись, Рот рванул в ванную.
— Оставайся в постели, — приказал он. — Мне нужна минута, чтобы прийти в себя.
Вера почувствовала, как слезы, капая с ресниц, стекают по щекам.
Рот не закрыл дверь, но его не было видно. Она опустила глаза и замерла в смущении. Ее больничный халат задрался до самой талии. Она покраснела и, что еще хуже, почувствовала себя извращенкой.
Рот был очень добр с ней, а она набросилась на него как мартовская кошка.
Он был мускулистым веслорским бойцом, она — отощавшим оператором дронов. К тому же под действием наркотика мало чем отличалась от психически больной. А попыткой соблазнить его выставила себя идиоткой.
«Вот чем я отплатила за все, что Рот для меня сделал».
Вера сжала бедра, потянула вниз халат, прикрывая колени, и скрестила на груди руки, пряча торчащие от возбуждения соски, чего не могла скрыть тонкая ткань халата.
В этот момент в ванной полилась вода… похоже, в раковину.
«Интересно, а Рот сожалеет, что вообще меня встретил?»
Когда вода перестала журчать, Вера прижала подбородок к груди, отказываясь смотреть на Рота. Хотя слышала, что он подошел к кровати.
— Вера, тебе лучше?
— Мне так жаль.
Подойдя к ней сзади, он нежно погладил ее по спине.
— В этом нет твоей вины. Наркотик еще не вышел из твоего организма. Постарайся немного отдохнуть. Я буду рядом.
Дверь смотровой со скрипом отворилась.
— Я принесла вам поесть, мистер Рот.
Как только он перестал ее гладить, Вера легла на бок и укрылась одеялом. Она осмелилась взглянуть на него, лишь когда Рот забрал у медсестры большой поднос с едой и направился к стойке у дальней стены с намерением поставить его туда.
— Ты хочешь кушать, Вера? — его тон был мрачным. — У меня тут три тарелки.
— Нет. Я лучше отдохну. Ты прав. Мне нужно поспать.
— Я буду здесь, с тобой. Я не уйду.
От его слов на душе стало еще тоскливей.
Она набросилась на него, как дура, а он не ушел и продолжал о ней заботиться. Если бы парень, к которому она не испытывала влечения, начал к ней приставать, ей бы стало не по себе. Но Рот был слишком милым, чтобы уйти и оставить ее без присмотра.
Вера вытерла слезы, чувствуя себя глубоко несчастной.
Рот кушал. Она слышала это, так как в комнате было очень тихо.
Закончив с едой, он тут же вернулся к ней и снова нежно погладил по спине.
— Вера, ты в беде. Пожалуйста, не плачь.
Ей хотелось открыть глаза, чтобы посмотреть на него, но она не могла.
«Если я увижу на его лице жалость, то разрыдаюсь в голос».
— Я сожалею о том, что сделала. Ты был так добр ко мне.
— Твои эмоции все еще нестабильны из-за наркотика. В этом нет твоей вины. Мне нужно было после душа сразу же надеть рубашку. Я знаю, что нагота, в большинстве случаев, стимулирует людей к сексу. Моя обнаженная грудь смутила тебя. Не беспокойся об этом. Я твой друг.
 
«Ох черт, — Вера с трудом сдержалась, чтобы не отпрянуть от большой ладони, поглаживающей ее спину. Нет, она не хотела быть ему другом. Рот был ее ангелом-хранителем. — И почему он не один из тех инопланетян, что принимают улыбку за согласие выйти замуж?»
Она слышала о подобном случае, произошедшем на одной из космических станций. Эта история тогда ее так впечатлила, что, бывая на них — по правде сказать, не так уж и часто, — она избегала даже смотреть на чужаков. Вот только Рот не был одним из тех пришельцев, что ищут себе жен. Но даже если бы и был, она, очевидно, не в его вкусе.
Дверь снова скрипнула.
— Пришло время еще одного забора крови. Мисс Уэйд, вы должны лечь на спину, чтобы кровать смогла это сделать.
Рот убрал свою руку.
Закрыв глаза, Вера перекатилась на спину и вытянулась в струнку. Через несколько секунд что-то кольнуло ягодицу, но она стиснула зубы, чтобы не ойкнуть.
— Спасибо. Где-то через час доктор Кейн проведет обход. Она сообщит вам свои выводы о состоянии вашего организма. Вам еще что-то нужно?
Вера повернула голову на голос медсестры и открыла глаза.
— Нет, спасибо.
Женщина улыбнулась ей, а затем повернулась к Роту.
— Все в порядке, — заверил он ее.
Медсестра ушла, оставив дверь приоткрытой.
Глубоко вдохнув, Вера постаралась взять себя в руки. Ей пришлось приложить кучу усилий, чтобы заставить себя посмотреть на Рота.
«Он надел рубашку. Видимо, испугался, что я снова буду приставать к нему».
Их взгляды встретились, и она облизнула вмиг пересохшие губы.
— Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал, Рот. Мне не хватает слов, чтобы выразить свою признательность. Ты стал моей поддержкой с той минуты, как нашел меня на исследовательской станции. Я так многим тебе обязана… даже не знаю, смогу ли когда-нибудь расплатиться. Но я непременно найду способ сделать это. Знаешь, Рот, я и так отняла у тебя слишком много времени. Тебе пришлось многим пожертвовать ради меня. Но теперь, думаю, ты можешь идти. Я вполне справлюсь сама.
Он приблизился к кровати.
— Ты все еще под действием наркотика.
— Но уже не так безумна, как раньше. Ты провел со мной много времени, и я тебе безмерно благодарна. Со мной все будет в порядке. Пожалуйста, Рот, возвращайся к своей жизни. Ты действительно мой герой. Я высоко ценю все, что ты для меня сделал.
Рот нахмурился.
— Думаю, мне лучше остаться.
Вера боролась со слезами, желая того же самого. Но, к сожалению, она не интересовала его как женщина. И вряд ли когда-либо заинтересует. Зато сама, похоже, слишком привязалась к своему здоровяку-инопланетянину.
— Рот, тебе на самом деле пора идти. Пожалуйста. У меня все будет хорошо. А у тебя есть своя жизнь. И мне действительно нужно поспать. Спасибо… и до свидания, — она повернулась на бок, закрыла глаза и натянула на голову одеяло.
Слезы ручьем катились из глаз, но она старалась делать это беззвучно.
— Вера… — его хриплый голос был нежным.
— Думаю, будет лучше, если ты уйдешь. Сейчас. Спасибо тебе за все.
Прошло какое-то время, прежде чем она услышала его сокрушенный вздох.
— Вера, если тебе что-нибудь понадобится, пусть люди вызовут меня.
— Хорошо. Так и сделаю.
Дверь скрипнула.
Когда она осмелилась выглянуть… его уже не было.
Дав волю слезам, она горько расплакалась.
Глава 8
Зайдя в один из баров на борту «Красного Кода» и заказав бокал вина с закуской, Вера решила расположиться в самом дальнем затемненном углу в надежде, что это отобьет охоту у желающих поболтать с ней.