Аферисты - Славные времена
- В известной степени. - вынуждено признал Комаровский, дотянулся до полотенца на гвоздике и краем его вытер разбитые губы.
- Тем лучше. Я думаю, что для вас будет полезней, если в случае чего вы будете придерживаться общей версии свидетелей - пришли в баньку попариться, все было хорошо. Но Воронцов выпил, сердце прихватило и...
- Всех свидетелей обломали? - насмешливо спросил Альфред Викторович. - Кого денежкой, кого мордой об стенку?
- Правильно мыслите. - нехотя кивнул Ишак.
- Кто всем заправляет?
Ишак взглянул удивленно, но искренности изобразить не сумел, актерским дарованием не обладал.
- Чем заправляет?
- Кто отдал приказ прожарить халявщиков в бане?
- Я, - поколебавшись, ответил Ишак. - Слишком много дрянного народа после смерти босса начало крутиться вокруг Хозяйки.
- А она ещё Хозяйка? - подозрительно спросил Комаровский. - В чьи руки переходит фирма? Кто тут власть прибирает?
Ишак удивился вполне искренне.
- Разве так трудно догадаться, Альфред Викторович? Естественно на фирме главным становится младший партнер покойного Чуракова - Николай Николаевич Тарасов.
- Коля? Мало верится, Ишак. - усмехнулся Комаровский.
- Но тем не менее это так. Происходит "зачистка" территории, убирается лишний народ. И уж простите меня, ваше время здесь тоже кончилось, Альфред Викторович. Подыщите себе другую среду обитания. И ещё одна личная просьба. Сохраним хорошие отношения. Я вас в определенный момент, если помните, уберег от больших неприятностей, всего лишь сделал из вас чучело.... Так что убедительно прошу - не называйте меня "Ишаком". Я Петр Васильевич Ишаков. Ударение на "а".
- Смени фамилию и все дела. - снисходительно посоветовал Комаровский.
- Я своей фамилией - горжусь. - резко ответил Ишаков. - Ну, мы обо всем договорились?
Туман в мозгу Альфреда Викторовича уже расселся, он мог мыслить с достаточной степенью ясности, а потому тут же принялся прикидывать варианты этой торговли, чтобы "из любого свинства кусочек свинины", по выражению великого поэта Гете - вырезать.
- Предположим, Ишаков, я не собираясь оспаривать твою версию кончины Воронцова. Но тогда объясни мне две вещи...
- Какие? - деловито спросил Ишаков.
- Первое: кто пытается в натуре заправлять делами на фирме "Славянский улей"? Второе: кто по твоему разумению убил Федю Чуракова?
- И при таких условиях вы исчезнете с нашей территории?
- Да. - решительно солгал Комаровский.
- Добро. Обьясняю третий раз для тех, кто не понял с первого. В связи с гибелью главы фирмы "Славянский улей" громадное хозяйство по торговле недвижимостью и побочному промыслу остается без присмотра, поскольку вдову покойного считать за хозяйку никак невозможно. Естественно, происходит некоторое перераспределение власти, капиталов и прочего всего, что с этим связано.
- Капитал рвут на части? - встрял Комаровский в монолог лектора, но Ишаков поморщился неразумности плохого студента - Важен не капитал. Важна система созданной фирмы, связи, структура. Деньги сегодня найти раз плюнуть! Только вовсе ленивый не отыщет пару десятков миллионов, но какой в них прок через пару лет?! Нужно создать ДЕЛО, фирму, живой, развивающийся организм! И оно уже создано - "Славянский улей"... Сейфы банков грабят только полные кретины, это забавы минувших веков, хоть это вам понятно?
- Ладно. Понятно. - сдался Комаровский.
- А потому ответ на заданный вопрос: наложить лапу на фирму охотников много. И за всеми ними я тщательно слежу. Имени лица, конкретно атакующего, пока назвать не могу. Не знаю.
- Положим - ответили. - принял не совсем конкретное объяснение Комаровский. - Кто по твоему убил Федю?
- Не знаю. - тяжело, после паузы повторил Ишаков. - Не знаю, черт побери! Это же и для меня удар с трех флангов разом!
- Как это? - не понял Комаровский.
- Да так! - зло ответил Ишаков. - Во-первых, этот прокол бросает тень на мою репутацию, как профессионала. Во-вторых: я скорее всего потеряю хорошее место. А в третьих, мне просто жаль Федора. Черт меня дернул послушаться и уехать! Я ж так понимал, что они поскандалят, а потом в койку миловаться полезут! А я уехал, дурак, послушался! Решил, что в безопасности хозяина оставляю, поскольку никто не знал, что мы вернулись из Египта.
- Ишаков, - тихо сказал Комаровский. - Вы не были в Египте. Не были в офисе в Каире.
Ишаков шагнул к нему и спросил угрожающе.
- А вам это откуда известно?
- Известно и все. Но теперь это значения не имеет.
- Может быть. - неуверенно произнес Ишаков. - Чураков в Голландии собирался закрутить большое дело. Как я понимаю, щекотливое, как всякий бизнес с иностранцами-засранцами. На первом этапе держал его в секрете, чтоб конкуренты не перехватили, потому мы и уехали тайно. Вам Нина сказала про Голландию?
- Да, Нина. - Комаровский счел откровенность за лучший прием в торговле данного порядка.
- Конечно, она. Кроме неё не знал никто... А Федора убили просто грабители. Следили за виллой, или наводка была. Но почему он двери в дом открыл? На них никаких следов взлома.
- Значит, попросился в дом кто-то из знакомых Феди. - осторожно заметил Комаровский. - Тот, кто знал, что он вернулся. Тот, кому Федя доверял.
Ишаков, казалось не расслышал слов Комаровского, хмуро смотрел в стенку, рассуждал сам с собой.
- Ну, забор у нас всего лишь забор, он всегда не преграда, если не под током высокого напряжения. Этого Федор не захотел, сколько я не предлагал. Но двери то все-таки он открыл?
Он встрепенулся, оторвавшись от угнетающих мыслей и спросил.
- Есть ещё проблемы?
- Пустяковые, - небрежно заметил Альфред Викторович. - Откуда появились здесь Гном с Ружьем и этот балбес с мордой кота?
- Его так и зовут - "Кот", - засмеялся Ишаков. - Я их обоих выпросил из охраны Семки Беркина-бензиньщика.
- Зачем?
- Затем, что положение стало серьезным и мне нужна помощь. Меня на нашей фирме "Охрана и нападение" за этот прокол в работе ждут большие неприятности.
- Голова полетит?
- Не знаю. - недовольно ответил Ишаков. - Скорее всего в чине понизят. Из начальников службы безопасности при хозяине, стану рядовым сторожем. У нас на фирме строго.
Комаровский попытался рассмеяться, хотя губы и десна болели.
- "Охрана" - это понятно. А что твоя фирма понимает под "Нападением"?
- Нападение - составная часть охраны. Позвольте уж не читать вам начальный курс моей профессии. Мы обо всем договорились?
- О чем?
- Я смею надеяться, что вы исчезнете завтра?
- Завтра? - вскинул наивные глаза Комаровский. - Завтра - нет!
Ишаков долго молчал, не сводя глаз с Альфреда Викторовича, потом произнес тихо.
- В опасные игры играете, Альфред Викторович. А главное - не в свои игры. Вы специалист по фигурному катанию - парные танцы на льду. А пытаетесь пробиться в хоккей. Это игра грубая. К тому же у нас была договоренность и манкировать просто неприлично.
- О приличиях говорить не будем, но Комаровский всегда держит свое слово. - строго объявил Альфред Викторович. - Завтра покинуть виллу я не могу, поскольку вдова просила меня уладить кое-какие дела бытового порядка. Но ПОСЛЕЗАВТРА - Комаровский выполнит все пункты нашего договора, господин Ишаков.
- О кей, - кивнул Ишаков, двинувшись к дверям. - Так будет лучше для всех.
Альфред Викторович остался один и тут же прочно запер все двери, плотно закрыл жалюзи, затем нашел на кухни газеты, помял их и разбросал на полу в коридоре, кухне и комнате - явись сюда ночью, тайно кто-нибудь, когда Комаровский опочивать изволит - он проснется от шелеста бумаги под ногами злоумышленника.
Он прилег на диван, уставился в потолок и попробовал прикинуть динамику развития события в свете новых фактов. Смерть Воронцова, перепарившегося в сауне, Альфреда Викторовича настолько не волновала, что он о ней и не думал - не его это была забота.Коль скоро Воронцов скончался в больнице и человек десять уже набралось, которые будут истово утверждать, что Воронцов в сауне хлебнул лишку, перепарился и сердце сдало - то надо было быть истинным кретином, чтоб выдвигать в одиночку иную версию. Мир твоему праху, Воронцов - ты полез не туда, куда следовало.