Опасная зона (СИ)

— Если бы и было занято, тебя это не остановило бы.
Соло улыбнулся, садясь.
— Рад видеть, что до тебя наконец это доходит.
— Как я говорил, ты не особо деликатный.
— Нет, не особо.
Мы молча смотрели, как взлетает очередной самолёт, звук был достаточно долгим, чтобы заглушить шум в моей голове, из-за чего я подсознательно и выбрал это место.
Краем глаза я увидел, как Соло трёт губы. Эти губы, которые были на вкус так же хороши, как на вид.
— Ты быстро убежал.
— Да уж.
— Я не жалею.
Этот комментарий был таким далёким от раскаяния, таким… в стиле Соло, что мои губы изогнулись.
— Я не удивлён.
— Хочешь, чтобы я извинился?
Я поднял взгляд к небу, обдумывая это. Моё тело боролось с разумом, отчасти мне хотелось, чтобы он просто забыл о том, что произошло между нами, а с другой стороны я отчаянно жаждал того, что он хотел дать.
— Всё просто, либо «да», либо «нет», — сказал Соло, опираясь на свои руки, чтобы повторить мою позу.
Я покачал головой.
— Всё намного сложнее.
— Из-за твоего отца?
Тот факт, что он точно назвал источник практически всех моих внутренних конфликтов, меня взбудоражил.
— Я попробую угадать, — продолжал он. — Полагаю, он не хочет, чтобы ты жил открыто на виду у всех его коллег.
— Он не хочет, чтобы я жил открыто, в принципе.
— Ааа, — он сделал паузу, пока взлетал ещё один самолёт. — А чего хочешь ты?
Я открыл рот, чтобы ответить, но когда ничего не вышло, я нахмурился.
— Наверное, это тоже сложно, — я посмотрел на Соло, кладя подбородок себе на плечо. — А что насчёт тебя? Какая у тебя история?
— Пытаешься отвести внимание от себя. Я понял, — усмехнулся он. — Ну, давай посмотрим. Я родился четверть века назад, у меня были родители, они умерли, был брат, тоже умер, я стал самым крутым лётчиком-истребителем ВМФ и-и-и затем встретил тебя.
Чёрт. Я знал историю про его брата, но не знал, что у него не осталось никакой семьи.
— Соло, я…
Он отмахнулся.
— Всё в порядке. Я в норме.
Я сомневался, что был бы в норме в его положении, и Соло ведь не был каким-то неуязвимым суперчеловеком, на которого ничего не влияет, даже годы спустя. Когда он отмахнулся, я задумался, как глубоко засела боль.
— Можно спросить, что случилось с твоими родителями?
Соло пожал плечами.
— Возраст. Я был у них поздним ребёнком, и после Хосе… Такое происходит тройками, знаешь? Бам, первый, второй, третий в течение года. Сиротка Соло, — из его горла вырвался грубый смех. — Понял? Сиротка… Соло.
Меня не удивило, что он пошутил о чём-то таком тяжёлом для себя. Это было вполне в его стиле, разве нет? Смеяться над всем и вся, чтобы скрыть ранимость, которая таилась так глубоко, что никто не найдёт.
— Я сожалею о том, что произошло с твоей семьёй, — тихо произнёс он.
— Я же сказал, всё в порядке.
— Если не в порядке, это нормально.
Соло нахмурился и открыл рот, чтобы что-то сказать, без сомнений что-нибудь хитроумное, но затем передумал и опустил взгляд на свои руки.
— Не уверен, что хуже. Когда нет родителей или когда ты ненавидишь родителей, которые есть.
Носком ботинка я рисовал линии на песке, чтобы хоть чем-то заняться и не смотреть на мужчину рядом с собой.
— Я его не ненавижу. Он хочет для меня только лучшего.
— Почему ты всегда его защищаешь?
— Он мой отец. Ты его видел. Он одна из тех ярких личностей, перед которой все преклоняются. Если я буду меньше, чем идеалом, это отразится на нём.
— Хмм. Ты достаточно совершенен, — Соло толкнул меня локтем, чтобы я посмотрел на него, а затем он улыбнулся, и эта улыбка добралась до его тёмных глаз. — Готов поспорить, ты бы всё равно был чертовски горячим, даже если бы не был идеальным.
Я удержал его взгляд, а затем отвёл глаза в сторону, хохотнув.
— Ты просто хочешь снова меня поцеловать.
— Чертовски верно. Даже это у тебя получается идеально.
Я закатил глаза, и он рассмеялся.
— Это правда. И на самом деле это чертовски раздражает. Надеюсь, это какая-то вспышка, и когда я поцелую тебя снова, твои губы будут как у рыбы, и это будет сниться мне в кошмарах.
 
— Какого хрена ты на это надеешься?
— Чтобы перестать думать о тебе.
Глава 21
Соло
Глаза Пантеры осветило удивление, и я никак не мог понять почему. Я никак не скрывал своего влечения к нему, которое начинало сводить меня с ума, потому что я не мог этого понять. Я не мог держаться подальше, не важно, как сильно хотел или как сильно старался.
Ладно, зачеркните это, я не особо старался. Он был повсюду — целый день на занятиях, каждый день, спал в комнате рядом с моей… это была пытка. Чистая чёртова пытка, которую я навлёк на себя, потому что… Ну чёрт побери. Я на самом деле не знал почему. Просто знал, что не хочу держаться подальше, и что бы он ни говорил, я не думал, что он хочет, чтобы я держался от него подальше.
— Можешь убрать этот шок со своего лица, Пантера. Это не такие уж свежие новости.
— Если бы ты с таким упорством выигрывал соревнование, с каким преследуешь меня, у тебя был бы хороший шанс вырвать кубок из моих рук.
— Ох, чёрт побери. И кто теперь дерзит? — рассмеялся я. — Ты должен обо мне кое-что знать — я не люблю проигрывать.
— Полагаю, тебе придётся привыкнуть к разочарованию.
— Ты подаришь мне поцелуй в качестве утешительного приза? — когда глаза Пантеры расширились, я хохотнул. — Ну, знаешь, чтобы ослабить разочарование.
Пантера покачал головой.
— Знаешь, я никогда не встречал кого-то вроде тебя.
— Приму это за комплимент.
Губы Пантеры дёрнулись, и я не смог сдержаться и вспомнил, как хорошо было ощущать их своими, какими они были вкусными…
— Соло?
— Хмм?
— Я спросил, всегда ли ты такой.
Я наклонил голову на бок.
— Уточни. Всегда ли я такой настойчивый? Такой крутой пилот? Так хорошо целуюсь, что каждый мужчина, который меня целует, забывает о всех, кто был раньше? — я сделал паузу и подмигнул Пантере. — И да, я говорю это и в образном, и в буквальном смысле.
— Видишь, об этом я и говорю. Ты просто выпаливаешь всё, что приходит на ум, и не важно, кто рядом.
— Ну да, а почему не должен?
Пантера выгнул бровь.
— О, не знаю. Профессионализм, скрытность, уединение? Мне продолжать?
Я пожал плечами и наклонился, чтобы удариться о его плечо своим.
— Как это всё работает у тебя? — Пантера открыл рот, но когда ничего не прозвучало, я криво усмехнулся. — Раньше я был таким, как ты. Весь консервативный и всё такое.
Пантера нахмурился.
— Таким ты меня видишь? Консервативным?
— Это единственное, каким ты позволяешь мне тебя видеть. Не считая сегодняшнего дня. Тогда цепи немного ослабли.
Явно решив это проигнорировать, Пантера произнёс:
— Что изменилось?
— Я устал.
— Устал?
— Мхм. Попытки постоянно быть идеальным чертовски утомляют. Ты так не думаешь? Плюс, спустя какое-то время становится скучно. То есть, ты не можешь сказать, что вялый член из бара той ночью возбудил тебя так, как я сегодня на базе.
Глаза Пантеры опустились к моим губам, и ничего в мире не могло остановить меня от желания провести по своей нижней губе языком. Я никогда не смогу забыть, как он тёрся об меня, его тело было крепким и не сдающимся, его рука лежала на моём бедре. А ещё я буду вспоминать это во всех подробностях… позже.
— Нет, не могу.
Я поёрзал на карусели, мой член твердел под его настойчивостью.
— Прости, можешь повторить? Я тебя не расслышал.
Пантера поднял глаза, и ничто не могло подготовить меня к желанию, которое я в них увидел. Это было то же выражение лица, которое я увидел, когда он наконец отпустил себя и взял от меня то, чего хотел.
— Ты превращаешь меня в месиво, знаешь? Моя собранность, сосредоточенность — ты заставляешь меня забываться, и это… опасно.