Тайные кланы: Достать Навигатора (СИ)

— Вы могли бы просто спросить меня, сэнсей, крот я или нет.
— Крот — это животное, — сухо ответил Канэко. — Ты — нет.
— Ясно, — кивнул Наоки.
— Я повторю вопрос, — терпеливо сказал кэндзя, взглядом ясно давая понять, что от дальнейших комментариев лучше воздержаться.
На этот раз, выслушав старейшину, Наоки коротко ответил «нет». Ничего не произошло, и Канэко удовлетворённо кивнул.
— Боль, причиняемую кубом, невозможно терпеть и скрывать, — сказал он. — Спасибо, Наоки, можешь сесть.
Маг молча вернулся на своё место.
— Как видите, невиновным бояться нечего, — прокомментировал Канэко. — Сэтору, давай следующим.
Аяко наблюдала за тем, как один за другим испытание прошли четверо ямабуси. Каждый раз она ощущала, как люди вокруг замирают в ожидании, что допрашиваемый начнёт корчиться от боли. Но пока всё оканчивалось благополучно. Последним опустился на стул рядом с Аяко Хизеши. Взглянув на девушку, ухмыльнулся и шепнул:
— Не дрожи, лапуля!
— Танака! — вызвал старейшина.
Аяко встала — словно распрямилась пружина. Подошла к столу, глядя на сэнсэя.
— Ты знаешь, что делать, — кивнул тот.
Аяко молча протянула руку, поместив её в куб. Она ощутила лёгкое покалывание. Алый туман окутал пальцы, расползся по кисти.
— Готова? — буднично спросил Канэко.
Аяко кивнула. Спиной она чувствовала напряжённые взгляды коллег. Судорожно сглотнула и на мгновение прикрыла глаза.
Канэко в очередной раз повторил свой вопрос. Аяко медленно досчитала про себя до пяти и проговорила:
— Нет.
Через секунду из её рта вырвался пронзительный крик, и девушка согнулась пополам. Девушку затрясло, вопль превратился в истошный хрип, Аяко выгнулась, глаза её закатились, ноги подогнулись, и она начала оседать на пол. Рука оставалась в кубе Тамамо, и красный туман быстро окрашивался зелёным цветом.
  
Глава 25
 
Канэко вскочил, лицо его было перекошено. Ёсида бросился к Аяко. Он был ближе всех и поэтому схватил девушку первым. Несмотря на судороги, девушка умудрилась с силой оттолкнуть его. Затем она попыталась подняться. Ещё мгновение — и присутствующие кинулись на неё. Кабинет наполнился криками. Аяко отбивалась, но её быстро скрутили. Перед столом Канэко образовалась куча мала. Сэнсей возвышался над ней, бледный от ярости. Его ноздри судорожно раздувались. 
— Достаточно! — прикрикнул он. 
Ямабуси расступились, и стало видно, что Аяко держат за руки. Девушка уже не сопротивлялась, она стояла на коленях, опустив голову, и, казалось, была без сознания. Изо рта на пол текла пена.
— Что за шутки?! — раздавшийся в наступившей тишине голос принадлежал Риоте и заставил ямабуси повернуться к нему. 
Глаза у всех, кроме Канэко, полезли на лоб, когда присутствующие увидели стоявшего возле своего места Риоту, а рядом с ним — Хизеши, сжимавшего направленный на мага пистолет, ствол которого был упёрт в голову Утиямы. У бугая лицо было красным, а глаза горели откровенной ненавистью. Казалось, он едва сдерживался, чтобы не нажать на спусковой крючок. У Риоты, напротив, лицо отличалось бледностью, кровь отлила даже от губ. Он явно боялся пошевелиться.
— Отпустите её! — повелительно сказал Канэко, махнув рукой тем, кто держал Аяко. 
Ямабуси неуверенно разжали руки и на всякий случай отступили. Когда девушка подняла голову, на её лице играла злая улыбка. Встряхнув волосами, она поправила причёску и сплюнула на пол белую пену. 
— Ты в порядке, лапуля?! — не отрывая взгляда от Риоты, прогудел Хизеши.
— В полном!
— Сэнсей, что за дела? — Риота попытался улыбнуться, но у него получилось лишь скривиться в жалкой гримасе.
— А вот и наш крот, — спокойно объявил Канэко, садясь. — Прошу любить и жаловать. 
— Вы что, всерьёз?! — немного овладев собой, Риота поднял брови. — Я же ещё не прошёл испытание, — он указал глазами на куб. 
— Тут ты прав, — кивнул Канэко, беря из пепельницы недокуренную сигару. — Испытание ты не прошёл. Вот только куб здесь совершенно ни при чём. Покажи, — велел он Ёсиде.
 
Ухмыльнувшись, тот подошёл к столу, взял артефакт и ловко отсоединил устройство в основании куба. Перевернул, извлёк батарейки и бросил на стол.
По лицу Риоты прошла судорога. Его рот застыл в кривой усмешке. 
— Обычная игрушка, — пояснил Ёсида. — Мне пришлось немного модифицировать один сувенир, но вообще ничего колдовского здесь нет.
— Ты попался, как мальчик! — издевательски проговорила Аяко. — Не зря всегда мне не нравился!
— Не вздумай дёрнуться! — прорычал Хизеши, вперившись яростным взглядом в висок Риоты. — Мозги вынесу в момент!
Маг стоял, не шевелясь, только губы его слегка подрагивали. Взгляд остановился. Он понимал, что сейчас остальные ямабуси приготовились открыть Кава-Мидзу и отразить любую его атаку, так что пистолет Хизеши был даже не самым страшным, что угрожало предателю. 
— Все помнят, как я сказал, чтобы невиновные были готовы скрутить крота? — спросил Канэко. 
Ответом ему были дружные кивки. Старейшина затянулся сигарой, которую крутил до сих пор в пальцах, и выпустил густое облако дыма.
— Невиновные так и сделали, — сказал он негромко. — А крот до того удивился, что куб указал на Аяко, что даже не сообразил, что пора бросаться на врага, — Канэко перевёл взгляд на Риоту. — Так и остался стоять возле своего стула.
Маг криво усмехнулся.
— Может, я просто обалдел, когда увидел, что Аяко предательница. Никогда бы на неё не подумал.
— Только не ты. Не с твоей реакцией.
— Вы, сэнсей, говорили про чистоту эксперимента, — Риота судорожно сглотнул. — Как же в него вписываются Аяко и Хизеши? Они, значит, были вне подозрений?
— Были. 
Риота изобразил саркастическую усмешку.
— И почему же?
— Потому что они не подходили на роль крота, — ответил Канэко. — На самом деле, только ты подходил, Утияма. Мне нужно было лишь убедиться, что я прав. 
— Подходил? Как это?
— Мы маги, не забыл? И пользуемся не только пятью органами чувств. 
Риота заставил себя усмехнуться.
— Что, не слишком хорош для вашего клана, да?! 
— Ты так и не обрёл гармонию, Утияма. Надо было тебе податься к Фурукаве.
Маг поморщился.
— Вы удовлетворены, сэнсей?
— Вполне. — Канэко перевёл взгляд на Хизеши. — Забирай его. Ты знаешь, что делать.
— Знаю! — кивнул бугай и, протянув руку, ухватил Риоту за шкирку. 
Тот повернул голову и злобно взглянул на амбала. Хизеши недобро усмехнулся.
— Слабоват ты, Риота! — заявил он, оскалившись.
— Да пошёл ты!
Раскрытая ладонь Утиямы метнулась к животу амбала, но тот легко отбил её в сторону и, коротко размахнувшись, ударил мага рукоятью пистолета по голове. Закатив глаза, Риота осел и повис на мощной руке амбала. Из его пальцев выпала и покатилась по полу так и не вскрытая банка энергетика. 
— Чтобы не вышло, как с Хотэко, — пояснил присутствующим Хизеши.
Затем он взвалил бесчувственное тело на плечо и вышел из кабинета.
— Я тоже пойду, сэнсей? — спросил Ёсида.
— Конечно, Макото. Подготовь там всё. Я скоро приду. 
Как только техник вышел, Канэко обвёл глазами присутствующих и сухо улыбнулся.
— Всем спасибо, все свободны. Приношу благодарность за то, что участвовали в операции. 
Ямабуси начали расходиться. Никто не разговаривал, все были удручены. 
Аяко задержалась.
— Почему вы не предупредили, что страховать меня будет Хизеши? — спросила она.
— Он тоже не знал, кто будет подставной уткой, — ответил, слегка пожав плечами, Канэко. — Как и то, что крот — Утияма. 
Аяко помолчала.
— Мне можно с вами? — наконец, спросила она.
— А ты хочешь? 
Девушка кивнула.
Канэко вздохнул.
— Ну, и женщины пошли, — сказал он, вставая. — Предупреждаю сразу: зрелище ожидается не для слабонервных. Методы у нас примитивные, зато проверенные.
— А я, господин Озему, не женщина, — сказала Аяко, отбросив волосы и прямо глядя в глаза кэндзя. — Я — ямабуси!