Метаморф. Красный Робинзон (СИ)
— Хрюк! Хрюк-хрюк! Шкряб! Шкряб! — возня над головой активизировалась. На что я аккуратно взмахнул хвостом, вновь отправляя нашего «привратника» в царство Морфея.
— Полностью убрать твоё ментальное свечение для теросов эта техника не сможет, но запутать противника или сбить со следа вполне реально, — продолжал Алукард. — А это, как ты понимаешь, тоже очень важно. С теорией — всё. Давай пробовать. Что выбираешь: поток или файербол?
— Думаю, лучше второе, — решил я и прикрыл глаза. Сосредоточился на своём ментальном потоке. Благо, Малая Веда Развития Разума хоть почти мной не использовалась, но была освоена. А значит, чувствовать свою ментальную энергию я умел.
Мысленно я начал сматывать этакий клубок. Наверное, можно было просто хапнуть «кусок» нужного размера и скомкать его, как снежок. Поосторожничал. Или просто хорошая мысля приходит опосля. Так или иначе, у меня получился «файербол» размером с крупный апельсин. Открыв глаза, я огляделся. Визуально сгусток ментальной энергии было не обнаружить, но я его «ощущал», а разум услужливо рисовал в руке полупрозрачный шар.
Покачивая на ладони получившийся сгусток, задумался. Куда бы запулить?
Алукард на всякий случай поднялся повыше. Я выбрал камень у противоположной стены и кинул в него ком. «Прозрачный шар» шмякнулся на объект, и энергия потекла по нему, как содержимое кокнутого золотого яйца.
В момент, когда снаряд вылетел из рук, я ощутил резкую усталость. Не физическую или энергетическую, а словно… Целый час читал научную статью не по профилю, да ещё и написанную корявым языком, переполненным спец. терминами.
— И как проверить, насколько хорошо сработало?
— А ты хомяка разбуди! Я пока прикрою твоё «сияние».
Через секунду приведенный в чувство грызун ошалело огляделся, уставившись на меня, но потом вперил голодный взгляд в экспериментальный камень и яростно пополз в его направлении. Связанный, с кляпом во рту. Стало быть, результат налицо.
— Видишь! — оценил Алукард, — Всё работает. Вырубай «тестировщика», и продолжим.
Шкряб-шкряб-шкряб-шкряб!!! — снова завозился наш незадачливый визитер.
— Давай, попробуй теперь потоком. Если что — подстрахую.
Я глубоко вдохнул, снова зажмурился, на медленном выдохе зачерпнул поток светящейся энергии и перенаправил его в руку. Приоткрыв глаза, не теряя концентрации, направил указующий перст на застрявшего кабанчика. Поток легко промчался по руке, вызвав ощущение приятных мурашек (несмотря на то, что я в чешуе), защекотал ладонь и, кольнув вытянутый палец, устремился ввысь. Ну, что твой бластер!
Лететь лучу, правда, было недалеко — даже из положения «сидя» «стрелял» я практически в упор. Направленный поток угодил прямо в раскрытую для очередного хрюка клыкастую пасть.
— Гаси! — крикнул Алукард, заставив меня резко выдохнуть и прервать контакт. Луч оборвался. Его остаток проворно нырнул во чрево визгучего тероса. Я опустил отяжелевшую руку.
— Как накатило-то! — выдохнул я, помотав загудевшей головой.
— Уи-и-и-и-и-и-и-и!!! УИ-И-И-И-И-И-И!!!!!! — перебил мои рефлексии истошный визг. И если сразу после насыщения ментальной энергией свинтус резко заткнулся, то сейчас начал трепыхаться с утроенной силой. Настолько, что каменистая осыпь хлынула на пол потоком, заставив нас с Дружком переместиться к противоположной стене пещерки.
— ХРЮИ-И-И-И!!! ХРЮИ-И-И-И-И!!!!!!! — выл застрявший и дёргался, что было сил. Это уже не было похоже на попытку освобождения. Дело было явно в другом.
— Поздравляю, — сообщил Алукард. — Перенос получился чрезвычайно качественный. Твою энергию почуяли, и сейчас этого бедолагу будут жрать. Наверное, даже уже жрут.
— Может, просто мимокрокодил? — спросил я.
— Не, — мотнул головой глазастый колобок, — я мониторил — ещё недавно никого рядом не было. Прискакало издалека, но очень быстро. Пока, правда, мелюзга. Ранг второй, не выше. Но кабану от этого не легче.
Словно в подтверждение его слов, хрюндель всхрапнул, дёрнулся и обмяк. К струям песка присоединились вязкие струйки крови, хлынувшие из его разинутой пасти… В наступившей тишине, прерываемой только тихим шорохом осыпающегося мелко-каменистого потока, было отчётливо слышно доносившееся снаружи чавканье и урчанье.
— Похоже, пора переезжать, — заерзал я.
— Наоборот! Сейчас лучшее время отточить вторую, уже известную тебе технику — «чистый разум». Освоим её, как это у вас говорилось? «По бразильской системе!»
— Ну, ты хоть поможешь? — спросил я.
— Только вначале. А дальше сам! — безапелляционно постановил Алукард и скрестил щупальца.
Я глубоко вдохнул, медленно выдохнул и задержал дыхание. Не придумав ничего лучше, представил себе огромный глаз с бездонным чёрным зрачком, и провалился в него. Кувыркаясь, полетел во мрак и замер в нём, как муха в янтаре. Голова была пустой и лёгкой, как воздушный шарик.
Я медленно открыл глаза и равнодушно огляделся. Хомячьи шкурки на полу были сбиты и основательно засыпаны пылью. В углу, строго над верхним входом, образовалась нехилая кучка песка и камешков, залитых кровью убиенного визитёра. Мёртвая голова кабана, застрявшего в дыре, отчаянно задёргалась, затряслись безжизненные ножки и свисающий из открытой пасти язык. Кто-то тянул остатки добычи наружу. Вскоре его старания увенчались успехом, и в наше убежище проник тусклый свет.
Чавканье, сопровождающееся похрустыванием костей, возобновилось. Когда трапеза была, видимо, закончена, я услышал фырканье и покряхтывание, и в дырку, снова осыпая песок и камешки, просунулась узкая безобразная башка на тонкой подвижной шее. Она бегло осмотрела пещеру, скользнув при этом по мне пристальным взглядом красноватых глазёнок. Но серьёзного интереса я не вызвал. Дружок заинтриговал больше, но тот вовремя спрятался за мою спину и успешно прикинулся ветошью. Связанные полуобморочные хомяки не были удостоены внимания.
Зато камень, на котором я опробовал первую ментальную передачу, вызвал бурю эмоций и энтузиазма. Голова метнулась к нему и клацнула зубами в считанных сантиметрах — не хватило длины шеи. Монстр завозился, протискиваясь дальше. Снова посыпались земля и камни — торс животного оказался гораздо габаритнее лаза в потолке. Но вот жадные челюсти, наконец, впились в вожделенный булыжник и… Я уж было подумал, что «и всё», так как в погоне за каменюкой терос явно застрял.
Я с подозрением посмотрел на вновь забаррикадированный проход на поверхность и решил здесь больше не задерживаться. Поищем-ка мы более спокойное местечко. Благо, система ходов у хомяков-переростков крайне обширна, и в ней, скорее всего, найдется ещё парочка «залов», в которых я смогу разместиться.
— А вот теперь идею с переселением полностью поддерживаю, — кивнул Алукард. — Только пошли сначала Дружка разведать обстановку, чтобы не пришлось полдня ползать по местному лабиринту…
В следующий миг метаморф уже стремглав ринулся в один из ходов. Через пять минут вернулся и юркнул в следующий, а потом — в следующий. И только через полчаса, когда я уже успел «поздороваться» с парочкой любознательных визитеров, наконец, появился, довольно чавкающий (явно подкрепился кем-то, пока уточнял дорогу), с нужной информацией — подходящее место найдено.
Не затягивая, мы направились по указанному маршруту. «Гордый первопроходец» с уцелевшими пленными в зубах — впереди. Я же шел замыкающим, при этом активно орудуя хвостом словно перфоратором — было решено обвалить за собой часть свода, чтобы затруднить следующим лазутчикам наше обнаружение.
Глава 7
Кабинет тов. Ворона К. В.
— Паскудство!
Товарищ Ворон в раздражении уронил на рога телефонную трубку. Аппарат жалобно тренькнул, протестуя против подобного обращения. Такая «мягкая» реакция была обусловлена лишь многолетним опытом виртуоза-переговорщика. Если бы не это, чиновник бы уже в ярости разносил свой кабинет.
А всё дело в том, что спасательные группы, которые он смог организовать для доставки в город и взятия под особую охрану семьи Избранного трижды были перехвачены и отправлены по другим поручениям. И все было совершенно законно и логично. Вот только Кирилл Витольдович шестым чувством ощущал, когда в воздухе начинает витать аромат подставы.