Донор (СИ)

— У тебя безобразно тесная и неудобная кровать, — пошевелившись, спросонья я услышала ворчание Марка.
Приоткрыв один глаз, я отыскала взглядом электронный циферблат будильника. Тот факт, что уже утро — дошел до меня не сразу.
Мы провели вместе ночь!!!! … Мы не только занимались любовью, он ещё и переночевал у меня!!!
Перепугано дёрнувшись, я села в постели, уставившись на Марка как на пришельца из фильма «Чужой».
— Ты так мило похрапываешь, — заметил он мне.
— Не правда! Это кошка!
— Нет, кошка разрабатывает план по моему уничтожению, — хмыкнув, Марк кивнул на сидящую в кресле Джипси, гипнотизирующую его недовольным взглядом. — Мэл, — он прямо на моих глазах превращался в того самого мерзкого Марка Винздора, которого я знала раньше. — Ты ведь понимаешь, что случившееся между нами это всего лишь приключение выходного дня? Что это ничего не значит и ничего между нами не изменит?
— Я не дура, мистер Винздор. Только не нужно тешить себя иллюзией, что это вы затащили меня в постель, воспользовавшись моментом и моим телом. Это я позволила этому случится. Ясно? Говорят, для здоровья полезно. Но никаких далеко идущих планов я на вас не имею. Где выход вы знаете, — пытаясь сохранять холодное спокойствие, я старалась не замечать гаденький осадок на душе.
— Хм, даже так? — скривился он. — И распространяться по этому поводу тоже не стоит. Хвастать, сплетничать, делиться подробностями, смотреть на меня двусмысленно, иначе уволю в два счёта, — продолжая давать наставления Марк, собирает свою одежду.
— Лучше тебе захлопнуться, пока ты откровенно не начал меня оскорблять! — взорвалась я. — Извини, что «тыкаю», но это пока ты в моей квартире! И на будущее, я со своей стороны надеюсь, что ты больше не будешь по отношению ко мне распускать руки, взгляды и мысли. Поставил галочку и понесся дальше по списку не окученных дам. Я в душ! Когда вернусь, чтобы тебя здесь не было!
Стоило мне только стать под жёсткие горячие струи воды, смывая с себя вчерашний день и Марка Винздора, как запотевшая дверь душевой кабинки отъехала в сторону, впуская этого самого проклятого Марка.
— Ты злишься, — обронил он, становясь радом со мной.
— С чего бы? — саркастически выдала я, пытаясь угнаться за моими мечущимися мыслями. Он ломал всю мою систему миропонимания. Вот какого чёрта его обнаженное тело снова прижимается ко мне после всех этих слов?!
— Я просто не хочу всё усложнять, но и не хочу расставаться на  такой ноте, — прошептал Марк, явно намереваясь заняться любовью в душе.
— Странно, что тебя вообще заботят какие-то там ноты, шарманщик, блин! Не трогай меня. Марк … лучше уходи.
Господи, какие же умелые у него руки. Я всё ещё злюсь, но вместе с тем хочу его снова. Я сдаюсь без боя. На его милость. И я не жалею, получая утреннюю порцию ласки и наслаждения. Пусть и в последний раз вместе с ним. Зато Марк напомнил мне, что я страстная, желающая жить полной жизнью женщина, что я желанна и интересна, и что уже ничего не мешает мне впустить в свою обыденность секс и новые отношения и с кем-то нормальным.
Он вышел из душа голый, повторив свою попытку одеться. Но уже молча. Я, закутавшись в полотенце, искала в ворохе постели свой трезвонящий телефон.
— Привет, мам, — не взять трубку было нельзя, если я не хотела, чтобы мои родители вылетели в Нью-Йорк следующим же рейсом.
— Привет, дорогая. Что у тебя с голосом? Ты в порядке? — её тревога стала для меня такой привычной, что я уже перестала обращать на это внимание.
— Да нет, мам, всё хорошо, всё как обычно, — тут мой взгляд встретился с любопытными глазами Марка. — Выходной как выходной, покупки, кухня, сериалы. Сегодня буду валяться в постели, пока не надоест, потому что впереди длинная рабочая неделя, а босс у меня не подарок, тот ещё диктатор. Как ты? — смотрю, бровь Марка вопросительно изогнулась. Я помахала ему «пока» и даже послала воздушный поцелуй. Не усложнять, так не усложнять. Он помялся ещё секунду и вышел. Я услышала, как хлопнула входная дверь. Но совершенно пропустила мимо ушей то, что тараторила мне мама.
 
Под моими поверхностными эмоциями скрывалось самое настоящее потрясение. Я приходила в себя всё воскресенье, пытаясь постигнуть произошедшее, анализируя слова, его пристальные взгляды, божественный секс и тот факт, что для Марка это всего лишь обычный пустяк, интрижка, тогда как для меня эта близость играет другую роль. Нет, это ни в коем случае не влюблённость и даже не увлечение, бога ради, как на такого вообще можно запасть в здравом уме. Может, это было нечто приятельское, вспыхнувшая близость душ в момент его проснувшейся человечности. До этого дня, легкомысленный секс без обязательств, не имел места в моей жизни. И мне предстояло принять это и жить, как ни в чём не бывало, смотреть на моего босса, как ни в чём не бывало, оправдываться на совещаниях и не искать в его глазах двузначности, потому что её там быть не может, я для него очередное развлечение очередного выходного дня.
 О, я не собиралась чувствовать себя использованной, побежденной, униженной и слабой. Вовсе нет, я ведь так же могла тем вечером использовать Марка, как и он меня, почему бы мне не рассматривать ситуацию в таком ключе? Это было обоюдное желание, совместно пережитый импульс, приключение если уж на то пошло.
Поэтому духом я нисколько не упала. Наоборот, даже решила прихорошиться, подкрутила волосы, надела второе из новых, платье. Пока искала туфли, наткнулась на так и валяющиеся на полу под кроватью бриллианты. Анекдот просто какой-то. Брать их с собой было опасно, в метро могли запросто залезть в сумочку и я потом пол жизни буду расплачиваться с Марком за эти украшения, будь он неладен.
Пришлось оправить ему сообщение:
«Колье и кольца так и остались у меня. Нужно как можно скорее их забрать. В моей квартире нет сейфа, и я не могу нести ответственности за чужое имущество»
Телефон пиликнул ответным сообщением незамедлительно:
«В ближайшее время пришлю своего водителя их забрать»
Меня преследовало предчувствие, что с этого дня в моей жизни будет всё иначе, по-другому, что я зашла на следующий виток, на новый уровень, и вместо страха перед неизвестностью, я ощущала лишь мандраж предвкушения. Даже если на горизонте пока что маячила буря. Но ведь после непогоды небо всегда яснее.
— Мэлани! — мы как раз плелись на совещание, и Хардин меня окликнул совсем не вовремя. — Задержись на минуту. Нужно подписать бумаги.
— А после совещания никак нельзя?
— Нет, у меня дел по горло. Это ненадолго. Вот, — я взяла протянутый документ, торопливо пробежав глазами по тексту. — Кстати, ты сегодня чудесно выглядишь. Какое-то особенное событие?
— А? — я оторвалась от чтения, подняв глаза на пристально изучающегося меня начальника охраны. Хардин улыбнулся. Обычно я терялась, когда мне улыбались красивые парни, но сегодня этого не произошло. — Спасибо. Да, что-то вроде того. В общем, я прочла и согласна с написанным, — размашисто подписав бумаги, я побежала в зал совещаний.
— А мы тут сидим, гадаем, как же нам начать без главной особы, — где меня тут же встретило язвительное замечание босса. На этот острый серый взгляд можно было напороться и пораниться.
— Хардин просил меня подписать бумаги, — сдержано заметила я, стараясь не думать, как вчера проснулась с этим человеком в одной постели.
— Хм, а я наивно полагал, что для тебя он мистер Хейз, — сегодня Марк был особенно ядовитым.
— Мне выйти из класса, мистер Винздор, или я могу сесть за свою парту?
 
Он даже в лице поменялся. Что ж, я тоже умею кусаться. Заиграв желваками мой отчего-то взбешенный с самого утра босс, лишь коротко кивнул и на протяжении всего совещания меня упорно не замечали. 
Попытки сосредоточиться на работе в течении дня иногда всё же венчались успехом, но в основном я либо гоняюсь за своими мыслями — дёргаными очумевшими хамелеонами, либо висну, как устаревшая программа. Случившееся необходимо каким-то образом принять, впихнуть в наспех сооруженный стандарт. Дурацкая неловкость и причём это только моя проблема, мой босс не парится, для него подобное, наверняка, стало обыденным, это его шаблоны. Мне стоит отключить анализ, оттолкнуться и двигаться дальше, если я собираюсь задержаться в этой компании. Оправдывает ли это твою цель, Мэлани?